Чтобы быть ближе к тебе (СИ) - Арсис Ана - Страница 25

Вот только сердце это ночью не отзывалось на Веру и молчало до самого утра, пока он не взглянул в полные слезами глаза Дианы и не понял, настолько сильно облажался.

Зачем столько времени он отмахивался от той, к кому стремился так явно и так безысходно, кем наполнялся день за днем все больше? Зачем решил ранить её ещё больше, говоря слова, которые не собирался произносить?

Он хотел с ней поговорить. Обсудить. Сказать, что они должны начать всё с чистого листа. Что он действительно испытывает к ней сильные чувства, что сделает все возможное, чтобы сделать ее счастливой и заставить забыть про эту ночь. Вот только… то, что случилось, не забыть так легко. Особенно ей.

Он видел по её глазам, как надежда медленно разлетелась на куски. Диана до последнего верила, что он действительно не был с Верой.

Таир с содроганием сердца взглянул на кольцо, что она оставила. Взял в руки, сильно сжал металл, прикрывая глаза и понимая, что она ушла. В горле пересохло.

***

В тот день, пока Таир принимал душ, Диана сняла с пальца обручальное кольцо и положила его на журнальный столик. Пока она невидящим взглядом смотрела на свои сцепленные пальцы, он сдавленно попросил ее остаться и успокоиться, чтобы поговорить. Диана даже глаза на него не подняла. Один лишь голос разбудил дикое желание наброситься на него с кулаками и спросить — чего же не было в ней? Что было с ней не так, что он так и не смог ее хоть немного полюбить?

Затем пришло холодное осознание того, что не любят хоть немного. Ей казалось, что при виде него, лишь разок посмотрев на него, лишь на миг услышав его голос она передумает и смирится с таким унизительным положением, чтобы хоть как-то быть к нему ближе. Любила ли она его по-настоящему? Наверно, да. Потому что в какой-то момент их совместной жизни для Дианы стало важно не только свое счастье, но и его. Вставая с места, она молча поплелась к выходу, даже не собирая вещи. В отцовском доме их было предостаточно.

Несмотря на то, что Диана не спала всю ночь, ожидая мужа, пока тот не вкусит тот запретный плод, к которому стремился, она не хотела спать. Бездумно водила по городу, пытаясь собрать мысли. Вернуться в отцовский дом означало каждый день видеть недовольное выражение лица матери. Быть разведенной девушкой в их обществе было не так уж и просто.

Остановившись у офиса ближе к обеду, побрела к входным дверям. Отец был у себя. Он внимательно читал какие-то документы, пока она медленно подошла к стулу напротив и так же молча уселась, ожидая, пока тот посмотрит на нее. Когда Давид положил документы на стол, с улыбкой взглянув на дочь, понял, что что-то случилось. Наверное, потому что он никогда не видел дочь в таком виде.

— Диана? С тобой все в порядке, малышка? — С явным чувством тревоги спросил он, поднимаясь с места и подойдя к ней.

— Пап, ты дашь мне ключи от своей старой квартиры?

Давид пристально уставился на усталые, красные глаза дочери. Она редко просила его о чем-то.

— Зачем? — Холодно спросил он, стараясь своим тоном привести ее в чувства. Ему не понравилась слабость, что появилась в ней.

— Я ухожу от него.

— Зачем? — С нажимом повторил он, медленно присаживаясь на корточки перед ней, словно она была той маленькой девочкой, которую он отвозил в школу.

— Возможно, я расскажу о причине позже, когда наберусь сил.

— Он обидел тебя? Сделал дурное? Он вел себя не так, как должен был? — Он спросил это таким тоном, будто Таир был кем-то, кого он мог бы с легкостью придавить. Но Диана никак не желала, чтобы у ее отца был конфликт с этим человеком.

— Нет, папа. Я бы не хотела, чтобы ты углублялся в причину и искал виновного. Просто так получилось. На дворе двадцать первый век, не вижу трагедии в нашем разводе. Никто не пострадает от этого. Поэтому прошу, не фокусируйся на этом. Просто… не трогай его. Ради меня.

Давид осторожно сжал руку дочери, вновь поднимая глаза на нее, стараясь быть мягче.

— Это из-за той женщины?

Диана сильно сглотнула, собираясь с силами, чтобы правдоподобно соврать.

— Почему ты спрашиваешь о ней? Какое отношение она может иметь к нашему браку?

— Прямое. Они встречались перед вашей свадьбой. А с недавних пор она развелась, насколько я знаю. Так я прав?

«Прав, папа. Ты как всегда прав».

— Не прав. Я была несчастна с ним.

— Он встречался с ней, будучи женатым на тебе? — Строго, не терпящим лишних слов спросил Давид.

— Нет. Я о таком не слышала, — твердо ответила Диана. Ей стало стыдно за ложь, но другого выхода она не видела.

Спустя минуту молчания, отец снова посмотрел на нее и Диана заметила, что он заметно успокоился.

— Ты знаешь, что я всегда буду делать все для твоего счастья, Диана. Для меня ты на первом месте. Если этот развод сделает тебя счастливее, то мне нечего сказать. Я буду поддерживать тебя так, как прежде. Ничего не изменится.

Она прослезилась. Закрывая глаза, чтобы он не заметил этого, через мгновение почувствовала, как ее обняли теплые отцовские руки, давая защиту и надежность. Он дал ей ключи от своей квартиры, что пустовала с тех пор, как он женился. Диана жила с родителями, не любя одиночество особенно после того, как вернулась после окончания учебы заграницей.

Глава 19

Войдя в квартиру, Диана остановилась в прихожей, сразу поставив небольшой чемодан на пол и потеряно оглядываясь. Несмотря на весьма неплохую обстановку, в этом доме, словно большим шрифтом по стенам, было написано — пустота. Все казалось настолько пустым, холодным и бессмысленным, что и внутри, Диана ощущала себя так же.

Таир ничего ей не оставил. Сжег ее сердце, превращая ее чувства к нему в руины.

«Я же говорил, что не могу дать тебе то, что ты хочешь».

«Мне чертовски с тобой хорошо».

Диана медленно осела на край туалетного столика, пальцами протерев виски. Тяжесть неприятным грузом повисла на плечах молодой девушки, и она невидящими глазами уставилась на свой чемодан. Она даже не перебирала вещи.

Даже не взяла все свое, что было в их почти совместном доме. Ее книги продолжали стоять на книжных полках, в комнате мужа осталось почти все белье и одежда, средства для ухода. Она зажмурилась, вспоминая, как Таир заставил ее затащить свои вещи в его спальню.

«Диана, мы же оба знаем, что теперь бессмысленно использовать две спальни, верно?»

— Эти спальни всегда должны были быть раздельны, — горько прошептала она в пустоту.

Она не ходила на работу, в основном консультируя людей из дома, через звонки. Луиза после их последней встречи была на отдыхе, и Диана в основном переписывалась с ней, уклончиво говоря, что не может звонить из-за накопленных дел. В квартире за короткое время уже царил полный порядок, в то время, как в ее голове поселился настоящий хаос.

И она уже потеряла счет дней своего пребывания в квартире отца, когда в дверь настойчиво позвонили и так резко постучали, что она заметно вздрогнула от неожиданности. Это была Лидия. Осуждающе, долго глядя на лицо дочери, она строго покачала головой и сразу прошла внутрь дома, на кухню.

— Диана, ты можешь объяснить, что происходит? — Бросая сумку на стоящий в углу деревянный старый стул, спросила она.

Она так устала. Диана так устала от упреков, что не лучшая жена для Таира, раз все еще не родила ребенка, не красивее той женщины, в которой он влюблен, холодная, поэтому к ней муж не тянется. С чего это вдруг она всем должна давать объяснения того, что происходит в ее личной жизни? Но вместо этого она молча налила для матери мятный чай и села перед ней, укладывая в ее тарелку сладости.

— Дина?

— Да, мам.

— Ты в порядке?

Поднимая взгляд на мать, Диана заметила, что та уставилась на ее руку, что держала тарелку. Она дрожала, и строгость во взгляде матери мгновенно сменилась обеспокоенностью.

— Что произошло? Тебе плохо? Диана, ответь!

Диана прикрыла глаза, пытаясь глубоко вздохнуть. Если она на секунду подумала, что за эти дни в одиночестве могла себя собрать по кускам, то теперь поняла, что жестоко ошиблась. Тяжело сглотнула, заставляя себя держаться и взять себя в руки.