Малыш для лучшего друга (СИ) - Романова Злата - Страница 31

– Скорая сейчас приедет, нужно тебя переодеть, – вырывает меня из моих мыслей Паша, который обнимает меня так, словно я вот-вот упаду.

И это сразу же меня отрезвляет.

– Скорая? Блин, Паш, зачем ты вызвал их? Я вряд ли рожу в ближайшие часы, нам просто надо сейчас связаться с моим врачом, переодеться и поехать в клинику. Не впадай в панику.

– Как не паниковать, если я вызвал у тебя преждевременные роды? – большими глазами смотрит на меня этот обычно всегда хладнокровный мужчина.

– Ничего ты у меня не вызывал, – закатываю глаза. – Я уже несколько часов чувствовала схватки, просто считала их тренировочными. Видимо, пришло время рожать. Как удачно, что мы успели собрать мебель.

– Это не смешно!

– Ну не злись, – с улыбкой глажу его по спине. – Выдохни, Паш. Успокойся. Все в порядке, слышишь? Нам с тобой надо сейчас не впадать в панику, а просто заняться делом. Я пойду переоденусь, а ты звони нашему врачу, хорошо?

– Хорошо, – выдыхает он. – А помощь тебе не нужна?

– Не нужна, я пока еще стою на своих двоих. Давай, звони. Я быстро. Крикну, если что.

Чувствуя себя странно счастливой от того, что скоро увижу своего сыночка, вместо того, чтобы испытывать ожидаемый страх перед родами, я иду в ванную и обмывшись под душем, надеваю кокетливое широкое платье с ромашками, а волосы заплетаю в две французские косы, чтобы было удобно. Паша караулит под дверью, каждую минуту спрашивая, все ли со мной хорошо. Мне даже новая порция схваток нипочем. И вообще, я счастлива.

– Надо позвонить родителям, – открывая дверь, говорю я ему, а он смотрит на меня, как на сумасшедшую.

– Ты наряжалась?!

– Всего лишь переоделась в удобное, – невинно пожимаю плечами. – Ну что, едем?

– Да! Давно пора, идем уже. К черту эту скорую!

К сожалению, на этом мой позитивный настрой заканчивается, потому что, когда начинаются настоящие схватки, я понимаю, что мои ожидания были верны. Это чертовски болезненный процесс!

***

– Он выглядит таким серьезным, – улыбается Паша, глядя на меня поверх головки малыша.

– На тебя похож, – шепчу я, приглаживая пальцем крошечную бесцветную бровку, что дает новоиспеченному папе еще один повод гордо выпятить грудь.

Но, это правда. Такое ощущение, что нашего сына родил один Паша, потому что от меня он ничего не взял. Просто мини-копия своего отца, хотя мама уверяет, что дети меняются до года.

Мамочка моя любимая. Что бы я без нее делала! Она ведь готовилась рожать со мной и слава Богу, успела приехать вовремя! Потому что уже в процессе мне стало настолько страшно, что без нее рядом я бы точно не справилась. Даже доула не так помогла мне морально, как присутствие мамы. И сейчас, спустя восемь часов после родов, я все еще чувствую огромную благодарность и потребность в ее присутствии, хотя ей и пришлось уехать домой, чтобы немного поспать. А вот Паша остался.

– Ты разве не хочешь спать? – в который раз спрашиваю у него, но тот полностью увлечен сыном, который тоже бодрствует на руках у своего восхищенного папы.

– Может и хочу, но я этого пока не чувствую. Не переживай так, Серафима. Я уйду через десять минут, меня и так уже грозились выгнать.

На самом деле, Паша мне совсем не мешает, но я правда переживаю, потому что, проснувшись, узнала, что он не уходил. Не спал больше суток, как так можно? Я вот все еще чувствую себя разбитой и снова хочу уснуть. Так и сделаю, как только медсестра унесет нашего малыша и я буду уверена, что он под присмотром. Сервис в этой клинике отличный.

– Как же тебя зовут, малыш? – задумчиво рассматривает нашего сына Паша.

Мы с ним решили дать имя ребенку только после рождения. Мне казалось важным сначала посмотреть на его личико, чтобы понять, подходит ему имя или нет. Но я и сама задумчиво смотрю на своего самого красивого ребенка в мире и не могу понять, как нужно назвать это крошечное совершенство.

– Добрыня? – вдруг вспомнив, как в детстве Паше нравился старый русский мультик, подшучиваю я.

– Добрыня… – задумчиво тянет он, словно и правда раздумывает над этим вариантом.

– Я пошутила, Паша! Блин, у тебя от недосыпа уже мозги не работают. Последнее, что нужно нашему ребенку – это устаревшее или мудреное имя, чтобы над ним дети в школе смеялись.

– Сейчас в моде имена вроде Адриана или Гарри, – серьезно заявляет он, не споря насчет Добрыни.

– Тебе же не нравилась привычка называть детей зарубежными именами!

– Мне и сейчас не нравится, я просто сказал, – вздыхает Паша. – Не знаю, Фим, он ни на кого не похож. Кто бы мог подумать, что давать имя ребенку так тяжело?

– Мы не обязаны делать это сегодня. Будет пока Малыш Павлович.

– Нет, не пойдет, – качает головой Паша. – Зваться малышом оскорбительно. Малыш – это ласкательное. Малышу нужно настоящее имя.

– Ну не прямо же сейчас? Я не хочу поспешить и потом жалеть.

– Ладно.

Паша продолжает серьезно изучать лицо сына, а я чувствую, что уже соскучилась. Снова хочу, чтобы он был у меня на ручках.

– Дай его мне, я тоже хочу, – тяну жалобно, протягивая руки.

Паша отдает малыша с явной неохотой, я же радостно прижимаю его к груди и целую в крошечный носик.

– Ты мамино сокровище! Красавчик мой маленький, и имя у тебя будет красивое.

– Добрыня был Никитичем, а что, если Никита? – неожиданно озаряет Пашу.

– Никита? – раздумываю я.

Есть ли у меня знакомые Никиты, с которыми возникают плохие ассоциации? Вроде нет. А нравится ли мне это имя? Как-то даже не думала. Смотрю на своего мальчика, мысленно примеряя к его лицу имя Никита, и чем больше думаю, тем больше воспринимаю это предложение всерьез. А ведь есть в нем что-то от Никиты. Правда есть! Мистика какая-то.

– Ты чего? – спрашивает Паша.

– Он похож! – с восторгом выдыхаю я. – Паш, а ведь реально похож на Никиту, скажи же?

Паша наклоняет голову, рассматривая сына так же внимательно, как и я, и его губы расплываются в самодовольной улыбочке.

– Походу, Никита он и есть.

– Мы решили? – переспрашиваю, чтобы точно убедиться. – Наш сын Никита?

– Решили, – подтверждает Паша. – Никита Павлович. У малыша есть имя.

– Никита! – не скрывая радости, снова повторяю я, а потом тянусь свободной рукой к Паше и крепко обнимаю за шею.

Он в ответ приобнимает нас с малышом и так мы и сидим втроем, разделяя этот счастливый момент, прежде чем заходит медсестра, решившая забрать нашего Никиту после кормления, чтобы дать мне еще отдохнуть. Паша тоже, наконец-то, соглашается поехать домой.

Глава 23

Месяц спустя

– Я смотрю, ты хорошо обжил мою квартиру, – присвистывает Миша, когда я показываю ему во время видеозвонка некоторые изменения в интерьере, хотя они незначительны. Всего-то купил ковер и удобное кресло, да установил пару приспособлений для сына. – Как там малышок?

– Растет не по дням, а по часам. Фима завезет его скоро.

– А ты уже весь в родительском вайбе, – усмехается брат. – Девушек хоть водишь? Или мое холостяцкое гнездышко окончательно превратилось в семейное?

– Вожу, не бойся. Малыш со мной не ночует, так что помех у тебя не будет. Уже купил билеты?

– Да, в четверг буду на родине. Не могу сказать, что сильно соскучился, но блин, тут оставаться еще хуже.

Миша ни с того, ни с сего заявил, что собирается вернуться домой. В подробности он не вдавался, но вскользь сообщил, что расстался с девушкой. Ирония в том, что мы с ним оба сейчас находимся в одинаковом положении. Я ведь тоже не просто так оставил свою квартиру и перевез к нему все свое барахло. Не могу жить там после Ксюши. Лучше уж тут, даже несмотря на неудобную локацию. По крайней мере, он меня не прогоняет, согласился жить вместе, пока ремонт в моей новой квартире не будет завершен. К счастью, мне обещали закончить ее за месяц, так что недолго мне обитать с братом. Все же, два взрослых мужика, живущих вместе, это вам не лучший пример соседства. У обоих свои заморочки и своя личная жизнь. У меня еще и ребенок, который хоть и не ночует со мной, но выходные будни проводит.