Любовь Черного (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 53

Настоящий конвой. И это – хорошо? Очень сомневаюсь.

Но спрашивать бесполезно.

– Моя подруга осталась в клубе.

Не знаю, что нашло на Настю, как она могла настолько быстро и резко измениться. Не узнаю ее. Кажется, она и правда не понимает по какому тонкому льду ходит.

– За ней присмотрят, – говорит Мирон, глядя перед собой.

Он полностью сосредоточен на дороге, а я поворачиваюсь и вижу, что картина не поменялась. Охраны стало больше. Мы же никогда так не ездили. Или раньше я не замечала?

– Меры безопасности пришлось усилить, – вдруг заявляет Мирон. – Но это наш новый стандарт. Бизнес выходит на другой уровень, значит, нам требуется дополнительная охрана.

– А какой у вас бизнес?

– Легальный.

– Клубы?

Тут мне в первую очередь приходят на ум слова Насти про “закрытые клубы”, куда пускают только по пропускам. Может, там и проходят “закрытые совещания”?

В груди неприятно царапает.

– Нет повода волноваться, – говорит Мирон, оставляя мой вопрос без ответа.

Остаток пути проходит в тишине. Мужчина провожает меня до самой двери квартиры, только потом удаляется.

Принимаю обезболивающее, потому что затылок наливается свинцовой тяжестью. После снимаю макияж и принимаю душ. Постоянно проверяю телефон.

Руслан так и не появляется в сети.

Ладно. Если бы что-то произошло, Мирон бы не стал молчать.

Присаживаюсь на диван, растираю ноющие виски дрожащими пальцами. Стараюсь переключить мысли на другую тему. Хоть как-то отвлечься.

О каких ключах говорил Макар? Это вообще было в прямом или в переносном смысле? Пароль. Встреча в полночь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Прокручиваю его слова в голове раз за разом.

Спать не хочется, но в какой-то момент я все же отключаюсь от усталости. Веки тяжелеют, а мысли спутываются. Прикрываю глаза и проваливаюсь в темноту, стискивая в ладони мобильный телефон.

Только сон у меня чуткий. Просыпаюсь, когда из коридора доносится звук открываемого замка.

Руслан!

Узнаю шаги. Дыхание. Его ни с кем не спутаю. Кажется, все пространство вокруг меняется, когда он рядом.

Вскакиваю с дивана, одергиваю задравшуюся футболку. На автомате привожу в порядок спутанный пучок волос. Застываю в коридоре.

– Ты чего не спишь? – хрипло бросает Руслан, отбрасывая куртку в сторону.

– А ты как думаешь? – выпаливаю и замолкаю, увидев его ладони.

Костяшки сбиты. Полы пиджака распахиваются, когда он сдергивает галстук, и я замечаю темно-багровые пятна на белой рубашке.

– Тая, – он ловит мой взгляд. – Это не моя кровь.

– Твои совещания всегда так проходят? – сглатываю.

От него несет сигаретами и алкоголем. Хотя пьяным он не выглядит. Скорее очень уставшим.

– Встреча старых приятелей, – говорит Черный.

– Интересные у вас встречи, – поджимаю губы.

– Нужно было многое прояснить.

Он проходит в душ, захлопывает дверь. А я обнимаю себя руками и отхожу в сторону. Мы люди из разных миров. Руслан привык решать проблемы насилием. Его мало волнуют другие методы.

Хотя в его реальности иначе нельзя. Он бандит. Чего я ждала?

Слышится звук льющейся воды. Усаживаюсь на диван, подтягиваю колени к груди. Стараюсь унять нервную дрожь.

Проходит пара минут, и Руслан выходит в одном лишь полотенце, крепко повязанном вокруг бедер. Даже в полумраке комнаты различаю кровоподтеки проступающие на широкой груди, на рельефном животе. Следы ударов.

– Я встретилась с твоим братом, – говорю тихо.

– Знаю, – криво усмехается. – Мелкий уебок никак не угомонится.

Странно, однако рассерженным Руслан не выглядит. Когда он резко оборвал телефонный разговор, казался гораздо злее.

А теперь… похоже, есть более серьезные вопросы.

– Брат просил тебе кое-что передать.

Руслан молчит, и я повторяю все фразы Макара. На словах про пароль в черных глазах загорается что-то жуткое, темное, абсолютно непривычное. Но потом все эмоции гаснут.

Черный берет себя под контроль.

– Тая, – тяжело выдыхает он и склоняется, утыкается лбом в мой лоб, накрывает ладонью затылок. – Давай пару часов подремаем.

– Давай.

Руслан подхватывает меня на руки так ловко и резко, что я вскрикиваю от неожиданности. Зарывается в мои волосы, жадно втягивая запах.

За окном светает.

– Нам скоро на футбол, – роняю глухо.

– Да на хуй этот футбол, – отрезает Руслан, и от того, как он трется щекой о мою шею, по всему телу проходит волна горячей дрожи. – С тобой быть хочу.

30

Руслан укладывает меня на кровать, сам растягивается рядом, прижимается вплотную, сгребает в жаркие объятья. Он дышит тяжело и шумно, утыкается лицом в спутанные пряди моих волос. Его губы прижимаются к моей шее, пальцы медленно скользят по груди.

Чувствую, что он уставший. Весь на взводе. Нервы точно оголенные провода. Только тронь – закоротят. Но сейчас, рядом со мной, он как будто расслабляется, отдыхает. Его дыхание выравнивается. Движения становятся более ленивыми, неторопливыми. Наконец, массивная ладонь попросту застывает на моем животе. Горячий рот так и прижат к плечу.

Мы отключаемся практически одновременно.

Тревога внутри меня затихает. Плохое предчувствие не исчезает до конца, скорее притупляется. Сама не замечаю, как веки становятся свинцовыми, а сознание погружается в сон.

Его сильные руки на моем теле. Тесная близость. Кожа к коже. Потому что Руслан не успокаивается, пока не стягивает с меня абсолютно всю одежду. А крепкий захват он сохраняет даже во сне. И это ощущается правильно. Будто именно так и должно быть. Его терпкий запах пропитывает каждую мою клетку. Мята, соль, и что-то мускусное, особенное, неповторимое, только его.

Просыпаюсь, когда солнце ярко светит в лицо. Прищурившись, бросаю взгляд на часы. Еще рано. Восемь утра. Нужно задернуть шторы, пока Руслан не проснулся.

Пытаюсь осторожно убрать его руку со своей талии. Получается не сразу. Чудом умудряюсь выскользнуть.