Падение "Утренней звезды" (СИ) - Бутусова Лена - Страница 17

— Но это кресло не рассчитано на глубокую интимную стимуляцию, — казалось, Лучезар даже растерялся.

— Значит, придется компенсировать это воображением, — подключив последний датчик, Лиза откинулась на ложе и активировала шлем.

…Переход в виртуальную реальность выглядел для Лизаветы вполне обычно — окружающая действительность потускнела, вокруг сгустились сумерки, а перед девушкой засветился выход из темного туннеля. И Лиза двинулась к этому свету.

Она не в первый раз погружалась в виртуальный мир, на Земле это было весьма распространенной забавой — среди игроков, любителей острых ощущений, обывателей, желавших разнообразить свою жизнь запретными удовольствиями. Виртуальная измена почему-то не считалась большинством за измену, и люди вовсю пользовались этим заблуждением…

Обычно визуальная среда программировалась заранее, с учетом пожеланий пользователя, но сейчас Лиза подключила шлем без подготовки, надеясь, что Лучезар как обычно позаботится о ее комфорте. И она не ошиблась.

Девушка пришла в себя на летней полянке. Невдалеке шумела кронами небольшая роща, солнечный свет заливал все вокруг, становясь тем ярче, чем дальше Лизавета бросала взгляд, ограничивая площадь ее обзора небольшой лужайкой и опушкой леса. Девушка приподнялась с земли. Трава под ее руками казалась совсем настоящей, разве только реальная трава никогда не бывает настолько идеально мягкой и шелковистой. Да, и все остальное в виртуальном мире было неестественно комфортным и максимально безопасным: свет, даже очень яркий, не ослеплял, ветерок гладил кожу, словно любовник, не вызывая даже легкого озноба.

Лиза огляделась:

— Лучезар?

От сияния, ограждавшего лужайку, отделилась светящаяся человеческая фигура. Пару мгновений, и силуэт обрел знакомые черты — на полянку шагнул Лучезар Горский. Высокий, стройный, крепкий, с гордой осанкой и высокомерной посадкой головы. Доктор Горский знал себе цену.

Лиза поднялась ему навстречу:

— Ты совсем не изменился с нашей последней встречи. Я точно таким тебя и запомнила, даже футболка та самая, с медвежонком…

— Все верно, — мужчина тоже сделал шаг ей навстречу, — твое воображение дорабатывает детали.

— А я? Какой ты видишь меня? — Лиза непроизвольно поправила волосы. На работе она всегда собирала их в скромные удобные прически — косы или пучки — а дома носила распущенными. Лучезар обожал ее волосы и мог подолгу сидеть, перебирая прядки или расчесывая любимую. Он говорил, что так заряжается ее женской энергией.

Не говоря ни слова, Лучезар подошел к ней вплотную и одним движением сдернул зажим с волос. Неестественно быстро ее коса расплелась, и волосы окутали девушку мягким шелковистым плащом.

— Вот такой, — и Горский, до того бесстрастно холодный, улыбнулся.

Лиза тихонько всхлипнула, и прильнула к бывшему жениху, порывисто обняла его за спину. Забормотала, уткнувшись ему в плечо:

— Зачем же ты оставил меня, Лучик? Я же люблю тебя…

Лучезар замер, словно не зная, что дальше делать с женщиной, но затем все-таки мягко обнял ее в ответ, провел губами по волосам, прикрыв глаза от удовольствия:

— Спасибо, Лизонька…

— За что? — девушка рефлекторно шмыгнула носом, поскольку слезы снова подступили, хотя в виртуальной реальности глаза ее были сухими.

— Я начинаю забывать, как это быть человеком. Когда ты внутри машины, эмоции, чувства, все нерациональное отсеивается за ненадобностью. А ты напомнила мне об этом.

— Не смей забывать меня, — Лиза тоже провела рукой по волосам Лучезара, черным, словно вороново крыло. — Я тебе этого не прощу.

— Тебя я бы не забыл, даже если бы наступил конец света, — мужчина улыбнулся, глядя на любимую, очень внимательно, изучая ее лицо, словно сканируя ее черты для долгого хранения в памяти. — Я узнал бы тебя в любом из миров, за гранью времени, после смерти Вселенной и ее нового рождения…

— Ты пугаешь меня, — Лиза снова уткнула в плечо бывшего жениха, чтобы не видеть его лица. Оно казалось ей каким-то нездешним и потусторонним. Или это просто сбоила система вирт кресла?

— Прости, я не хотел, — мужчина запустил обе горсти в Лизины волосы, и девушка прижалась к нему еще плотнее, пытаясь почувствовать сквозь одежду, величину его желания.

В виртуальной реальности на ней было надето лишь легкое летнее платье, совсем такое же, как в день их первого знакомства — из голубого шифона. Оно так шло к ее васильковым глазам и золотисто-русым волосам. И было таким коротеньким, так и манило поозорничать. Рука мужчины скользнула по бедру девушки, приподнимая невесомую ткань.

— Маленькая хулиганка, ты не надела белья, — Лучезар выдохнул ей в самое ухо.

Именно эту фразу он сказал ей в тот день, когда между ними случилась первая близость. Вот только платье на Лизе тогда было уже совсем другое…

— Если я не сделаю первый шаг, ты же ведь никогда на это не решишься, — Лиза игриво отстранилась, ответив той же самой фразой, что сказала тогда. — Ты всегда такой нерешительный и несмелый…

— Только в том, что касается тебя, — Лучезар поправил ее с ласковой укоризной.

— Да, — Лиза фыркнула, — Космофлот не знал еще более отчаянного и отважного исследователя. Всегда лучший, всегда первый…

Это было так странно. Они отыгрывали ту сцену, словно по написанному, словно оживали воспоминания из Лизиной головы…

И вот они уже лежат рядом на травке, а вокруг под ласковым ветерком колышутся ромашки и васильки:

— Твои глаза так похожи на эти васильки, — приподнявшись на локте, Лучезар сорвал цветок и протянул его Лизавете. Приложил к ее виску, сравнивая цвет венчика с ее глазами, затем аккуратно провел лепестками по щеке девушки.

— Щекотно, — Лиза улыбнулась и потянулась к мужчине, мягко опрокинув его на спину.

Солнечные лучи грели ее спину, проникая сквозь тонкую ткань платья, гладили нежную кожу, словно самый умелый любовник. Коротенький подол задрался, обнажив стройные ноги девушки, упругие ягодицы.

Лучезар любовался ею, ее лицом, его теплые карие глаза источали томную сладость, от уголков глаз тянулись солнечные лучики. Она смотрела на любимого, опять, как и в первый раз, восхищаясь его мужественной красотой, радуясь и удивляясь одновременно, как такой шикарный мужчина обратил на нее внимание. Да, Лиза была очень хорошенькой, но Лучезар был до неприличия красив. Стоило ему взмахнуть ресницами, и у его ног были бы все женщины, которых он бы пожелал. Но он желал только одну Лизу…

Он легонько двинулся, и тело Лизаветы пронзила томительная нега. Она ответила на его движение, и тягучая теплота пролилась внутри живота, поднялась выше, до груди, и вырвалась из ее горла радостным стоном. Мягкая трава щекотала ее голые пятки, солнце грело спину все сильнее…

Лиза не могла остановиться, не могла насытиться. Она двигалась все быстрее, в какой-то момент перестав видеть лицо любовника, сосредоточившись только на своих ощущениях, но и они все время ускользали прочь. Девушка злилась, слезы обиды и досады бежали из глаз, а послушная автоматика скафандра пыталась их высушивать.

— Лизонька… Лизонька… — словно сквозь вату до нее донесся далекий голос Лучезара. — Лизонька…

Девушка рывком распахнула глаза и судорожно вытянулась в вирт кресле, еще не вполне отойдя от неудовлетворенного возбуждения. И тут же почуяла неладное — в воздухе стоял удушливый запах гари.

***

Лиза сильно закашлялась и вывалилась из кресла на обитый упругим пластиком пол.

— Лиза, немедленно надень шлем, — голос Горского звучал в динамиках, но смысл их не сразу доходил до девушки. — Лиза, уровень задымления растет и может представлять для тебя опасность.

Где-то под потолком взвыли вентиляторы в попытке разогнать черный дым, упрямо ползущий из какой-то щели в стене рядом с девушкой.

— Лиза, уходи отсюда, — Лучезар продолжал увещевать бывшую невесту, но Лизавета, уже надышавшись гари во время сеанса виртуальной реальности, не реагировала на его слова.