Измена. Предателей не прощают (СИ) - Гец Агата - Страница 24

- Мы сделали этот домик со Степаном. Такая берлога вдали от всех, – пока рассказываю, быстро кладу дрова в печь. Хорошо, что они не совсем отсырели. – Сейчас тут будет тепло. Раздевайся!

- Что? – восклицает Марина.

Иду к шкафу и начинаю рыться в нем.

- Твои джинсы и футболка насквозь промокли, сейчас повесим все сушиться. Вот тут есть какая-то одежда. Держи сухую кофту. Она старая, но теплая и завернись в одеяло, – подаю ей вещи, – я отвернусь, если хочешь.

- Хочу! – говорит она, но в ее глазах пляшут лукавые огоньки.

Мы расходимся к разным лавкам, я стаскиваю с себя мокрую одежду. Повязываю вокруг бедер шерстяной плед, который тоже нашел в шкафу.

- Ты готова?

- Угу!

Марина стоит, перебирая мокрыми ногами, завернутая в одеяло.

- Иди сюда поближе к огню. Сейчас чай сделаем, и все будет отлично!

Она опускается на пол возле печки и протягивает к ней руки.

- Да у тебя тут целая вилла, все под рукой.

- Иногда мне нравится уйти сюда на пару дней, пожить в тишине, порыбачить. Ты согрелась? Давай сюда ноги, - сажусь рядом.

Она покорно кладет свои ноги мне на бедро, и я начинаю тереть ее ледяные пальчики, чтобы разогнать кровь.

- Знаешь, - тихо говорит Марина, - ты уже дважды за два дня меня спас.

В комнате повисает пауза. И мне кажется слова нам больше не нужны.

Мои пальцы застывают возле ее стоп. Как она прекрасна в отблесках огня. Я провожу ладонью по ее тонкой щиколотке и ощущаю, как дрожь бежит по ее телу. Но уже не от холода. Больше не хочу согреть ее, хочу разжечь.

Ладонь продолжает скользить по стройным ногам. Ее колени сдаются под моим натиском и раскрываются, чтобы пропустить пальцы дальше. Я ласкаю внутреннюю поверхность бедер, чувствую, как нарастает дрожь в ее теле. Мои пальцы встречают плотную полоску ее трусиков, и останавливаются, ощущая пульсирующий жар под тканью.

Перебрасываю свободной рукой ее ноги через свое бедро, и мы оказываемся еще ближе друг к другу: Марина, укутанная в одеяло выше ног, и я укрытый ниже талии. Хотя никакой плед уже не скрывает моего желания.

Вижу, как ее рука медленно, в нерешительности начинает движение на встречу ко мне. Касается моего крепкого плеча, проводит по каменной груди, гладит колючий подбородок. Марина словно изучает меня. Когда ее пальцы встречаются с моими губами, я впиваюсь поцелуем в ее ладонь.

- Маринка, какая ты красивая! - слышу свой глухой голос.

Наши губы соприкасаются, и я уже не могу остановиться. Хочу целовать каждый сантиметр ее тела, любить каждую ее клеточку. Моя ладонь, замершая на секунду, продолжает скользить по ее животику и застывает вновь, но уже под полоской ткани, разделяющей нас. Марина выгибается мне на встречу, я легко приподнимаю ее бедра и освобождаю ее от всех преград снизу между нами.

Мои пальцы уверенно, но осторожно изучают ее. Ловлю каждое изменение в ее глазах, каждый вздох служит для меня ориентиром. И вот наконец ее тело начинает накрывать волнами, она откидывается назад, чтобы рухнуть, настигнутая своим наслаждением, но я крепко держу ее левой рукой между лопаток, в то время как правая дарит ей удовольствие. Я вбираю в себя каждый ее тихий стон, который музыкой звучит для меня сейчас.

Ее дрожь постепенно стихает. Она снова здесь, со мной. Марина облизывает пересохшие губы, останавливает на мне свой затуманенный взгляд, и уже ее руки начинают свой изучающий путь ко мне. Тонкие пальцы проводят дорожку по моему плоскому животу и осторожно опускаются на вздыбленный плед.

Я спускаю одеяло с ее плеч, тяну кофту наверх:

- Ты прекрасна, - выдыхаю я, когда ее волосы вновь падают на ее, уже обнаженные, плечи.

Мой плед оказывается скомканным на полу. Она опускается сверху, и вот мы сидим уже так близко, что даже тень не проскользнет между нашими телами. Мои руки гладят ее округлые ягодицы, в то время как губы исследуют ее полукружия и нежно прикасаются к вершинкам ее груди. Перебираю губами ее нежнейшие бусинки во рту. Она движется ко мне на встречу, и я впитываю в себя ее новый тихий стон.

Жар от печки сливается с жаром от наших тел.

Ее дыхание соединяется с моим.

Наши пальцы переплетаются.

Тела начинают сливаться в едином ритме. Прекрасном, нежном, но таким слабым для меня сейчас.

Я не могу себя больше сдерживать.

Резко, но аккуратно кладу ее спиной на дощатый пол, завожу ее руки над головой. Два ее тонких запястья спокойно помещаются в одной моей руке, ноги обвивают мои бедра. Ее запах заглушает все мысли в голове, сейчас я живу только инстинктами.

Инстинктами, которым так давно не позволял выходить наружу. Сейчас в моем сознание, в каждом движение только они.

И еще ее дыхание, которое я ловлю своими губами, вбирая его по капельке вглубь себя.

На краю сознания слышу ее усиливающиеся стоны, держу себя из последних сил.

Ощущаю своим телом исходящую от нее волну и впиваюсь жадным поцелуем в ее полураскрытый рот.

Ее крик принадлежит сейчас только мне. Как и она.

Ее тело выгибается дугой и это для меня сигнал позволить себе раствориться в ней.

До самого конца…

Она лежит на моей груди, и я глажу ее, находясь еще не совсем здесь, а где-то в своих мыслях. Постепенно снова начинаю слышать треск поленьев и ее дыхание.

Она задумчива и тиха.

Черт! Кажется, я мог напугать ее своим напором.

- Марин, - начинаю осторожно, - что-то не так?

- Нет, нет, - она прижимается ко мне сильнее, - все хорошо. Все очень хорошо. Просто…

- Я давно уже один, - чувствую, как от волнения пересыхает в горле, - если я сделал что-то…

- Нет, - ее пальцы опускаются на мои губы, - все прекрасно, Леш. Правда. Просто я должна сказать тебе что-то очень важное.

Она приподнимается и смотрит на меня таким долгим взглядом, что я вдруг понимаю, что не хочу слышать продолжение этой фразы.

«Что там будет? Просто я не люблю тебя? Просто мы не можем быть вместе? Да не молчи ты уже!» - мысленно восклицаю я.

- Я должна была тебе сказать это раньше, но не было случая… понимаешь…

Я приподнимаюсь на локте и перехватываю ее руку.

- Скажи уже, - тихо прошу я.

- Просто… я жду ребенка. – она опускает глаза в пол. – Я беременна, Леш.

Глава 32. Марина

- Что?! – восклицает Леша, – Почему ты не сказала мне раньше?! Это же ужасно!

Ужасно! Ужасно! Ужасно!

Дыхание перехватывает и из-за шума в ушах, я не слышу, что он говорит еще. В голове стучит только это слово.

- Милая! – вдруг слышу я.

- Что? Что ты сказал?

Если все «ужасно», то почему «милая»?

- Милая, это ужасно, что ты не сказала мне раньше! – он прижимает меня к себе.

Наверное, я все же чего-то не понимаю…

- Как ты себя чувствуешь? – он касается моего животика, – я не мог… ну я не сделал тебе больно? Прости меня!

Леша начинает целовать мой лоб, нос, глаза, он пробегает по моему лицу тысячей нежнейших поцелуев, я слышу его встревоженный шёпот:

- Малыш, я так долго ждал тебя, ты просто мое маленькое наваждение! - он держит мое лицо в своих ладонях и всматривается в мои глаза, – Прости меня. Вдруг я был…

Мое состояние думать медленно возвращается ко мне.

- Подожди, - убираю его руки со своего лица, и пытаюсь подобрать слова, - ты хочешь сказать, что тебе все равно, что я беременна от своего мужа?

- Мариш, ну как мне может быть все равно?

- Ну, тебе это… - я пытаюсь подобрать слово, - может неприятно?

- Ты хочешь сказать, что я, узнав, что ты беременна, должен бросить тебя? Ты за кого меня принимаешь?

- Нет, я не это имела ввиду… - лепечу я.

- Марин! Я взрослый человек и у меня есть сын. Ты взрослая женщина и у тебя будет сын или дочь. Я люблю тебя. Всю. Целиком. Все, что есть снаружи и все, что есть внутри!

Я утыкаюсь в сильное плечо Алексея, и чувствую, как глаза предательски увлажняются. Он обнимает меня одной рукой и второй нежно гладит по волосам. Я слышу сумасшедшее биение его сердца и обрывки слов: