Искры на ветру (СИ) - Карпов Илья Витальевич - Страница 39

— Его Величество Эдвальд Первый из дома Одерингов, король Энгаты!

Торжественный голос герольда нарушил тишину, но Таринору с трудом верилось в эти слова. Эдвальд выглядел так, словно стал не на семь, а на двадцать семь лет старше.

— Ваше величество! — неожиданно заговорила Рия. — Я Риенна Эльдштерн, дочь Мартина Эльдштерна из Аймха. Пришла воззвать к вашему милосердию. Лорд Рейнар заточил моего дядю в тюрьму Пламенного замка по ложному обвинению.

Несколько секунд лицо короля было непроницаемо. Таринор даже подумал, что холодные ночи в замке лишили его слуха, но вскоре с вершины трона раздался скрипучий голос, едва ли похожий на тот, что помнил наёмник.

— Риена… Так звали одну из моих сестёр… Назови своего спутника, Риена Эльдштерн, — король смотрел не на просителей, а куда-то вперёд, поверх их голов.

— Это наёмник, что сопровождал меня по дороге сюда, оберегая от…

— Мне не интересны его заслуги, — раздражённо перебил король. — Назови его имя или же пусть назовётся сам.

— Я скажу, — тихо проговорил Таринор.

— Не надо… — попыталась остановить его Рия.

— Он ведь именно этого и хочет, — процедил сквозь зубы наёмник, после чего громко продолжил: — Я Таринор, наёмник. Семь лет назад я верой и правдой служил вам телохранителем. Теперь же прошу у вас… помощи.

Слова разнеслись по залу раскатистым эхом и потонули в тишине. Командующий гвардией удивлённо взглянул на Таринора, а на лице Гильяма Фолтрейна появилась кривая ухмылка. Наёмник слышал даже собственное сердцебиение.

Король нахмурился и вопросительно взглянул на герольда. Тот, сощурившись, провёл пальцем по бумаге и кивнул в ответ, после чего его величество с видимым усилием поднялся с места, прижимая пустой рукав ближе к телу. Наёмник уже решил было, что сейчас прозвучит приказ и клинок прищурившегося стражника, на гарде которого тот держал руку, окажется в его, Таринора, груди по самую гарду. Однако тишину вновь нарушил голос Эдвальда Одеринга.

— Опустите оружие и отойдите! — мечи тут же скрылись в ножнах, а сами стражники сделали два шага в сторону. — Они пришли без оружия, негоже и нам бряцать мечом.

Король осторожно спускался по ступеням, стараясь не наступить на собственную алую мантию. Он прихрамывал на правую ногу и не сводил тяжёлого взгляда серых глаз с наёмника. Остановившись на предпоследней ступени, он заговорил вновь:

— Да, теперь вижу ясно, — бурые с проседью брови короля приподнялись. — Таринор Северянин должен был когда-нибудь вновь появиться в этих стенах. И, наконец, я дождался этого дня.

— Вы ждали нас, ваше величество? — удивилась Рия.

— Не тебя. Его, — король указал пальцем с длинным ногтем на наёмника. — С этим человеком мне предстоит разговор. И от его итогов будет зависеть, внемлю ли я прошению юной Риены Эльдштерн.

Глава 13

Таринор не знал, что и сказать. Он шёл сюда в полной уверенности, что за эти семь лет король забыл о его существовании и, если он откажет в помощи Рие, то наёмнику придётся напомнить о себе, рассказав какой-нибудь факт, известный лишь им двоим. Но того, что Эдвальд Одеринг не только помнит его, но и ждал его прихода, наёмник точно не предполагал. Как не предполагал и того, что его величество станет изъясняться в такой странной манере.

— Ваше величество, я здесь лишь для сопровождения Риенны. Прийти сюда было именно её желанием. Позвольте рассказать ей, в чём ей требуется помощь…

— Она её получит! — перебил король. — Или же нет. Зависит от тебя. Мы побеседуем наедине.

— Ваше величество? — наёмник не верил своим ушам.

Кажется, Эдвальд действительно выжил из ума, как о нём говорят. Но, к сожалению, пока на его голове этот кусок золота, его воля — закон. Ослушаться королевского приказа в тронном зале означало мгновенно лишиться головы, а пожить Таринору ещё хотелось.

В этот самый момент, когда от напряжения, казалось, затвердел сам воздух, по тронному залу разнёсся пронзительный звон колокольчика. Наёмник огляделся, но никого не увидел и взглянул на Рию. Девушка пожала плечами, и Таринор хотел было что-то сказать, как вдруг ощутил крепкий шлепок по заднице.

От неожиданности наёмник подскочил на месте и обернулся: позади никого не было. И только когда он повернул голову обратно, увидел удивительно маленького человечка, ростом ему по пояс или чуть выше, целующего руку Рии в изящном полупоклоне.

По первому взгляду Таринор принял его за ребёнка, но, когда тот отстранился от девичьей руки, взору наёмника открылось морщинистое лицо, поросшие густыми бакенбардами щёки и непропорционально большой мясистый нос с красными прожилками, и это впечатление исчезло без следа.

Карлик был одет в костюм, до смешного напоминавший тот, что сшили для Таринора, вот только рукава и штанины были, наверное, вдвое короче. Он носил маленькие изящные туфли с загнутыми кверху носами, в одной руке сжимал жезл с навершием в виде собачьей головы, сжимающей в зубах серебряный колокольчик, а другая рука оканчивалась причудливой перчаткой. Покрытая красным бархатом на ладони, с внешней стороны она была сплошь расшита золотой нитью, благодаря чему, одна эта деталь одежды карлика, должно быть, стоила дороже, чем всё, что было на наёмнике.

Головного убора на человечке не было, а ото лба поднималась гладкая залысина, отвоевав у чёрных кучерявых волос место почти до самой макушки. Он насмешливо взглянул на Таринора маленькими хитрыми глазками и состроил гримасу, после чего низко поклонился королю, отведя жезл в сторону, отчего колокольчик вновь задорно зазвенел.

Наёмник изумился не столько появлению странного карлика, сколько реакции короля на происходящее. Его величество улыбался как дитя и хлопал в ладоши, пока тот не распрямился и не встал по правую руку от него. При этом карлик стоял с Эдвальдом на одной ступеньке, что удивило Таринора ещё больше. Кто же он, чёрт возьми, такой?

— Да простят мне боги эту шалость, — усмехнулся король. — Видеть, как люди впервые встречаются с мои шутом, особенно во время приёмов — одно из немногих удовольствий, которые я себе позволяю. Клянусь, порой их реакция меня смешит больше, чем его выходки, и вы исключением не стали. Гордись Таринор, тебя облагодетельствовала правая рука короля Энгаты.

Наёмник давно не испытывал столько степеней удивления за столь короткий срок, как за последние полчаса, и только что достиг новой. Король не только впал в набожность, но и завёл шута? Что дальше? Он превратится в дракона и вознесётся к облакам? Таринор с содроганием поймал себя на мысли, что с большим удовольствием встретился бы со «старым» Эдвальдом.

Наёмник бегло взглянул на гвардейцев. Если Кавигер с трудом сдерживал улыбку, глядя на ужимки карлика-шута, то Фолтрейн смотрел на это с холодным отвращением. Таринор помнил это взгляд, как помнил и то, что обычно он не сулил ничего хорошего.

— Ну, довольно, Тилль, ступай, — махнул рукой король, преодолевая последнюю ступень. — Юную Риену Эльдштерн разместят в гостевой зале, ей будет оказан тёплый приём. А ты, Таринор, пойдёшь со мной.

Сказав это, он неспеша побрёл к двери возле одной из колонн, а один из стражников незамедлительно отправился следом.

Наёмник не посмел возразить. Пока он шёл, за ним по пятам следовал другой стражник, едва не наступая на пятки. В конце концов, они оказались в просторном кабинете. В похожем помещении, припомнил Таринор, принимал лорд Алистер Рейнар, вот только драконьих черепов на стенах не было, вместо них лишь алые полотнища со всё тем же вышитым грифоном. Стражники покинули комнату лишь тогда, когда вошёл высокий, на голову выше всех присутствующих, гладко выбритый рыцарь гвардии, в кольчуге и пластинах. В руках он держал широкий меч, но ножен на поясе не было.

— Пусть тебя не смущает присутствие сира Гримуальда Гвила. Несколько лет назад он лишился слуха, а потому незаменим как телохранитель при разговорах наедине.

Сир Гримуальд неподвижно встал у двери, глядя прямо в стену напротив. Теперь он больше походил на деревянный манекен, облачённый в декоративный доспех, и лишь едва заметно вздымающаяся грудь напоминала о том, что это живой человек.