Измена. Яд между нами (СИ) - Роми Марта - Страница 14

– Ну, Ядов, сегодня ты расскажешь мне все, – подхватываю фотографию и выскакиваю из подвала, даже забыв выключить свет.

Глава 15. Янка

Заскочив в комнату, быстро переодеваюсь, хватаю сумку и телефон и несусь на улицу. Путь мне преграждает охранник.

– Пропусти, – раздраженно говорю я, глядя в беспристрастное лицо.

– Яна Евгеньевна, Герман Евстафьевич дал указание вас без охраны не отпускать, – спокойно так выдает истукан, не двинувшись с места.

– Что? – от этих слов мое возмущение начинает зашкаливать. – Набирай номер своего Германа Евстафьевича.

Мужчина спокойно достает телефон, нажимает кнопку и ждет ответа.

– Герман Евстафьевич, Яна Евгеньевна собирается в город, но охрану брать отказывается, – я вырываю телефон, имея непреодолимое желание сказать все, что я о нем думаю.

– Ядов, ты совсем мозгами поехал. Если я согласилась заключить с тобой договор, то это не значит, что я должна сидеть в твоем доме как в тюрьме, – говорю на повышенных тонах, не в силах сдержать раздражение и гнев.

– Дорогая, ведь тебе никто не запрещает выходить из дома. А охрана необходима только для твоей безопасности, – его спокойный тон и несвойственное ко мне обращение, дает мне понять, что он не один, и свободно говорить не может. Но мне совершенно плевать.

– Скажи своим цепным псам, чтобы выпустили меня. Я поеду одна. И попробуйте меня остановить, – грозно говорю я, метая молнии в охранника, который не соизволил отойти ни на шаг, и смотрит на меня снисходительно, чем еще больше меня заводил. – Герман, давай не будем ругаться, – пытаюсь другим путем достичь желаемого.

– Хорошо. Дай трубку Сергею, – недовольно отвечает Ядов

– Это вас, – удовлетворенно передаю телефон охраннику. Ну, хоть имя узнала. Может, в будущем пригодится.

Сергей внимательно выслушивает указания, а я от нетерпения начинаю пританцовывать. Во мне проснулся журналистский азарт. Хочу разобраться, какие же скелеты прячет у себя в шкафу господин Ядов, и как они связаны со мной и моей семьей. Наконец-то, разговор прекращается, и охранник отступает, давая возможность пройти.

Выскакиваю на улицу, понимаю, что не додумалась вызвать такси. Ну ничего. Где-то здесь должна же быть остановка общественного транспорта. Иду, оглядываясь, в надежде не пропустить заветную остановочку. Ура! Долго бродить не пришлось. Сажусь на пустую скамеечку. Надо обдумать свои дальнейшие действия.

Сразу отметаю первоначальный план. В офис к Ядову, как планировала, не поеду. Он снова навешает лапши на уши, заморочит голову, и снова я ничего не узнаю. Надо ехать туда, где когда-то жила вместе с родителями. Может, кто-нибудь что-то помнит про Аню и ее маму. Точно. Тетя Маша. Она, насколько я знаю, живет в том доме и наверняка знает что-нибудь интересное.

Погрузившись в свои размышления, даже не замечаю подъехавшей маршрутки, пока водитель не окликает меня в открытое окно. Быстро заскакиваю в горячее нутро средства передвижения, усаживаюсь на заднее сиденье, и снова погружаюсь в свои мысли.

Через пол часа доезжаю до места, от которого до моего дома пять минут ходьбы через парк. Быстрым шагом иду по аллеям, предаваясь воспоминаниям. Здесь мы с подружками первый раз попробовали спиртное. Ох и влетело же мне тогда от отца. До сих пор вспоминаю, когда притрагиваюсь к бокалу с шампанским. А вон на той скамейке случился первый поцелуй. Когда ж это было? Точно! В восьмом классе с мальчиком, который был старше меня на два года. Казалось, что это настоящая любовь. Такие эмоции я больше никогда не испытывала. Нет, вру. Последнее время схожие чувства испытываю к Ядову, и это меня напрягает.

Выходя из парка, боковым зрением замечаю мужчин в костюмах. Очень уж похожи на охрану Германа, но их тут быть просто не может. В маршрутке их не было, да и сзади никто не ехал. Наверное, у меня уже паранойя.

Перехожу дорогу и вбегаю в подъезд, где прошло мои детство и юность. И тут же вспоминаю, что иду в гости к пожилому человеку. Надо что-то сладенькое купить. За чашкой чая и разговор будет идти легче. Здесь за углом должен быть магазинчик, если его до сих пор не закрыли. Запах свежей сдобы доносится, как только я подхожу к знакомым ступенькам. Набираю полный пакет вкусностей, и с чистой совестью отправляюсь в обратный путь.

Нажимая на звонок в дверь на втором этаже, меня осеняет мысль, что возможно тетя Маша уже не живет здесь, а может, и вовсе умерла. Сколько же я не была в отчем доме? Открывающаяся дверь, заставляет вздохнуть с облегчением.

– Здравствуйте, тетя Маша, – улыбаюсь маленькой, сухонькой старушке, которая подслеповато щурится, пытаясь меня рассмотреть.

– Ой, господи, Яночка, – всплескивает ручками тетя Маша, узнавая меня. – Сколько ж я тебя не видела.

– Да наверное, лет пять. Я здесь последний раз была, когда родительскую квартиру сдавала, – продолжаю улыбаться так, что даже скулы сводит.

– Да что ж это я. Проходи, деточка. Проходи, – распахивает пошире дверь старушка, пропуская меня внутрь. – Иди на кухню. Сейчас чайник поставим, чайку попьем.

– А я вам вкусненького принесла, – направляясь по коридору, поднимаю пакет, демонстрируя гостинцы.

– Да зачем ты тратилась. У меня прянички есть, конфетки, – спешит за мной тетя Маша, еле поспевая.

Она быстро ставит чайник на плиту, достает парадные кружки из сервиза. Я раскладываю на тарелку эклеры, корзиночки, безе, круассаны. В пакете еще остаются булочки и сладкие пирожки.

– Ой, божечки. Зачем столько? – рассматривает тетя Маша все это кондитерское разнообразие.

– Тетя Маша, все нормально. Я у вас вон сколько в гостях не была. Могу я вас хотя бы раз в пять лет угостить вас, – смеюсь я, располагаясь за столом.

Сначала рассказываю о себе, прихлебывая чай, который оказался довольно вкусным, пахнущим различными травками. Постепенно перевожу разговор в нужное русло, предаваясь воспоминаниям.

– Тетя Маша, а мы сестру мою помните? Аню? – наконец-то, задаю, волнующий меня, вопрос. – Я же ничего не знаю ни о ней, ни о первой жене отца.

– Аньку-то? Конечно, помню. Ох и стервозная девчонка была, – вздыхает старушка. – Ох и намучился с ней твой отец. Она ж вся в мать была.

– А что же она такого творила? – задаю наводящие вопрос.

– Истерики устраивала практически каждый день. То не такие джинсы купили, что гулять не отпустили. А ведь совсем соплюха была. Гонору как у королевы. Да и мамаша ей под стать. Пройдет мимо, ни здрасте вам, ни до свидания. Только губы презрительно кривит.

– Не знаете, почему они с папой расстались? – вся превращаюсь в слух, стараясь не пропустить ни одного слова.

– Так загуляла она, прости господи, – возмущенно сообщает тетя Маша, еще и плюет, подтверждая свое отношение к данной ситуации. – А через какое-то время собрала вещи и ушла, и Аньку с собой забрала. Мы все только порадовались, когда твой папа, царствие ему небесное, встретился с твоей мамой. Уж какая светлая душа была. Ты очень на нее похожа.

– А что с Аней случилось? Не знаете? – сворачиваю разговор к интересующей теме.

– Говорят, замуж вышла за какого-то олигарха. Кто-то из соседей по телевизору видел. А потом вроде как сгинула. Не знаю точно, – продолжает повествование старушка, смакуя пирожное и запивая чаем. – А ты чего интересуешься?

– Да вот она меня после смерти папы все время терроризировала, все хотела квартиру забрать, а потом пропала, – рассказываю почти правду, не желая открывать истинную причину интереса.

– Ох, она ж и к отцу приходила, когда он жив был. Такие скандалы устраивала. Весть подъезд слышал. Может она его своими скандалами и на тот свет раньше времени спровадила. Хотя он после того, как умерла твоя мама, совсем сдал, а еще и эта щучка нервы мотала, – с удивлением смотрю на тетю Машу.

– Мне папа никогда об этом не рассказывал, – тихо говорю я, задаваясь вопросом, почему же он скрывал.