Его вторая семья (СИ) - Гауф Юлия - Страница 48

— Обязательно!

— Мы с дедушкой будем смотреть. Ты только победи, и не дай себя побить, хорошо?

— Всё равно без синяков не останусь, но ничего страшного, сынок. Чем вы занимались сегодня?

— Мама учила меня раскрашивать кроссовки, — воодушевленно залепетал сын и принялся рассказывать как нечаянно наделал зацепок на белых кроссах, а Соня решила их спасти, и они с Макаром разрисовали их, и даже покрытие нанесли, чтобы краска не смылась. — Та-ак круто получилось! Я тебе фото отправлю, пап.

— Буду ждать. Тебе что-то купить?

— Робота. Такого, какого у меня еще нет только. И приезжай скорее домой!

— Договорились. Передай маме трубку, сынок.

— А мама вышла, я здесь с бабулей.

— Ладно, — расстроился я. — Пока, мой хороший. На ринге перед боем я как обычно подам наш знак.

Мы попрощались с сыном, я повалился на кровать и на полчаса заснул. А затем завертелось: последние приготовления, свежие фото, наставления от моей команды, и дорога до комплекса.

Действия привычные. Переоделся, и продолжил мягко разогревать мышцы. Их потягивает, а следом приходит адреналиновая эйфория, притупляющая любую боль — я чувствую как эйфория нарастает, а всё из-за тысяч людей на арене и сотен тысяч у экранов, которые сегодня будут следить за мной.

Я справлюсь.

Я смогу.

Я не имею права облажаться.

Экран смартфона загорелся и тут же погас. Был короткий звонок от Данила. Хм, чего это он?

— Телефон в сторону, не отвлекайся, — посоветовал Расул.

Да, тренер прав, нужно настроиться и не упустить этот самый настрой.

Но вдруг что-то произошло?

— Секунда, — кивнул Расулу и набрал Данила.

Ответил он тут же, и торопливо сказал:

— Привет, Дэн. Я по ошибке набрал, извини. Удачного боя.

— Спасибо. По ошибке?

— Мгм. Давай, удачи.

Голос у Дани уверенный, он любого бы обманул, но не меня. Я слишком долго его знаю, а в том состоянии в каком сейчас пребываю — чувствую я тонко.

Что-то не так.

— Дань, говори, зачем звонил?

— После боя поговорим. Я тупанул, набрал тебя, а потом дошло что сейчас не время. Дэн, — понизил он голос, — серьезно, сейчас и правда не самое лучшее время для разговора. Никакой трагедии не произошло, все живы, и это главное.

— Говори! — надавил я.

— Дэн, время, — кивнул Расул.

— Говори! — повторил с нехорошим предчувствием. — Сейчас говори!

— Мать твою, — прошептал Данил. — Ладно. Короче, Соня твоя — она на развод подала.

В этот момент Расул забрал мой телефон, кивнул в сторону коридора, и я пошел, ничего толком не слыша. Даже ор толпы, и выкрики рэпера, выступающего перед боем — всё слилось во что-то единое, неприятное.

Мы идем по коридору, рядом со мной команда и оператор с камерой снимает бэкстейдж. Минут 5-10 у меня есть, чтобы прийти в себя, начать чувствовать своё тело, собраться, а главное — перестать подыхать от боли из-за того что Соня решилась идти до самого конца.

Глава 44

СОНЯ

Включать сегодня телевизор или нет — с этим вопросом я промаялась весь день.

Раньше, когда Дэн брал нас с Макаром с собой на свои драки, сын был в отеле с няней, а я сидела и от страха жмурилась. Очень больно было смотреть на то, как мужа бьют. Денис знал об этом.

И старался изо всех сил, баллы он не зарабатывал — выгрызал зубами.

В этих вещах муж был принципиален, хотя ему постоянно предложения делали, чтобы он затянул бой. Чтобы поддавался противнику, и зрители выли от восторга, гадая, чем все кончится.

Дэн отказывался. Хотя бы в этом пытался меня оберегать, не продлевать мой страх.

Все изменилось два года назад. С Денисом начала ездить Полина. И драться он стал не так агрессивно, и били его сильнее. Часто они с противником шли на равных.

Я тогда волновалась, но Денис объяснял: это бизнес, любимая, люди хотят наблюдать красивую драку. Если ты будешь на это смотреть — я не смогу тянуть, поддаваться, с первых трех минут счёт будет идти с отрывом.

Я еду один.

Вот так он говорил.

Конечно, ведь Полина была не против смотреть, как его там метелят, она не вздрагивала от каждого удара, не чувствовала его, словно на себе.

Он врал мне тогда, чтобы возить с собой ее и второго сына.

Будет ли отрыв по очкам сегодня?

Если нет — с ним там Полина. Матвей. Может, и свекры. Прекрасная группа поддержки, все поголовно талисманы.

И лучше не включать телевизор.

— Мама, уже пора? — отвлек меня голос Макара. Сын зашёл в гостиную с пакетиком мармеладок в руках. Забрался на диван, поджал под себя босые ноги. И в ожидании уставился на меня. Такой уютный, в новой пижамке. Рассчитывает, что я сейчас щёлкну пультом, и на стене вспыхнет экран.

Нет.

Оставить сына одного смотреть на папину драку я не могу. И сама не хочу сидеть здесь, в напряжении отслеживать счет, жмуриться, когда Дэна колошматят пудовыми кулаками. Глазами выискивать в толпе рожу Полины.

— Мам! — позвала. Взъерошила сыну волосы. — Макар, сегодня бой не покажут.

— Почему? — ахнул он. Его огромные глаза заблестели.

— Перенесли, — ответила мягко. Забрала из рук сына пакетик с мармеладками и открыла. — Что там, червячки? Держи. Может быть, завтра утром нам его включат.

В гостиную заглянула мама. Кивнула на нее.

— Хочешь, с бабушкой папино интервью сейчас посмотрите?

— А бой? — Макар поник.

— А бой сегодня не покажут, — ответила твердо. Подхватила сына с дивана и покружила. — Вжух, — поставила на пол. — Беги с бабушкой, включайте пока. А я приготовлю что-нибудь вкусненькое. И сразу к вам.

— Не будешь смотреть? — шепнула мама, когда я вышла к ней в коридор.

Покачала головой.

Нет. Не буду. Мы с Деном разводимся, меня больше не касаются его драки.

Отвлекая себя, занялась ужином. Когда сооружала салат — позвонила Даша.

— Смотришь? — спросила подруга, не поздоровавшись.

— Не-а.

— Как настроение?

— Нормально.

Повисла пауза, за которую я успела покрошить огурец.

— Даш, случилось что-то? Погоди.

Щека вспотела. Переложила сотовый на стол.

— Все, ты на громкой связи, — снова взялась за нож. — Я тут ужин готовлю. Что у тебя?

— Даня по своим каналам пронюхал, что ты подала на развод, — подруга вздохнула. — А Денис на тебя все имущество оформляет, ты в курсе?

— Он обещал… — растерялась.

Да, помню, муж что-то такое говорил. Но дальше слов дело не зашло, я думала это очередная его уловка, чтобы время потянуть. Заткнуть мне рот обещаниями, тихонько собраться и свалить с Полиной в закат.

Выходит, нет.

— Данил решил, что ты Дэну голову дуришь, — негромкий голос Даши звучит по всей кухни. — Что ты сделала вид, мол, простила его. А сама разводишься. Хочешь забрать себе все и поделить с Барковым. Так вы договорились.

— Что за бред? — хмыкнула. Постучала ножом по доске. — Я не говорила Денису, что простила его. Наоборот, молила никуда не лететь. Он выбрал карьеру. Что ж. Я выбираю себя и Макара, поэтому развод. Чего он хотел?

— Сонь, Данил как узнал — сразу позвонил Дэну. Бумаги ведь он уже готовит, переоформлением занялся. Он сейчас в кабинете у себя. Сидит, матерится и пьет. Боится, — шепнула Даша.

— Чего?

— Того, что не сдержался. Соня. Сначала мой муж тебя материл. Потом позвонил Денису. И теперь на себя злится. Телефон об стену разбил. Представляешь? Он Дэну ляпнул про развод, — повторила Даша. — Перед самым выходом на ринг.

Нож замер над доской, взгляд метнулся к висящему на стене телевизору. Там крутят глуповатые добрые мультики, а я вижу пот, кровь и мужа, которого с ринга забирают на носилках.

Швырнула нож, и миска с грохотом опрокинулась, овощи в стороны разлетелись по столу. Метнулась к дивану и схватила пульт, судорожно защелкала кнопками, переключая каналы. И застыла, наткнувшись на знакомую картинку.

Ринг. Ограждающие площадку канаты, на полу маты. Два мужчины в перчатках и шортах. У моего мужа не лицо — восковая маска.