"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 723

– Победим вместе, – прошипела я и оттолкнулась ногами, срываясь в полет. Было тяжело, адски тяжело. Словно я впервые в жизни повисла на турнике, когда руки не понимают, что делать, и пальцы разгибаются, но я сцепила зубы и прикрыла глаза. Знала: как бы ни было плохо, продержаться нужно всего несколько мгновений, пока мы не влетим в сетку на финише.

Глава 14

Сильх ржал. Этот нахал упал на меня сверху и ржал! А я вывернулась, чтобы не находиться в уязвимом положении спиной к парню, и уперлась ему ладонями в грудь, пытаясь спихнуть с себя. Но мы барахтались в сетке, как мухи в паутине, путаясь в руках и ногах. Ничего толкового из этой возни не выходило.

– Слезь с меня! – пропыхтела я, испытывая неловкость от его близости. От горячего дыхания на щеке, от сильного тела, которого оказалось рядом со мной внезапно много. От того, что на нас смотрят, от собственного участившегося сердцебиения. Я была на взводе, адреналин все еще тек по венам, и одинаково хотелось ударить прижимающего меня к сетке нахала и поцеловать. Собственные эмоции пугали. Сильх – это не та зависимость, с которой я готова была смириться.

– Ты выросла колючкой, Флави, – со смехом заявил он, наклонившись так низко, что, казалось, сейчас мазнет своими губами по моим. – Колючкой, которая не умеет проигрывать.

– А ты вырос идиотом, – парировала я, тщательно скрывая смущение, и добавила: – Хотя о чем я? Ты так и не вырос. И я не проиграла. В сетку формально я попала первая! Вот!

– Я просто решил сделать тебе приятное, – ухмыльнулся наглец, чуть приподнимаясь на руках. Он стоял носками сапог в плетениях сетки, руками упирался в переплетенные веревки у меня над головой, поэтому я не ощущала его вес. Но выбраться из плена не могла. За спиной находилась сетка, натянутая почти вертикально между двух деревьев. Начну барахтаться – сделаю только хуже. Мы и так, подозреваю, смотримся со стороны весьма провокационно. Сабрина снова будет орать. Впрочем, какое мне до нее дело?

– Ну, хватит уже там висеть! – прикрикнул на нас мэрш. – За вами следующие на подходе. Забыли уже? Сейчас прилетит в вас Жеромом Панром, а там роста два метра и больше центнера веса!

После такой угрозы из сетки нас с Сильхом вынесло моментально и тут же разделило толпой. Ко мне подскочила Китти, за которой следовали близнецы и весь наш курс. Большинство народа я, признаться, не запомнила. Но сейчас все за меня радовались и пытались всучить пунш и кофе, то есть то, что я совсем не пью. И лишь предусмотрительный Рон добыл мне травяной чай. Вот почему бы не влюбиться? Хороший же парень.

«Вот именно поэтому и не влюбиться, Флави, – строго сказала я мысленно и позволила друзьям утащить себя от финиша полосы препятствий к покрывалам, расстеленным на траве. – Хороший парень никогда не справится с повелителем, а плохой может», – подумала я и кинула взгляд в сторону компании старшекурсников, среди которых был Сильх. На нем уже висела Сабрина, а принц, кажется, даже не вспомнил свои слова, брошенные ей накануне. Эта пара никогда не распадется. Сабрина простит все, а Сильхну нужно, чтобы рядом с ним был хоть кто-то, кто всегда на его стороне. Не знаю почему, но от этих мыслей испортилось настроение.

Я почти отвернулась, когда заметила, как Сильх отстраняет от себя Сабрину, мягко, но решительно, не прекращая разговор с одним из друзей. Девица была наглой и прилипчивой, как плющ, и льнула к нему все ближе. Тогда принц развернулся, отодвинул ее на вытянутую руку и что-то резко сказал. Такое, от чего Сабрина поменялась в лице. Постояла несколько секунд, словно надеялась, что Сильх одумается и позовет ее снова, а потом закрыла руками лицо и убежала. А я отвернулась, испытывая странную смесь удовлетворения и жалости к девушке.

Наверное, сегодня был лучший день в моей жизни. По крайней мере, той ее части, которая прошла вне Холмов. Я и забыла, что такое беззаботно радоваться жизни. Непринужденно болтать в хорошей компании, не ожидая подвоха от соседа и не собираясь никому портить настроение. Я так давно не была хорошей, что почти весь вечер молчала, так как боялась разрушить волшебную атмосферу каким-нибудь неуместным высказыванием. Мой характер мог вырваться наружу в любой момент, а что и кому скажет «плохая Флави», я предугадать не могла. Поэтому просто валялась на пледе, расстеленном на траве, и смотрела в небо. Вот оно тут было почти такое же красивое, как в Холмах. Мне нравилось.

На нем медленно зажигались бусинки-звезды. Они появлялись по одной на стремительно темнеющем небосводе. Двор академии поглощала ночь, но никто не торопился уходить. Сегодня даже ужин подавали прямо тут – неслыханное для боевой академии дело. Здесь царили строгие правила и устав.

Но сегодня решили сделать исключение. Послабление в свете последних событий. Сэршелам дали возможность расслабиться. Я была благодарна руководству за то, что все это происходило не в четырех стенах. А скоро должны запустить в небо тысячу магических фонариков. Я ждала этого, как ребенок, и прикидывала, откуда будет лучший вид. По всем моим подсчетам получалось, что не отсюда.

– Может, пойдем на крышу? – спросила я, прекрасно зная ответ. Кроме меня, любителей высоты было немного. А еще к вечеру многим вообще не хотелось шевелиться. Например, Китти.

– Я боюсь высоты! – заныла подруга.

– А может, тут поваляемся? Хорошо же? – отозвался Рон, а Нора только что-то невнятно промычала, выражая недовольство тем, что брат, на руке которого она лежала, зашевелился.

– А я схожу, – сообщила я и решительно поднялась.

– Давай я с тобой! – тут же подорвалась Китти. Нора с Роном тоже начали подниматься, и я удивленно на них уставилась.

– Так вы же не хотели.

– Не хотели, – признался парень. – Но мы же друзья, поэтому готовы тебя поддержать, даже если нам не очень хочется.

– Это так работает? – поразилась я, понимая, что до звания хорошей подруги мне еще далеко.

– Ага, – сонно кивнула Нора.

– А если мне поддержка не нужна? Я люблю крышу, ночь и огонечки, – призналась я. – Компанию люблю чуть меньше.

– То есть ты не хочешь оставаться с нами? – обиженно протянула Китти, а я в очередной раз удивилась.

– Почему? Нет, если вам важно я посмотрю с вами. Просто я не понимаю, как это относится к дружбе. Неужели кому-то надо жертвовать своим комфортом ради другого? Если каждый спокойно может получить желаемое? Но, может, я не понимаю, потому что дружить не умею? – Я действительно не понимала. Они хотят лежать тут и смотреть на небо. Я хочу смотреть на небо с крыши. Зачем кому-то жертвовать своими желаниями?

– А тебе не будет там страшно? – несчастным голосом уточнила Китти, будто я планировала идти в берлогу к вурдалакам.

– Нет, мне будет хорошо, – призналась я.

– Тогда иди, – серьезно кивнув, согласилась подруга, но посмотрела на меня с сомнением. Видимо, мысль о вурдалаках пришла не только мне.

Я усмехнулась и покачала головой.

– Мне правда хочется на крышу, и мне правда не хочется кого-нибудь туда тащить силком. Не вижу проблемы, если я пойду, а вы останетесь тут.

– А ты вернешься к нам? – уточнила Нора.

– Конечно, – не задумываясь, ответила я и воодушевленно сбежала в темноту, радуясь, как ребенок. Меня отпустили на крышу смотреть на огоньки. Это день вообще может стать еще лучше?

Едва я вышла за пределы поляны, меня окутала темнота и тишина, которую нарушало лишь стрекотание сверчков. Я словно попала в другой мир, чем-то очень похожий на Холмы за пределами королевского дворца. В саду было пустынно, я медленно брела по вымощенной тропинке и наслаждалась прохладным ветром, от которого бежали мурашки по спине, запахами листвы и подступающей осени. Даже стрекотание не раздражало. Мелькнула мысль зайти в комнату за плащом, но я поняла, что не хочу упустить момент, когда по небу полетят магические фонарики. А легкую прохладу можно и потерпеть.

Сегодня был особенный день, который начался не очень, зато заканчивался превосходно, но стоило признать, я устала от людей и сейчас наслаждалась тишиной и одиночеством. На крыше, куда я добралась довольно быстро, было безлюдно. Я уселась на край и свесила ноги. Под ними простиралась темнота и черные кроны деревьев, над головой было усыпанное звездами небо. Такое глубокое и черное, что, если долго на него смотреть, начинала кружиться голова. И лишь впереди виднелось яркие пятна фонарей, освещающих площадку, где до сих пор веселились сэршелы.