Его вторая семья (СИ) - Гауф Юлия - Страница 52

Я хочу быть рядом, я нужна ему.

Сон тревожный, мутный какой-то. Нам бы только пережить его болезнь, это словно расплата, но я простила, пусть он поправится.

Молю.

Из дремы вынырнула сразу, как только ощутила прикосновение к волосам. Слабое, почти невесомое. Вздрогнула и распахнула ресницы, повернула лицо.

Встретила его взгляд — и пропала.

Боже мой, я ведь до сих пор люблю. Какой силы должно быть чувство, чтобы после всего теплоту испытывать.

Это какое-то проклятие.

— Привет, — сказала хрипло, глядя ему в глаза.

Денис улыбнулся, нежно, искренне, опустил руку и нащупал мою ладонь.

— Все не очень, да?

Услышала его голос, и в груди кольнуло.

Мой родной.

Что ты натворил.

— Все хорошо, — соврала. И на себя разозлилась, какого черта я так подавлена, Денис — сильный, он справится, он крепкий. Ради нас, ради Макара. — Как ты себя чувствуешь?

— Хоть завтра в космос, — он опять улыбнулся. — Блин, Соня. Я к тебе летел. Думал, смогу домой добраться. Немного сил не хватило. Из аэропорта меня привезли?

Кивнула.

— Жесть…- он запрокинул голову. — Сразу после боя в больницу. Репортеры, наверное, на ушах стоят.

— Не думай об этом, — пожала его руку. — Главное, что ты очнулся. Теперь поправишься.

— Я слышал тебя, твой голос, — муж повернулся и поморщился, потрогал разбитое лицо. — Думал, мне кажется.

— Нет, я с тобой.

— Насовсем?

— Да.

Нет.

Я снова вру.

Но ему плохо — и я рядом. Буду столько, сколько потребуется. А заявление на развод — нет, не заберу. Наша история кончилась, пусть и была счастливой.

— Значит, все не зря, — Денис сжал мою руку. — Не зря к тебе рвался. И не опоздал. Ещё можно все исправить.

— Конечно.

— С Полиной…один раз, который мне семью разрушил. Я придурок, Соня. Больше никогда.

— Хорошо.

— Как там Мак?

— Станет тебе получше — и привезу его, — улыбнулась. — Он очень соскучился.

Дэн закрыл глаза.

Силы кончились, его лишь на этот короткий разговор хватило.

Он поправится.

Поцеловала в губы и поднялась с пола, отряхнулась.

И шумно выдохнула.

Слава богу, мой хороший.

Будто камень с души упал.

Теперь мне тоже можно поспать.

— Я вечером заеду, — шепнула и вышла из палаты.

Пока ехала домой дремала в такси, водитель разбудил меня, когда остановился перед воротами.

Макар с папой играют на участке, сын весело смеётся. Бегает, пинает мяч.

— Мама! — заметил он меня и бросился навстречу.

Раскинула руки.

Подхватила его, поцеловала нежную щёчку.

— А где папа? — сын вытянул шею, уставился за ворота.

— Папа попозже приедет.

— На работе?

— Почти, — поймала папин взгляд и пожала плечами.

Не могу, потом обо всем расскажу сыну, а сейчас я выжата.

— Спасибо, что с Макаром побыли.

— Перестань. Мы и не уезжаем. Иди ложись, Соня, смотреть на тебя жалко.

— Разбудите после обеда?

— Иди-иди, разбудим. Там все в порядке?

— Ему лучше.

В спальне откинула одеяло и забралась на кровать. Веки горят, я не усну, не хочу.

Вспоминаю о нем. Из головы выбросить не могу.

Наваждение…

Будем видеться, у нас общий сын.

Денис будет приходить сюда. Или встречаться можем где-то в городе.

Думать об этом так больно.

Держись, Соня.

Нехотя протянула руку, когда затрезвонил сотовый. Ответила на звонок Баркова.

— Слышал про Дэна, — перешёл он к делу сразу после приветствий. — Что по поводу развода? Останавливать процесс?

‍Можно ли дать нам шанс?

Я люблю его, но…нет. Не смогу жить с ним дальше и доверять ему.

— Не останавливать, — зажмурилась. — Развожусь, ничего не поменялось.

Глава 48

ПОЛИНА

— У меня сын в больнице, поэтому празднование юбилея отменяется, — решил свекор и запустил двигатель.

— И в узком семейном кругу тоже? — мы с Матвеем расположились на задних сиденьях. Прижала к себе сынишку и посмотрела в окно.

Как странно.

Пару недель назад я мечтала о личной машине, а сейчас Денис под капельницами лежит.

Во всем виноваты Сонька и деспот свекор. Если бы он дал мне тогда улететь, поддержать Дена — ничего бы этого не случилось.

Я же люблю его сына. И моя любовь помогла бы ему победить. Я бы сама, если надо, билась там, на ринге…

Ох.

Пальцами осторожно промокнула мокрые ресницы.

— Ко мне дети прилетели, специально на юбилей, — сухо отозвался Андрей Валерьевич. — В ресторан не пойдем. Но в узком семейном кругу посидим. Ты тоже приглашена.

Вот это да.

Ушам не поверила.

Я приглашена к ним домой, в узкий семейный круг — он мне только что билет выписал в счастливую жизнь, благословил меня и Дениса.

— Только сначала ответь мне на несколько вопросов, — Андрей Валерьевич остановился на светофоре.

От его тона мурашки забегали по рукам. Покосилась на Матвея — сын тоже почувствовал, что дед злится. И ладно я, но ребенка-то зачем пугать?

— Прямо сейчас ответить? — переспросила. — Мы же к Дэну едем в больницу. — И…

— Прежде, чем ты появишься в моем доме, — так же холодно перебил Андрей Валерьевич. — Я хочу прояснить все события. Насчёт угона машины Софьи. И попытки похищения Макара. Была ты к этому причастна или нет? И не вздумай врать, Полина, — его ледяной взгляд уперся в зеркало, встретился с моим.

Сглотнула.

Это не Денис, не обмануть. Этот тиран за версту враньё может почуять.

Но что мне говорить? Правду? И тогда никакого юбилея, близкого знакомства со свекровью и его детьми, посиделок за общим столом и листания фотоальбомов.

А если совру — и он раскусит?

— Андрей Валерьевич…

— Я жду ответа, Полина.

Вздохнула и снова отвернулась к окну. Погладила по голове притихшего сына. Матвей не понимает о чем речь, но по тону чувствует, как все дети.

Наша с ним судьба решается. Неужели все закончится вот так? Против свекра мне не выстоять.

А ведь мне никто не помогал, у Соньки родители, Денис. Я все это время была одна.

— Да, — рявкнула со злостью, не выдержав. Повернулась и уставилась в зеркало. — Кое к чему я причастна. Слегка перегнула. Потому, что очень люблю вашего сына. Но вреда я никому не причинила, никому. Меня винить не в чем.

Замерла в страхе, в ожидании.

Андрей Валерьевич пожевал губу. Не ответил, и молча, глядя перед собой, порулил к больнице.

Всю дорогу в салоне висела тишина, от которой у меня в ушах звенело. Но когда мы припарковалась напротив больничного корпуса — я тихонько выдохнула.

И чуть-чуть успокоилась.

Он не выкинул меня из машины прямо по дороге, привез к Денису. Значит…

— Значит так, — свекор первым вышел из машины. Постоял рядом, взирая на то, как я помогаю выбраться сыну. И сказал, как припечатал, едва я обернулась. — Чтобы больше не дурила. С тем, что уже натворила — помогу. Но дальше на меня не рассчитывай. Ещё одна ошибка, Полина — и я тебя с землей сравняю.

Страшно…и весело. От облегчения ничего не чувствую, ни асфальта под ногами, ни холодного ветра. Я лечу.

Этот человек за меня, на моей стороне. Он точно союзник. Даже если Денис не захочет — отец его заставит полюбить меня.

— Спасибо, спасибо, — готова на колени встать, так я ему сейчас благодарна. Схватила его за руку, хотела пожать — он выдернул ладонь.

— Ну-ну, хватит, — высокомерно остановил Андрей Валерьевич. — У тебя испытательный срок.

— Я не подведу, — заверила и радостно взглянула на сына, который при нашем разговоре скромно отошел в сторонку. — Мой золотой, беги скорей сюда. Мы идём в гости к папе.

Матвей подбежал вприпрыжку. С опаской покосился на здание больницы, но уверенно шагнул вперёд.

— А папа с нами домой поедет? — спросил он у меня, когда мы зашли в холл.

— Папа пока болеет. Он ради нас победил. И устал. Теперь доктор его немного полечит. А потом папа вернётся к нам.