Путь в неизвестность (СИ) - "Velena Revers" - Страница 88

— И что надо? — Настороженно и недружелюбно поинтересовалась я. В вежливости не было смысла; такое сильное существо должно видеть меня насквозь, и притворство может сделать только хуже.

Бастия наклонила голову, показав любопытно навостренное длинное ушко, совсем как у Фарриэт. После следующего движения оно скрылось в кудрях.

— Какая недружелюбная. — Певуче протянула она, качая головой. — А ведь у тебя нет причин напрягаться! Живёшь ты очень даже легко. Что ни грянет — спасают, споткнешься — ловят…

Она посмотрела на меня даже с какой-то жалостью.

— И вот что получается… — Глаза богини сузились. — Ты как думаешь, что такими темпами получится из тебя? Домашняя откормленная кошечка, которая боится крыс?

— Твоими словами у меня тут вообще курорт. — Я попыталась съязвить.

— Именно он! — Уже гораздо серьёзнее отрезала она. — Мне не нужен тепличный зверёк! Мне нужен хитрый, умный и сильный хищник! И если ты учиться не можешь, то твоим воспитанием я займусь сама!

Я вскочила, с намерением перепрыгнуть через костер и попытаться разбудить демона, который вроде как хвастал, что очень плохо поддается чужой магии. На всех явно было какое-то усыпляющее воздействие! Но она меня опередила.

Богиня просто прошептала что-то в кулак и распрямила пальцы в мою сторону. Над нами заискрилось непонятное золотистое сияние, которое сначала замерло, а потом накинулось на меня ловчей сетью, скрутило и, судя по ощущениям, разорвало на молекулы.

***

Отступление.

Высеченная из цельного камня плоская чаша, отполированная до блеска, словно вырастала из пола диковинным чёрным цветком на резном стебле. Середина чаши переливалась оттенками фиолетового, красного и синего, от рассыпанных в разных пропорциях алхимических компонентов.

Белая ладонь с длинными пальцами сверкнула массивным перстнем с квадратным светлым камнем, и неспешно просыпала последний, белоснежный порошок. Владыка Настиэрель эль Сайленн опустил палец в чашу и прочертил окружность, смешивая ингредиенты и нашептывая заклинание на мёртвом языке. Поднял ладонь, сжал её в кулак и быстрым усилием напряг пальцы, впиваясь ногтями в ладонь. В порошок упало несколько капель крови. Чаша полыхнула белым пламенем, которое быстро сжалось в комок и вытянулось в завихренный столб не то дыма, не то плотного пара.

Спокойный эльф в ожидании руками опирался о края чаши. Вздохнув, он резко уронил голову к плечу и вернул в прежнее положение, с отчетливым хрустом размяв шею. Выражение его лица при этом не дрогнуло.

В дымных завихрениях что-то неуловимо изменилось, и их на миг пронзил внутренний луч света, бросив отблески на стены. Присутствуй в помещении кто-то еще, он бы не услышал никакого голоса, но тот, к которому обращался незримый собеседник, отлично его понял.

— Да. С этим все в порядке. Он согласен. — Ровно ответил эльф, прикрывая уставшие глаза. Дым клубился, не достигая потолка, а стены отражали тихий шелест.

— Нет. Принцу удалось бежать.

Шелест напоминал трущиеся друг о друга кольца змеиного тела…

— Замену нашли. Это Эргасский принц. Он уже у нас. — Так же спокойно ответил владыка тоном работника, уверенного в себе и всегда перед отчетом ответственно исправляющего ошибки.

Шелест сменил тональность, и дым заклубился немного медленнее.

— Знаю. Мы не оставили следов.

Собеседник явно задумался. Эльф же приоткрыл глаза, и в них остриём золотой иглы блеснул интерес.

— Как там с Тайным зверем?

Шелест все больше походил на ровный, приглушенный женский шепот.

— Заброшенное измерение? — его бровь слегка сдвинулась вверх. — А она выживет?

— Я знаю, что делаю… — отразили стены, голос стукнулся у него в висках.

— Надеюсь.

Глубокий короткий смех, даже смешок, неизмеримо далекий.

— Сомневаешься в моих планах?.. С тобой всегда было забавно иметь дело.

Действуй…

И сущность покинула угасающий дым.

***

Даркан.

Мне никогда раньше не снились сны.

Я плохо знал, что такое в принципе — спать, и при этом испытывать видения. Откуда они вообще берутся? Это порождения усталого разума, или что-то пришедшее извне? На этот вопрос мне почему-то никто так и не смог ответить.

Но этот сон, откуда бы он ни взялся, я хотел бы растянуть как можно дольше… Сами образы были смутными. Я бежал за кем-то… но это не была погоня, а только невинная игра. В крови бурлил совсем другой азарт. Губы поневоле растягивались в улыбке. Я что, правда, улыбался во сне?

Впереди раздавался весёлый звонкий смех. Вокруг в мокрой после дождя листве искрились солнечные брызги, сливаясь впереди в одно сплошное сияние. В этом сиянии танцевал, исчезал, звал меня знакомый силуэт. Удаляясь от меня, в воздухе плескали волосы, играя на свету золотом и медью.

Во сне все было так просто… Протяни руку — и манящее видение никуда не уйдет, она останется со мной. Сжать в руке и не отпускать, жадно спрятать от всех, как бесценное сокровище, чтобы всегда была рядом… Моя. Только моя.

Но ладонь зависает в воздухе и медленно опускается вниз. Пальцы ощущают лишь влагу на траве, в которую упираются колени.

Она как мыльный пузырь. Как хрупкая снежинка. Бабочка. Надавить сейчас — сломается, и я ее потеряю. Нельзя давить.

Нельзя преследовать.

Нельзя касаться.

Можно только ждать — и тогда, поняв то же, что понял я, она придет сама. Возможно… Но надежда стоит того.

Чутье, или еще что-то, подняло меня аккурат за час до полуночи, прервав сон. Помнится, засыпая, я думал, не забудет ли бестия меня разбудить. Может, поэтому очнулся ото сна как раз в положенное время.

Просыпаться не хотелось как-то особенно сильно, и я с минутку напоследок отлеживался с закрытыми глазами, надеясь вновь хоть на секунду увидеть яркие краски ускользнувшего сновидения. Хотелось так и лежать под уютным одеялом, дожидаясь, пока другие не поднимут. Но никто и не думал меня будить, так что я открыл глаза.

По той простой причине… что бестии рядом не было!

Я огляделся и озадаченно поскреб подбородок. Может, отлучилась на минутку по важным естественным делам?

Встал, подбросил веток в почти угасший костер, аккуратно раздул огонек на переливающихся жаром углях, и подошел к границе невидимого круга, очертившего место нашей стоянки. Никто не заметил, как я ставил метку. Моя паранойя решила, что перестраховаться не помешает, и оказалась права.

Линию никто не пересекал.

Я огляделся ещё раз. Она ведь не могла спрятаться под кустиком, чтобы разыграть меня? В круге и кустиков-то подходящих нет… Обошел всю стоянку по периметру, проследив цепочки следов крысолаков. Топтались рядом почти весь вечер, но так и не решились показаться.

Охранный круг немедленно сообщил бы мне о том, что кто-то нарушил его снаружи, и сохранил информацию о пересечении его изнутри. Но ни того, ни другого не произошло.

Не улетела же она на небо!? И не закопалась в землю! И под плащ к кому-то, вроде бы, тоже не забралась…

Диннариэль проснулся как миленький, после первого же пинка. Пинать наемницу я, стыдно признать, опасался…

А зря! Отточенное как бритва, острие кинжала замерло у самого моего горла. Я едва успел схватить его за запястье, иначе, как минимум, на пару часов обзавелся шрамом на шее.

— Моя смена? — Сонно моргнув, спросил эльф, пряча оружие.

Я машинально потер шею, размазывая каплю выступившей крови. Теперь понятно, почему он постоянно свои «бритвы» натирает…

— Нет, твоя проблема. Най куда-то пропала.

Он тут же оказался на ногах.

— Опять!!? Куда!?

— Понятия не имею, сам только проснулся и заметил.

Он так же, как я, бесшумно обежал место привала, причем строго по контуру охранки. М-да, это я рано подумал, что никто мой круг не заметил… Эльф окинул взглядом чащобную тьму и повернулся ко мне. Фигурой он воплощал настороженность, лицом тяжелую мыслительную деятельность, а глазами — панику.