"Фантастика 2023-103" Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 418

Локи – бог хитрости и обмана у скандинавов. Единственный йотун (великаны, дети ледяного великана Имира, враги асов и людей) в Асгарде.

Марка – в германских землях пограничная область или находящаяся близ пограничной, но также являющаяся опасной. Первые марки появились в IX веке, при правлении Карла Великого.

Маркграф – правитель марки. На своих землях обладали правами, идентичными правам герцога. Однако в военных походах подчинялись одному из герцогов империи.

Морана (Мара) – в славянском пантеоне богиня смерти и воскресения.

Навь – в славянской мифологии потусторонний мир. Вместе с правью и явью составляют три стороны бытия.

Один – предводитель асов, повелитель рун. Бог мудрецов и воинов, покровитель валькирий, дев битвы.

Патримоний святого Петра – земли, подвластные Папе Римскому как духовно, так и светски.

Петарда – наполненный порохом снаряд, имеющий форму усеченного конуса; использующийся для взрыва крепостных ворот

Ромеи – привычное для Руси название византийцев.

Святовит – в западнославянском пантеоне бог войны и победы. «Бог богов» в храме Арконы, одного из величайших сакральных мест всех славян.

Снеккар – второе название малого драккара, с командой до 60 человек.

Сифонофор – предтеча современных огнеметов, использовавшийся сначала византийцами, а затем и русичами на флоте для поджигания вражеских кораблей. Затем был применен войсками Хальфдана Мрачного и в сухопутных сражениях. По сути представлял собой трубчатый насос, где в качестве выталкивающей силы для огнесмеси – «греческого огня» - использовался сжатый воздух.

Сурт – в скандинавской мифологии огненный великан, враг асов, владыка огненной земли Муспельхейма.

Тайная Стража – ведомство, совмещающее на Руси функции тайной полиции, разведки и контрразведки. С самого начала правления Хальфдана Мрачного ею руководит его побратим Гуннар Бешеный

Тьма – десять тысяч

Тор – в скандинавском пантеоне старший сын Одина, бог грома и бури

Фенрир – в скандинавской мифологии чудовищный волк, провозвестник Рагнарека (гибели мира)

Хеймдалль – в скандинавском пантеоне бог-хранитель мирового древа, а также предсказатель будущего.

Хеландий – дромон-«переросток», использующийся чаще всего как флагманское или же «бомбардирское» судно. В последнем случае увеличивалось количество метательных машин. Обладали меньшей маневренностью.

Хель – в скандинавской мифологии повелительница мира мертвых. Дочь Локи

Хирд - в скандинавских землях название боевой дружины. Во главе хирда стоит ярл либо конунг. Также вариант плотного боевого построения пехоты.

Хирдман – воин, входящий в хирд. Хирдманы полностью подчинялись ярлу либо конунгу, будучи связанными с ним клятвами, являясь своего рода кланом с прочными связями между собой.

Хольмгард – наименование Новгорода, преимущественно используемое в скандинавских странах

Царьград – издавна используемое на Руси название Константинополя

Шилтрон – предназначенное для обороны плотное круговое построение пехоты с копейщиками в первых рядах.

Эрцканцлер - одна из высших государственных должностей Священной Римской империи, глава имперской канцелярии и второе лицо в государстве после императора. Эрцканцлер по умолчанию стоял выше канцлеров других государств и правителей.

Татьяна Солодкова

Призраки Марта

Пролог

В камине весело потрескивали поленья, охваченные языками красно-желтого пламени. Их вид завораживал, притягивал взгляд, околдовывал.

Колдовство… Март усмехнулся, вспомнив слово, которым невежи до сих пор иногда называют магию. Колдовство и колдуны. И плевать они хотели на общепринятые названия.

Плевать, плевать на все… Хотелось бы и ему просто взять и наплевать. Послать все к черту: и сестру, и выбор, перед которым она его поставила, – просто уйти.

Но сбежать можно не из всякой западни. Да и разве он беглец?

Март сполз по спинке кресла еще ниже, водрузил ноги на невысокий табурет, поближе к огню, который по-прежнему притягивал взгляд. Мартин даже не потрудился снять сапоги – зачем? Не хватало еще потом встречать гостей босиком и обуваться в спешке. Пустое. Ждать осталось недолго.

Он только расстегнул несколько пуговиц рубашки и привычно закатал рукава.

Мятая одежда, растекшееся по креслу тело, бокал с янтарной, терпко пахнущей жидкостью на столике у правого локтя. Будь в помещении сторонний наблюдатель, он решил бы, что молодой человек пьян. Март и впрямь в этот вечер представлял собой жалкое зрелище. Вот только он не выпил ни капли спиртного. Наполнил стакан на треть, поставил на стол, но передумал и так к нему и не притронулся – ясная голова сегодня еще пригодится.

Одно из поленьев снова издало треск и рассыпалось в пламени в труху, другие еще сохраняли форму, несмотря на то что огонь уже порядком их потрепал. Март подумал, что он сам теперь сродни этим деревяшкам – осталась только форма, внешний вид, но языки пламени с себя уже не стряхнуть.

Тихо отворилась боковая дверь, впуская в комнату рыжеволосого мальчишку. Огненная шевелюра подростка, как всегда, оказалась растрепана, будто не чесана много дней, хотя Март своими глазами видел Пьетро утром и прическа у него была почти что опрятная.

Мартин бросил на визитера ленивый короткий взгляд и вновь уставился в камин. Вот и второе полено истлело…

– Опять потерял расческу?

– А? – замерший было у двери мальчик вздрогнул. – Я… это…

Март повернул к нему голову, красноречиво приподняв бровь.

Пьетро тут же подобрался, вытянул руки по швам.

– Простите, господин! – выпалил он на этот раз четко и громко, как солдат перед командующим. – Никак нет! – Похоже, ветеранские истории Густава плотно осели в подсознании мальчишки. – Расческа при мне! – В подтверждение своих слов подросток даже извлек ее из кармана и несколько раз прошелся деревянными зубцами по волосам. – Уй! – Зубчики ожидаемо запутались в непокорных прядях.

Март поморщился.

– Петька, брось, – попросил устало, отворачиваясь.

– Э-э-э… – раздался звук падения маленького предмета на пол. – Расческу бросил, господин!

Мартин с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться – Петька с его тонкой душевной организацией непременно обидится.

– Господин? – В голосе мальчика появились жалобные нотки.

– Да, Петь? – Третье полено. Что-то «гости» тянут. Если так и дальше пойдет, придется вставать и подбрасывать в камин новую порцию дров.

Пьетро несмело сделал шаг к креслу, в котором все еще сидел, развалясь, Март, и робко замер.

– Я опять понял вас буквально, да?

На этот раз Мартин улыбнулся от души и не таясь. Есть же толк, есть. Раньше парнишка и заговорить первым не решился бы, и вопрос задать.

– Ага. – Март, не поворачиваясь, оторвал ладонь от подлокотника кресла, согнул указательный палец, и брошенная на пол расческа, взлетев в воздух, послушно заняла свое место в кармане юного хозяина.

– Ох… – выдохнул Пьетро. Что тоже было успехом – вспомнить хотя бы, как он визжал, словно раненый поросенок, при любых проявлениях магии рядом с ним.

Март наконец взял себя в руки, обхватил ладонями подлокотники, подтянулся, садясь ровнее, поставил ноги на пол.

– Петь, ты что-то хотел?

Мальчик смущенно переступил с ноги на ногу.

– Хотел спросить: не нужно ли вам чего? Спать пойти… – и резко замолчал, увидев, как господин хмурится.

– Сколько раз я тебе говорил, что ты больше не раб? – строго спросил Март.

– Много, господин. – Успех, конечно, налицо, но работать с парнишкой еще долго. Жаль, что…

– И не «господин», – продолжил Мартин. – И на «ты».

Пьетро упрямо поджал губы, мотнул головой, как норовистый конь, взметнув огненно-рыжую челку.

– Не могу, господин.

Вот ведь упрямец! Март не сдержал улыбки.

– Хорошо, что ты зашел, – сказал он, снова становясь серьезным. – Вон там на столе деньги, – кивнул, указывая направление. – Передашь завтра с утра поверенному господина Переуса. Это арендная плата.