Демон-Хранитель (СИ) - Хохлова Жанна - Страница 62

Раздалась громкая оплеуха и зал замер. Клиент ошарашенно смотрел на известного режиссёра, отвесившего ему пощёчину, а я замерла, пытаясь угадать мотивы его поступка.

— Уйди немедленно, — прошипела Кэтрин, глядя прямо мне в глаза. — Клиент всегда прав, а ты уволена.

Я задохнулась от несправедливости и того, что мне, безупречному работнику, ни разу не давшему усомниться в себе, не поверили. Я ушла в подсобку и переоделась. Но выйдя на улицу и глотнув грязный воздух мегаполиса, вся моя уверенность мигом испарилась. Я растерянно оглянулась по сторонам и уже хотела было сделать шаг сама не знаю куда, как меня придержали за локоть. Это был Давид, а я даже забыла его поблагодарить за заступничество.

— Спасибо, — выдавила я и виновато посмотрела на него: — У Вас будут неприятности?

— Бумажный Франклин решает многие вопросы, — проговорил он мне, улыбаясь, а я отметила его бархатный голос с немного каркающими нотами сверху.

Это могло бы пугать, если бы не лёгкая шепелявость, что придавало все его образу некий шарм, шлейфом вокруг развевающий некую загадочность.

— Оу, — только и смогла произнести я немного безучастно, — и Вы все проблемы так решаете?

Квентин внимательно посмотрел на меня, и я увидела в его глазах неподдельный интерес, не тот, как тогда, когда он звал меня сниматься в его фильме. Более человеческий что ли?

— У Вас что-то случилось? — спросил он, оглядывая меня.

Наверное, я и вправду выглядела не как обычно. Горящий безумный взгляд, дёрганные рваные движения и растерянность.

— Вы сочтёте меня сумасшедшей, — прошептала я, испуганно глядя ему в глаза.

— А вы попробуйте рассказать, — проговорил он и заложил обе ладони в карманы брюк.

И мы двинулись по шумному проспекту, ища место поспокойнее, остановившись возле небольшой кафешки. Я не знала кому мне можно доверять, понимая, что самое большее, что Тарантино может мне сделать это посмеявшись удалиться, никогда обо мне более не вспомнив. И присев за свободный столик, я выпалила ему всё, что знала сама.

— А это кольцо у Вас откуда? — спросил Давид вопреки логике и здравому смыслу, оставшись рядом и попытавшись понять меня.

— Это его подарок на помолвку, — тихо проговорила я, понимая, какой эффект на него произвели эти слова.

— Психоаналитик помогает с Вашими проблемами, а они связаны с нашими внутренними демонами, как Вы выражаетесь, — произнёс он, отпивая кофе с лёгким миндальным запахом из кружки. — Хотите знать от чего мне помог специалист?

— У меня есть очень хороший знакомый — психоаналитик, он мне помог в своё время…

— Психоаналитик?! — возмущённо вскричала: — Я что похожа на сумасшедшую, — и тут же осеклась.

Да, я была похожа на полоумную с моими бреднями про демона в прагматичном мире.

— Психоаналитик помогает с Вашими проблемами, а они связаны с нашими внутренними демонами, как вы выражаетесь, — произнёс он, отпивая кофе с лёгким миндальным запахом из кружки. — Хотите знать от чего мне помог специалист?

Знать не хотелось, но из вежливости я утвердительно кивнула головой. Его глаза загорелись и я поняла, что мне предстоит один из тех душных разговоров со случайными знакомцами, которые я не любила.

— Моей страстью всегда были женские ступни, — произнёс он, и я, скрестив ноги в голенях, спрятала их под стул. Он задорно улыбнулся: — У вас прелестные маленькие стопы, мне же всегда нравились просто огромные и дошло до того, что я на роль стал брать обладательниц таких ступней независимо от их таланта, перессорившись во всеми сценаристами и продюсерами.

Я удивлённо приподняла бровь, а он продолжил:

— Психоаналитик помог мне, теперь я спокойно отношусь к этой части женского тела.

Я скользнула задумчивым взглядом по его лицу, он едва ли серьёзно воспринял все то, о чём ему поведала. Тяжело вздохнув, я пообещала завтра же приехать к его специалисту. Мы расстались, и вместо возвращения домой я съездила в ратушу, где мы когда-то сочетались браком. Я знала, что ничего там не найду. Регистраторша подозрительно на меня взглянула, но сдалась под моим умоляющим взором. Как я и думала, и там была временная дыра.

Бесцельно петляя по городу, я доехала до того самого небоскрёба, где когда-то получила кольцо с камнем цвета глаз моего демона. Мне удалось пробраться на крышу, где и пробыла почти до самого вечера. А возвратившись домой, вдруг ужаснулась. А что если я сошла с ума, что если это и вправду мои образы, рождённые воспалённым рассудком? Как это понять, если мозг болен?

Наскоро приняв душ, не поужинав, чувствуя безмерную усталость, я, зарывшись в подушки и одеяло, уснула.

Вязкая реальность, как будто переступаешь по иловому дну мутной реки, пытаясь выбраться. Но это сон. Туман, оседающий на лицо, но одновременно, проносящийся мимо. Как ухватить что-то за что можно зацепиться? Всё изменяется, нет ничего постоянного. Как сейчас в моей жизни…

— Дженнифер, — слабый, мужской и такой знакомый голос, а в голове мысль: разве может галлюцинация быть настолько любимой? Ещё раз и уже ближе, а я ликую: — Джен…

— Сол? — немного с опаской, боясь, что сон развеется и от этой мысли ужасаюсь и цепляюсь за реальность сна, как за ватное одеяло, слышу его облегчённый вздох где-то рядом.

Вдруг как будто кто-то выдёргивает со дна на поверхность, и меня заливает яркий свет: жёлтая трава, валуны, разбросанные в беспорядке перед каменным домом и его тёмная фигура в плаще, который нещадно бьёт свежий горный ветер, трепля из стороны в сторону. Я слышу пение птиц, хотя в тот раз их не было, местность как будто умылась, смывая с себя сто вековой сон. А под моими ногами трава зеленеет.

— Сол, — шепчу я, на что он вздрагивает и оборачивается, я всё ещё не верю. — Тебя нет в реальности — ты мой сон, — произношу я, а из глаз катятся слезы.

Солидафиэль преодолевает расстояние между нами широкими торопливыми шагам, и хочет коснуться меня, но его рука проваливается, не задев, он чертыхается. Я тянусь и ухватываю пустоту.

— Это сон, Джен, — с печалью проговаривает он, его глаза горят, вижу тоску, — мы должны следовать его законам.

Я качаю головой, соглашаясь, и тут же проговорив, чувствую, как слезы подступают к горлу:

— Наш сын…

Солидафиэль тяжело вздыхает и говорит глухим голосом:

— Он под полной защитой Творца и мне разрешают его навещать… иногда…

Моё горло сдавливает душный комок, который не даёт вздохнуть, и я рыдаю, стоя близко с ним, не имевшая возможности обнять его и разделить с ним наше горе. Он стоит рядом, и я вижу, как желваки играют на его щеках.

— Я его никогда не увижу… — проговариваю я себе приговор небес, словно пытаясь усвоить его, но не принимая, — моего мальчика, того, кого мы ждали все девять месяцев. Ты ведь знаешь, каково быть сиротой, и я знаю, а его существование будет сродни сиротству, Солидафиэль, — я опять погружаюсь в пучину слез.

— Посмотри на меня, — говорит Сол требовательно. — Смотри на меня, Дженнифер, — я вздёрнула подбородок и взгляд его голубых глаз с тёмным ободком радужки окутывает меня нежностью, — кричи.

— Что? — недоумеваю, изумлённо глядя.

— Кричи, излей боль, это сон, но только мы вдвоём понимаем, что теперь это наша реальность, которую мы будем делить, пока я не найду возможность вернуться к тебе.

— Ты обещаешь? — надежда в голосе, пока слабая, вперемежку с болью.

— Да, я всегда буду возвращаться к тебе, — твёрдость и уверенность в голосе.

Мой крик огласил окрестности, птицы взмыли в воздух. Боль плеснулась, не задерживаясь во мне, и потоком излилась из меня, думаю не без помощи Солидафиэль. Легче не становится, но что-то во мне исправляется, чуть-чуть. Гляжу на него чуть светлее.

— Ты скоро проснёшься, — говорит мне любимый. — Я прошу быть очень осторожной, Сатана очень зол, он не может тебя убить, но навредить вполне, я прошу тебя, моя девочка, — только он так может обласкать голосом.

Меня встряхивает и выбрасывает на поверхность. Утро, спальня, слезы на щеках. Сон дороже реальности.