По ту сторону Тьмы. Книга первая (СИ) - Владон Евгения - Страница 6

— Поживее, мальчики и девочки! Вы тут не одни! До ночи вас тут точно никто ждать не собирается.

Назвать увиденный Мией ангар загоном или стойлом, как-то не поворачивался язык. Скорее очень старый и заброшенный цех какого-нибудь завода с кирпичными стенами и массивными квадратными колоннами. И, да. Те окна, что находились лишь по одну сторону длинной стены странной анфилады — все без исключения были закрашены серой краской и заклеены красным скотчем в виде хаотичных молний.

Причём, как вскоре выяснилось, они действительно находились тут далеко не самыми первыми. Впереди маячило целых три внушительно длинных ряда совершенно незнакомых людей, раздёлённых примитивными ограждениями из бетонных столбиков и ржавых цепей. Почти все они стояли спиной к вновь прибившему пополнению, но не все из них были одеты в привычную одежду из мира Мии. Не говоря про охранявших их с обеих сторон стервятников или же местных охранников в тёмных кожаных костюмах, шитых явно не по стандартным лекалам военной формы. Впрочем, как и маски-респираторы на лицах почти всех находившихся здесь стражников.

— Сегодня у нас и вправду невероятно жирный улов. Уже не терпится развернуть все подарки. Все до единого!

Неожиданно громко прозвучавший мужской голос, заставил Мию немного напрячься и даже ненадолго отвлечься от собственной очереди, в которой она неспешно передвигалась со своими недавними попутчиками к примитивному терминалу из свезённых сюда людей. Чем не загон на скотобойне? Правда, ответить на данный вопрос она так и не успела, поскольку не всё ещё здесь рассмотрела и не сделала для этого соответствующих выводов. К тому же усиленный то ли специальными динамиками, то ли рупором приятный бархатный баритон пока ещё скрывающегося от её глаз мужчины, перетянул на себя внимание девушки от прочих интересовавших её до этого вещей.

— Знаю, знаю. Вы все готовы сейчас полезть на стенку от сводящих вас с ума вопросов. Поэтому прошу ещё немножечко вашего титанического терпения. Всё, что вам нужно, это дойти до конца своей очереди и… Получить заветный билет на ту сторону. Вам ведь не терпится узнать, что же находится на той стороне? Не говоря об исключительной вероятности стать очень значимой персоной в нашем прекраснейшем Остиуме! В городе нереальных человеческих возможностей. Да-да, знаю. Вам интересно! Вам очень и очень интересно…

— Что это за на хрен такое? — за спиной Мии изумлённо выдохнул Мартин Рэндалл, намеренно не повышая голоса и обращаясь, видимо, к самым ближайшим к нему соседям из фургона.

— Похоже на какую-то очень и очень невесёлую шутку! — а вот «Джессика Лэнг» не стала понижать своего возмущённого голоса, будто намеренно хотела привлечь к себе внимание как можно большего количества близстоящих людей. А может и не только близстоящих.

— Ты! — и, судя по всему, у неё это получилось.

Кажется, на этот раз вздрогнули все без исключения, когда всё тот же усиленный неизвестными акустическими системами мужской голос слишком резко выпалил своё «агрессивное» обращение к пока ещё неизвестному собеседнику.

— Да! Ты! Я обращаюсь к тебе, золотце.

И они его наконец-то увидели, не зная, каким именно образом, будто по команде, перенаправив свои взгляды в сторону говорившего.

1.4

С таким же успехом, каждый, кто находился на тот момент в сбившейся группке пассажиров рейса Нью-Йорк-Монреаль, мог решить, что это на него указывали пальцем и его пытались выделить из общей толпы по неизвестной никому причине. Хотя, почему это неизвестной?

Да, в основном все думали, что это была «Джессика Лэнг». Ведь никому другому, по сути, и не было. И в то же время забыли на какой-то час даже о ней (и она, к слову, сама успела забыть и о собственной выходке, и о себе, наверное, тоже). Поскольку все до единого и без исключения смотрели сейчас в самый конец терминала на того, кто тыкал в их сторону указательным пальцем довольно изящным и не без сценической эксцентричности жестом.

Тем более, напрячь память и вспомнить, как этот человек оказался наверху одного из столов регистрации (или досмотров), не смог бы вообще никто из присутствующих в зале. Он просто в какое-то мгновение взял и нарисовался в том месте, как раз над центральной средней (или второй) длинной очередью, куда ещё не успел пристроиться ни один из выживших новоприбывшей партии «свежего мяса».

Сердце Мии пропустило один, а может даже и несколько ударов за раз, после чего натужно ухнуло о рёбра, будто вспомнило ни с того, ни с сего, что давно не гоняло через себя убойные дозы адреналина вместе с сумасшедшим притоком кипящей в жилах крови. Ещё и от затылка и до самого копчика обдало вполне себе физической волной эмоционального жара. Хотя понять до конца, что же это было, и что именно её так взволновало, девушка почему-то не смогла. Всего лишь необъяснимая вспышка то ли страха, то ли, поди разбери, чего ещё другого. К тому же, предыдущий главарь стервятников из Пустоши, если так подумать, выглядел намного устрашающим и куда более опасным, чем этот явный психопат с ярко выраженным антисоциальным расстройством.

Видимо, Мия поэтому так быстро и успокоилась (правда, не до конца и едва ли надолго). Поскольку её чуть было не разобрало неожиданной вспышкой истерического веселья. Её так и порывало расхохотаться в полный голос и спросить на весь зал — что это, мать вашу, такое? Ведь «Джессика Лэнг» оказалась права на все двести. Это всё походило на очень и очень невесёлую шутку с крайне дурным вкусом.

— Да-да, золотце. Даже не рассчитывай на то, что сумеешь миновать сей чаши, делая вид, что ты тут ни при чём и просто случайно ошиблась номером автобуса. У нас ошибок не бывает. Поскольку мы здесь тем и занимаемся, что исправляем чужие… Так что…

Мия долго пыталась понять, кого именно изображал из себя этот психопат и почему так нелепо вырядился. До Хэллоуина было ещё довольно далеко, если, конечно, они не очутились в какой-нибудь безумной секте любителей БДСМ-практик, главной составляющей которых являлись ролевые игры с тематическими костюмами всевозможных мастей и шокирующих образов.

Правда этот… Джокер (Мия не сразу подобрала ему кличку, поскольку его видочек собрал в себя сразу несколько предполагаемых вариантов из уже существующих в художественной литературе и кино антагонистов), если и стремился кого-то не напугать своим нелепым видом, то всё равно не вызывал надолго желаемого облегчения у выбранной наугад жертвы. Поскольку мужчина оказался высоким, широкоплечим и с неслабой прокачанной мускулатурой. А то, что он расписал своё лицо ярко-красной помадой (или чем-то похожим на ярко-красную помаду), жирно обведя губы и большую часть кожи за границами рта неровной рукой, скорее придавала его молодому и вполне себе даже привлекательному лицу пугающий, а не веселящий образ.

То ли жирные и немытые, то ли чем-то намеренно засаленные длинные до плеч волосы непонятного оттенка (ближе к зеленовато-латунному и очень потемневшему цвету), не сказать, чтобы портили его модельную внешность, но и явно не добавляли ему положительных баллов. Завершала эту нелепую картинку ещё более нелепая одежда незнакомца — какой-то старый длинный клеенчатый плащ-дождевик давно уже не ярко-жёлтого цвета, надетого поверх… грязно-белого медицинского халата… Кажется, женского. Плюс телесные лосины или легинсы на весьма мускулистых ногах и тяжёлые армейские берцы с высоким голенищем.

Не удивительно, почему у Мии и у остальных новоприбывших буквально отвисла челюсть от его шокирующего вида. И не будь они все настолько сильно контужены после пережитой аварии и всеми последующими за нею событиями, наверное, точно бы расхохотались гомерическим смехом.

Но смеяться, почему-то никто не стал. Особенно после того, как этот Джокер очень даже изящно сошёл с регистрационного стола, наконец-то очутившись на равном со всеми уровне, и направился решительным шагом в сторону новичков… не опуская нацеленной на кого-то руки с выброшенным вперёд указательным пальцем.