Измена. Простить или отомстить (СИ) - Блэк Дана - Страница 26

Да пошли вы оба, я до конца доиграю!

— Я давно подозреваю что ты влюблена в моего мужа, но это подло — так гадко врать. Не ожидала я от тебя подобного, Настя.

— Ты чокнутая? Совсем блаженная? — разоралась она и достала телефон. — Сейчас, — судорожно пробормотала. — Вот, гляди! Ну, и что теперь ты скажешь?

Хм, фото стрёмное, из категории 18+, Давид явно не позировал и лицо у него недовольное. Видеть очередное доказательство больно, но я натянула на лицо маску пренебрежения и заявила:

— Это фотошоп. Не позорься, Насть.

— Аааааа! А это тогда что? —рявкнула она так что слюни во все стороны полетели, фу.

Она включила коротенькое видео.

— Хватит. Это дипфейк, — закатила я глаза. — Мне двоюродный брат прислал на День Рождения видеооткрытку с Томом Харди, который лично меня по-русски поздравлял. Это нейросеть.

— Это любовь, идиотка ты махровая! Мы с Давидом вместе, я беременна, ты идешь на фиг!!!

Ну и зачем так орать? Хотя… пусть орёт. Оказывается это приятно — обманывать ожидания людей, желающих мне зла.

— Дорогая, я всё понимаю. Видела как ты смотришь на Давида, о чувствах твоих догадывалась. Но Настя, не позорься ты так! К чему эти отфотошопленные картинки с вами? Фейковые видео? Липовая беременность? — я добавила в голос сочувствия. — Думаешь, если бы я поверила и ушла от Давида, он бы остался с тобой?

— Лиль, она просто сумасшедшая. Я не хотел тебе говорить, не планировал расстраивать, но ты и сама заметила — Настя давно ко мне клеилась. Спасибо что веришь мне, малыш. Я не подведу, — Дава всё же обнял меня со спины, и я не стала отталкивать его из-за Насти.

Её сейчас кондрашка хватит, лицо пятнами пошло.

— Я в шоке! Я просто, мать вашу, в шоке! Лиля, ты должна мне поверить! А ты, Дава! Столько раз обещал мне уйти от неё ко мне, клялся, божился. Так сдержи слово! Я беременна от тебя! Ребёнок у нас будет!

— Это я в шоке, Настя. От твоей «дружбы» в шоке. С такими друзьями и враги не нужны. Я в этот цирк который ты устроила не верю, но раз ты настроена серьезно, предлагаю сдать анализы на отцовство. Говоришь, что ребенка от Давида ждешь? Так давай убедимся.

Настя возмущенно хватает воздух ртом. Я почти на 100% уверена что насчет беременности она солгала. Давид очень дотошен в плане контрацепции.

— Я не обязана сдавать анализы!

— Но ты же заявляешь что ребенок мой, — процедил Давид. — Про наш роман сказки рассказываешь. Так давай проверим кто говорит правду, а кто врет. Или ты не беременна МОИМ РЕБЕНКОМ?

— Беременна, но я не обязана ничего сдавать! Вы… вы просто сволочи! Ты, Лиля, дрянь! А ты… ТЫЫЫ…

— А ты лгунья, — припечатала я. — Так что, беременна ты или нет?

Я подмигнула Насте и улыбнулась, отчего она и вовсе в бешенство впала.

Так тебя, подруга!

— Вы оба пожалеете! Ненавижу! Ненавижу вас!

— Тебе пора, Насть. Из нашего дома и из нашей жизни. Где выход ты помнишь. Пошла! — я подтолкнула разъяренную бывшую подругу к выходу, но за порог её выставил Давид.

— Вы еще пожалеете! — пнула Настя нашу дверь с другой стороны, взвизгнула и, наконец, ушла.

Глава 34

— Любимая, ты проснулась? — в спальню заглянул Давид.

Муж со вчерашнего вечера светится ярче солнца. Так его впечатлило, что я ему поверила и мы вместе прогнали Настю — с его лица не сходит восхищение.

— Кофе принес тебе, — Давид с подносом вдвинулся в комнату. Две чашки, в тарелке свежие круассаны — в булочную успел сгонять. В высоком стакане роза. И, как в ресторанах, две жвачки, мои любимые — кислые.

— Давушка, а тебе ничего не принесли, — сказала щенку, который пригрелся у меня под боком и внимательно следит за мужем.

— Может, по-другому назовем? — Давид улыбнулся. Поставил на тумбочку поднос и протянул мне кофе. — Держи.

Макс прошлым утром тоже принес кофе.

А вечером из ресторана ушел расстроенный.

Мне терять его не хочется, даже если прямо сейчас мы с ним не можем… все равно, я уже успела привыкнуть, что он в мою жизнь вернулся.

— Уйди, наглая морда, — Давид отодвинул белую улыбчивую мордочку, когда щенок сунулся носом в круассаны. Улегся рядом со мной.

— Как ты сегодня?

— Нормально, — бодро заверил муж.

Улыбнулась в чашку.

Давид полночи провел в ванной, зализывал раны. С утра тщательно побрился, уложил волосы и духами облился, надел свой лучший костюм.

Старается отвлечь внимание от ссадин и синяков, что украшают лицо.

— Хорошо, — откинула одеяло и поднялась. — Спасибо, я есть не буду. У меня деловой завтрак.

— Это с кем?

— С важным человеком.

Потянулась и отошла к шкафу. Отодвинула зеркальную створку и достала костюм.

Узкая черная юбка, шелковая изумрудная блузка — я в этом наряде неотразима.

Так и надо.

Быстренько сполоснулась под душем и вернулась в спальню, замотанная в полотенце. Давид с кровати не сдвинулся, лежат со щенком и следят за мной.

Бросила полотенце и, обнаженная, отвернулась.

Начала переодеваться под сопение мужа. Смотрит на меня, кожей чувствую.

— Лиль, — хрипло позвал Давид. — А встреча срочная?

— Да, — натянула белье.

Скрипнула кровать — он поднялся. Тяжелыми шагами приблизился и сзади меня обнял, выдернул из рук плечики с юбкой.

— Лиль, — муж жадно облапал меня, пальцами скользнул под резинку белья. — Не ходи.

— Давид, — вывернулась, он крепче прижал. Дернулась и зарядила локтем ему по ребрам.

— Черт…

Муж разжал руки. Отступил и поморщился, прижал ладонь к рубашке.

Заметила вчера, какой у него там красочный синяк расплылся.

— Ну вот видишь, — ахнула. — Тебе нельзя заниматься сексом. Ты же весь больной.

— Я не больной, — возмутился Давид.

— Конечно, нельзя, — повторила, натягивая юбку. — Минимум месяц.

— Милая, а ты что, врач? — Давид усмехнулся и присел на кровать. — Диагнозы мне ставишь.

— Я — любящая жена, — набросила блузку и взялась за пуговки. — Тебе физические нагрузки пока противопоказаны. Никакого секса. А то не дай бог.

Отвернулась.

Муж молчит.

Его взгляд сверлит меня, между лопаток горит.

Повела плечами и собрала волосы заколкой, брызнула духами на запястье.

— Покормишь Давушку? — двинулась в коридор.

— Лиль, — муж, как привязанный, поплелся за мной. — Я, честно говоря. Рассчитывал сегодня день вместе провести. И завтра тоже. И в пятницу. До понедельника взял отпуск.

— Ну у меня-то нет отпуска, — хмыкнула и достала сапоги.

Покосилась на Давида.

Таким растерянным никогда его не видела.

Странное чувство охватило с ног до головы, раньше Давид наш день строил, нашим временем управлял, подговаривал своего дружка Дениса, когда меня вызвать на работу, когда отменить мою смену — сознаю это теперь очень четко.

А сейчас я сама.

Распоряжаюсь собой.

Мы с ним, наконец-то, на равных.

Кстати, нужно будет поговорить с Соней. Если ее муж так и будет управлять рестораном — то лучше мне подыскать другое место.

— Я тебя отвезу, — предложил Давид.

— Неа, — отмахнулась. — Мне надо практиковаться за рулем. Хочу другую машину. Помощнее.

— Хочешь — купим, — согласился он покладисто.

Чудеса.

Вообще, перестал со мной спорить.

— Любимая, спасибо, — сказал Давид проникновенно, когда я выходила. — Ты не представляешь, как это важно. Ты мне вчера поверила. И я буду всё делать, чтобы доверие твое оправдать. На коленях проползу земной шар. Ради тебя.

— И ради наших будущих детей.

— Да. Буду монахом. И месяц, и сколько скажешь. Теперь твое слово — закон. А ты — моя госпожа.

— Давушку покорми, слуга, — напомнила и улыбнулась. — Я поехала.

Не успела дверь закрыть — муж рывком, за воротник пальто, притянул меня к себе. Разбитыми губами поцеловал в щеку и отпустил.

Вышла в подъезд в смешанных чувствах.