Ставка слишком высока (СИ) - Хвойная Алина - Страница 12

Калмыкин относится именно к таковым.

— Заключили договор и хорошо, окажем ему услуги по высшему разряду, — ставлю точку в его обсуждении.

— Я тогда Марьину передам его проект, если ты не против? — предлагает Денис.

— Да, читаешь мысли, — соглашаюсь я, кивая.

Стук в дверь, и в кабинет заглядывает моя секретарша Светлана.

— Артём Александрович, Казанцев на линии, — тараторит она.

— Казанцев? — удивляется Дэн, потому что прекрасно помнит, что тот нам в очередной раз отказал, а о встрече с Алисой и Салтыковым я ему не рассказывал.

— Соединяй, — бросаю Свете и поднимаю трубку. — Добрый день, Марк Юрьевич, рад слышать, как ваше здоровье?

— Не жалуюсь, Артём, не жалуюсь, — произносит Казанцев. — Заглядывал тут ко мне на днях Витя и поделился интересными новостями. Неужели, правда? Остепенился?

— Как быстро распространяются новости, — аккуратно говорю я, намеренно не отвечая на вопрос напрямую.

— Витя так расписал девушку, что мне аж самому стало интересно посмотреть на героиню, которой удалось завладеть твоим черствым сердцем, — продолжает он, а мне неприятно становится от использованного им слова. Откуда у него такая уверенность в том, что моё сердце черствое?

— Да мы как-то не хотели афишировать пока, — отвечаю ему, подавляя своё недовольство брошенным им словосочетанием. — Она стесняется, не хочет быть в центре внимания.

— Так это правда? Значит, невеста? — допытывается Марк Юрьевич.

— Пока ещё девушка, но в будущем времени моя невеста и жена! — сдаюсь я и ловлю на себе пораженный взгляд Новикова. Денис смотрит на меня во все глаза и еле сдерживается, чтобы не задать вопрос. Я понимаю, что как только я закончу разговор с Казанцевым, допроса от друга мне не избежать.

— Очень-очень за тебя рад, Артём, мои поздравления! — говорит он как будто бы восторженно, в его тоне проскальзывает что-то ещё, что распознать я не успеваю.

— Да рано ещё, Марк Юрьевич, вот хотел сначала пару проектов доделать, а потом и сделать предложение где-нибудь на островах в отпуске, — на мгновенье я сам себе поражаюсь: как оказывается складно умею врать и не краснеть. — Да и «согласна» от неё ещё надо получить.

Не выдерживаю взгляда Новикова, чьи зрачки уже готовы выкатиться из орбит, и поворачиваю кресло к окну, чтобы спокойно закончить разговор.

— Получишь, если сам нигде не напортачишь, — бросает Казанцев, а затем его тон из наигранно игрового превращается в деловой. — Я в общем-то по какому вопросу тебе звоню: готов выслушать твоё предложение. Только у самого пока проектов много. Прилетай недельки через две в Сочи, мы всё лично обговорим. Подойдет?

— Конечно, подойдет, — воодушевленно соглашаюсь я, ещё не до конца веря в удачу. Или в удавшуюся авантюру.

— Вот и прекрасно! И невесту свою не забудь привести! Пусть подышит морским воздухом, а не вашим загрязненным московским.

— Девушку, — поправляю его я.

— Твою женщину в общем! Давай, до связи, — подводит итог Марк Юрьевич и отключается.

Одна проблема решена. Казанцев уже готов идти на контакт. Осталось решить две другие. Убедить его в необходимости выдать разрешение на строительство детского комплекса именно моей компании, и решить вопрос с девушкой…

Дэн начинает усиленно покашливать в надежде привлечь мое внимание. Возвращаюсь в кресле в прежнее положение и кидаю на него взгляд. В Новикове я уверен на сто процентов, ему можно доверить любую тайну, да и один я с такой авантюрой не справлюсь.

Таким же кредитом доверия с моей стороны пользуется разве что ещё Андрей.

— Казанцев готов к переговорам, — говорю я, но Денис меня перебивает.

— Это я уже понял. Не понял, я того, что у тебя появилась жена. Что это был за цирк?

— Дэн, понимаешь, Салтыков нас с Алисой увидел…

— С кем, с кем? — переспрашивает друг с глазами по пять рублей. — С той самой Алисой, которая кинулась под машину ради твоих денег?

— Ты сам переворачиваешь всё с ног на голову, — в моем голосе звучат стальные нотки. — Ей абсолютно плевать на мои деньги. Я фактически умолял её остаться в отеле за мой счёт хотя бы на неделю, пока она окончательно не пришла в себя.

— Ты сделал что?! — Денис был не в курсе моей помощи девушке. — Конечно, она прожила в отеле неделю за твой счёт. Ты поди ей ещё и «Руссо» оплатил…

— Хватит! — рявкаю на него, пока он не перешел границы дозволенного. — Ты почему так к ней относишься? Что лично тебе сделала Алиса?

— Артём, я тебя не узнаю, — пораженно качает головой друг. — Ты же на собственном опыте познал, что такое женская сущность, меркантильность и корысть.

— И что? Теперь всех по одному примеру судить будем? — начинаю я злиться.

— Во-первых, не по одному… — настаивает на своём Денис.

— Ты сейчас про свою Элину? — опережаю друга, прекрасно осознавая, что её имя сработает для него как триггер.

Новиков моментально замолкает, откидывается на спинку дивана, закрывает глаза и потирает переносицу. Я вижу, что ему до сих пор больно, вижу, что он до сих пор пытается забыть девушку, которая оставила неизгладимый отпечаток в его душе почти десять лет назад, но он упорно продолжает это отрицать, настаивая на том, что всё уже давно в прошлом.

Выжидаю несколько минут, давая время и ему, и себе успокоиться, а затем говорю:

— Так уж вышло, что Салтыков посчитал меня и Алису парой. Я надеюсь, все-таки не ввязывать девушку, как-нибудь объяснить её отсутствие, но именно наличие постоянных отношений, как оказалось, важно для Казанцева. Ты же прекрасно понимаешь, как ценен этот проект и для компании, и лично для меня. Дед всегда хотел построить сеть детских комплексов, а ты знаешь, что для них нужны специальные разрешения правительства, которые только Казанцев готов предоставить.

— Туше, — тихо произносит Денис. — Просто я ей не доверяю и всё. Возможно, я ошибаюсь и буду рад, если в итоге так всё и окажется.

— Пока Алису я никак и не собираюсь привлекать. К слову, она уже давно съехала из «Руссо» и сняла себе квартиру.

— Значит, все-таки «Руссо», — хмыкнул друг и присвистнул.

— Иди работай уже, — бросаю я, и Дэн покорно покидает кабинет.

Чуть позже мне звонит мать и просит заехать к ним вечером после работы. Она говорит, что нашла какие-то документы в кабинете отца на имя деда, и не знает, что с ними делать. Я обещаю заехать. Надеюсь, это не очередной предлог с кем-то меня познакомить, и эти бумаги деда существуют на самом деле.

До дома родителей добираюсь только в начале девятого, но свет в доме горит. Видимо, семья как раз ужинает. Захожу внутрь и в коридоре сталкиваюсь с домработницей родителей Зиной. Она мне кивает, приветствуя, и узнав, что я не голоден, обещает принести только чашечку чая к столу. Все уже поели и сейчас наслаждаются десертом.

— Всем приятного аппетита, — желаю я, заходя в столовую и занимая место рядом с сестрой, которая тепло мне улыбается. Отец кивает головой, здороваясь, параллельно поедая клубничный пирог — любимое сладкое Лены.

— Тёма! Мы уже думали, ты не заедешь, — восклицает мама.

— На работе замотался, — отвечаю я.

— Всё работа твоя да работа… — ворчит она. — Ты когда личную жизнь налаживать собираешься?

— Мам, ты опять? — моё настроение портится моментально. — Я думал, ты мне какие-то документы показать хотела.

— Успеется, — отмахивается она. — А как там Анечка поживает?

— Какая Анечка? — хмурюсь я.

— Ну, Морозова, ты же её подвозил!

Это становиться последней каплей моей выдержки на сегодня, то Денис со своим женоненавистничеством, то мама со своим сводничеством. С меня хватит!

Сжимаю кулаки до белых костяшек, стараясь сдержаться из последних сил.

Загородный дом родителей мне больше не кажется местом уюта, оно превращается в какое-то сводническое агентство, в котором я не обладаю никакой свободой, а пытаюсь лишь сдерживать давление матери. Так больше продолжаться не может.

Еле держу себя в руках, чтобы не нагрубить матери.