Водители фрегатов. О великих мореплавателях XVIII — начала XIX века - Чуковский Николай Корнеевич - Страница 111

Находка

Потрясающее известие

Итак, Дюмон-Дюрвилю удалось напасть на след Лаперуза. Из слов Томаги он узнал, что Лаперуз заходил на острова Дружбы. У Лаперуза был такой план: осмотреть восточное побережье Австралии, потом острова Дружбы и, наконец, Новые Гебриды. Он погиб не у островов Дружбы, а позже. Следовательно, его нужно искать где-нибудь в районе Новых Гебрид.

Но плыть к Новым Гебридам сразу Дюмон-Дюрвиль не мог. Он должен был сначала починить свой корабль, истрепанный двухнедельной бурей. И Дюмон-Дюрвиль отправился в Тасманию.

Тасмания не была уже диким лесистым островом. В 1788 году ее захватила Англия. Английские поселенцы истребили миролюбивых беспомощных тасманийцев, вырубили леса, развели фруктовые сады, расплодили овец и построили город Гобарттаун. [85]

Во времена Дюмон-Дюрвиля Гобарттаун был уже довольно большим городом с отличной гаванью и верфью. Лучшего места для починки корабля нельзя было себе и представить. После длительных стоянок у разных островов Дюмон-Дюрвиль в августе 1827 года привел свой корабль в гавань Гобарттауна.

Английские власти приняли Дюмон-Дервиля очень радушно. Сам губернатор пригласил его к себе. Но он долго не мог воспользоваться этим приглашением: был занят на верфи ремонтом корабля.

Только через месяц поехал он к губернатору.

— Что подвигло вас посетить Тихий океан? — вежливо спросил губернатор. — Ведь вы, кажется, не купец…

— Нет, я не купец, — ответил Дюмон-Дюрвиль. — Я занимаюсь изучением жизни и нравов народов, населяющих острова Тихого океана. Но главная цель моего путешествия заключается в том, чтобы узнать, где и при каких обстоятельствах погиб наш великий путешественник Лаперуз.

— Лаперуз? — переспросил губернатор.

— Да, Лаперуз.

— Но ведь место гибели Лаперуза уже найдено.

Дюмон-Дюрвиль не поверил своим ушам.

— Где?! Когда?!

И губернатор ему рассказал:

— Весной этого года здесь, в Гобарттауне, останавливался капитан Диллон, находящийся на службе у британской Ост-Индской компании. Он уверял, что к северу от Новых Гебрид ему удалось отыскать остров, на который, по рассказам туземцев, сорок лет назад выбросило несколько десятков европейских моряков, спасшихся после гибели двух больших кораблей. Туземцы утверждают, что белые прожили на их острове много лет и последний из них умер совсем недавно. По словам капитана Диллона, он нашел там множество европейских предметов: топоров, кастрюль, гвоздей, бус. Он даже показывал мне шпагу, купленную там у одного туземца. На эфесе шпаги была изображена лилия.

— Лилия! — вскричал Дюмон-Дюрвиль. — Перед Французской революцией, во времена Лаперуза, лилии были изображены на всех шпагах французских офицеров!

— Совершенно верно, — сказал губернатор. — Вот именно поэтому капитан Диллон и заключил, что ему удалось отыскать место гибели Лаперуза.

— А где же находится остров, на котором побывал Диллон?

Губернатор улыбнулся:

— К сожалению, капитан Диллон держит это в секрете. Он купец и знает, что за его открытие французское правительство заплатит большие деньги, и поэтому он старается до поры до времени не сболтнуть лишнего. Сейчас он находится в Калькутте и собирался просить у Ост-Индской компании позволения плыть во Францию…

Переводчик Гемблтон

«Лаперуз погиб к северу от Новых Гебрид, — думал Дюмон-Дюрвиль, уходя от губернатора. — Гм!.. Довольно неточное определение. К северу от Новых Гебрид расположены два больших архипелага — Соломоновы острова и острова Санта-Крус. Их ли имел в виду капитан Диллон? Но в обоих этих архипелагах по крайней мере сорок островов… [86] Да, нелегкая задача…»

Потом ему пришло на ум, что Соломоновы острова и острова Санта-Крус за последние двадцать лет почти ежегодно посещаются европейскими судами. Они известны вдоль и поперек. Неужели до капитана Диллона ни один моряк не обратил внимания на то, что у туземцев есть старинные французские шпаги? Нет, тут что-то не то… Не Соломоновы острова и не острова Санта-Крус имел в виду капитан Диллон, а какую-то иную землю…

И вдруг странная мысль пришла ему в голову. Дюмон-Дюрвиль знал наизусть описание путешествия д’Антркасто. Он вспомнил, что к северу от Новых Гебрид д’Антркасто открыл остров, которому дал название Поиск. С тех пор никто из мореплавателей не видел этого острова. Да и сам д’Антркасто у этого острова не останавливался. А что, если капитан Диллон именно там нашел следы экспедиции Лаперуза?

«Если бы адмирал д’Антркасто, открыв этот остров, не поленился осмотреть его, он, пожалуй, назвал бы его не Поиском, а Находкой, — подумал Дюмон-Дюрвиль. — Ведь во времена д’Антркасто большинство спутников Лаперуза были еще, должно быть, живы».

Ремонт корабля тянулся очень долго, и Дюмон-Дюрвилю удалось покинуть Тасманию только 6 января 1828 года. А 10 февраля моряки уже увидели дымящиеся вулканы Новых Гебрид.

У одного острова Дюмон-Дюрвиль с отрядом моряков высадился на берег, чтобы запастись свежей водой. Там в толпе черных туземцев он увидел белого. Белый, оказавшийся молодым англичанином по имени Гемблтон, бросился на колени перед Дюмон-Дюрвилем и со слезами рассказал очень грустную историю о том, как он спасся с разбитого корабля и как два года провел один среди туземцев. Гемблтон умолял капитана взять его на корабль.

Дюмон-Дюрвиль был уже хорошо проучен предателем Синглтоном на островах Дружбы. Гемблтон тоже показался ему подозрительным человеком. В те времена на островах Тихого океана появилось много разных авантюристов и разбойников, которые грабили и туземцев, и европейцев. Дюмон-Дюрвиль не поверил грустной истории Гемблтона, но заметил, что молодой англичанин отлично владеет языком жителей Новых Гебрид. Это решило все дело.

«Остров, открытый д’Антркасто, находится совсем близко отсюда, — подумал Дюмон-Дюрвиль. — Тамошние жители, вероятно, говорят на том же языке, что и здешние. Я должен буду расспрашивать их о Лаперузе, и этот плут пригодится мне в качестве переводчика».

Так Гемблтон попал на корабль Дюмон-Дюрвиля.

Тайна разгадана

Покинув Новые Гебриды, Дюмон-Дюрвиль взял курс на север, к острову, отмеченному на картах д’Антркасто. Остров заметили на горизонте 21 февраля. Он весь зарос густым пальмовым лесом. Возделанной земли было очень мало.

Войдя в узкую, неудобную гавань, где кораблю было трудно повернуться, Дюмон-Дюрвиль отправился в шлюпке на берег, взяв с собой множество подарков. Но островитяне приняли его равнодушно и неприветливо. Они неохотно подходили к белым и без всякой радости брали щедрые подарки. Дюмон-Дюрвиль увидел у них множество топоров, бус, гвоздей и понял, что капитан Диллон тоже проявил здесь исключительную щедрость и этим сбил цену европейским товарам.

Островитяне отлично понимали Гемблтона, но избегали с ним разговаривать. В первый день ему удалось узнать только одно: что туземцы называют свой остров Ваникоро. И это всё. Если у кого-нибудь развязывался язык и он под влиянием подарков начинал отвечать на вопросы Гемблтона, другие туземцы подхватывали болтуна на руки и утаскивали в лес. Это было похоже на какой-то заговор молчания. Гемблтон был поражен такой скрытностью. Он утверждал, что жители Новых Гебрид, ничем не отличающиеся от жителей Ваникоро, народ очень разговорчивый. Но на другой день ему удалось выведать причину странной молчаливости островитян.

— Диллон сказал им, что сюда приедет много белых, чтобы отомстить за своих родственников, которые долго жили на острове, и посоветовал дикарям держать язык за зубами, — объяснил он Дюмон-Дюрвилю.

— Они, очевидно, неважно обходились со спутниками Лаперуза, если так боятся мести, — заметил Дюмон-Дюрвиль.