Мир Эльфов (СИ) - Покинтелица Евгений - Страница 25

— Аура, милая! — воскликнул король.

Из дальней камеры раздался голос.

— Я здесь!

Вольфр подбежал к дверям и вырвал их напрочь, после чего откинул и вылез из экзоскелета. Королева тут же бросилась ему на шею.

— Я не понимаю, что случилось… Кадмус внезапно устроил бунт, обвиняя меня в какой-то чуши!

— Всё хорошо, милая, — погладил её по золотистым волосам муж, — С ним покончено.

Мы вышли на улицу и тем самым дали им немного времени на воссоединение, судя по тихим стонам, которые вскоре начали доноситься из здания, поступили мы правильно. Супруги явно соскучились по другу настолько, что даже не стали искать места поудобнее и поуединённее.

Тимур присел на лавку, стоящую неподалёку, глядя пустым взглядом в пол. Он выглядел выжатым и подавленным. Я присел рядом и положил ему руку на плечо.

— Чувствую себя отвратительно. Вроде бы остановил убийство, госпереворот, а может, и гражданскую войну… Но чувствую себя так, будто макнулся лицом в грязь и она тут же впиталась в мою кожу… Вот как ощущается убийство разумного человекообразного существа?

— Как-то так, да, — кивнул я, — По крайней мере, в первый раз.

— А потом?

— Потом хреново, но с каждым разом это чувство всё больше размывается. Становится легче оправдывать свои действия. Их необходимость. Говорить себе, что точно не было другого исхода.

— Звучит страшно… — тихо сказал Тимур, — Меня так захлестнул гнев, что я будто стал кем-то другим. Яростным чудовищем, жаждущим уничтожить зло. Но потом оно исчезло, а я остался. И я не могу понять, а стоило ли поддаваться его зову.

— Ты сделал то, что посчитал правильным, — сказал я, — Теперь осталось это принять и жить с этим дальше.

— А ты? Ты смог?

— А я и есть это чудовище.

— Перестань, я же серьёзно… — проворчал товарищ.

— Так и я не шучу, Тим… — вздохнул я, — Перед нашим уходом у меня вновь произошло столкновение с членом Зеркального Совета. Он показал мне кое-что.

Я протянул Тимуру копию свидетельства, лежавшую у меня в инвентаре.

— Это… Что это? Я не понимаю…

— Настоящий Артур Вольнов умер при рождении. Меня же создала Алиса, наверное, я всё равно могу звать её своей мамой, даже если и не рождённый ею сын. Поэтому да, я не человек, а незнамо кто. Симулякра, тульпа, гомункул или что-то ещё. Волк в овечьей шкуре, — печально усмехнулся я, — Понадобилось немало сил, чтобы решиться признаться в этом хоть кому-то.

— Придурок ты… — слабо улыбнулся Тимур.

— Ну и это тоже, — кивнул я.

— Нет, серьёзно. Ты выглядишь как человек, думаешь как человек, поступаешь как человек, так кто ты, нахрен, тогда ещё? Какая разница как ты родился? — воскликнул он.

— Ну…

— Ты мыслишь как придурок. Прямо как те, кто меня в детстве пробирочным дразнил.

— Почему? — спросил я.

— Потому, что до того, как папа завёл бизнес и мы переехали в Москву, наша семья жила в маленьком провинциальном городке. Поэтому, когда они вынуждены были сделать ЭКО, чтобы завести ребёнка, об этом по итогу знала каждая встречная баба-срака. Будь им неладно, этим болтливым тварям из персонала! Ну и очевидно, когда суеверные необразованные идиоты растят таких же идиотов, те потом изливают свою тупость на того, кто покажется им не попадающим в их убогие рамки нормы!

— Извини, я не знал… — пробормотал я.

— Вот! Вот, что это? Тебе стало меня жалко и ты извинился, хотя от меня обычно одни проблемы и уверен, что я тебя уже задолбал! Думаешь, хоть кто-то из тех уродов извинился, когда мы встречались спустя годы? Хрен там! Так вот кто ещё тут монстр? — взвопил Тимур.

— Люди рождаются зверьми, а людьми становятся благодаря воспитанию, — кивнул я, — Но всё же зверьми, а не монстрами.

— Ага, монстрами их тоже делает воспитание, всё зависит от исполнения, — едко бросил товарищ.

Я не удержался и рассмеялся.

— Я ему тут душу изливаю, а он ржёт, — проворчал парень и тоже засмеялся.

Отсмеявшись, мы ненадолго замолчали.

— Нет, серьёзно. Когда мы только встретились, я тебя откровенно побаивался. А как ещё? Здоровенный мужичара, который, как потом оказалось, ещё и монстров рвёт, словно бумагу, голыми руками. Да ещё и в дракона превращается. К тому же временами грубый и повелительный. Но только напитавшись опытом нахождения на изнанке нашего мира, я наконец понял, что для того, что вокруг творится — ты даже слишком человечный. Не представляю, как можно вынести столько потрясений, предательств, сражений и потерь, выдержать столько могущества и власти, но при этом остаться человеком. Ты же остался. Остался способным сострадать, думать о других, искать иные пути решения конфликта и держать своё слово. Да большая часть людей в моей жизни не способна даже на часть этого. И ты зовёшь себя монстром только потому, что родился как-то не так? Думаешь, что из-за такого пустяка те, кто тебя любят — отвернутся и ты останешься один? Иди-ка ты в задницу с такими заявлениями.

Тимур закончил свой спич и сел, деловито насупившись.

— Это похоже на то, что сказала мне Лаванда, — улыбнулся я.

— Это та пышногрудая зеленокожая эльфиечка, предводительница не менее выдающихся красавиц? — спросил Тим.

— Угу, — кивнул я.

— Вот за это я всё ещё готов затыкать тебя копьём.

— Берегу тебя для твоей избранной, дарованной судьбой, — рассмеялся я.

— Ха-ха, задница ты вредная, — ответил мне Тимур, но улыбнулся.

Я почувствовал себя значительно легче. Бывает же такое, что вроде бы сам понимаешь всё, но не можешь принять, пока тебя кто-то другой туда мордой не потыкает. Вот где-то это я и ощутил. Принятие.

Король и королева слегка растрёпанные и всклокоченные, раскрасневшиеся, но довольные вышли из здания тюрьмы. Воины тут же встали по струнке и вдарили в грудь кулаками, вызвав эхо от лязгающего металла по всей улице. Все вместе мы проследовали на главную площадь, где уже собралась любопытная толпа. Судя по всему, кто-то увидел, что король вернулся, а там и понеслось. Правители горного царства вышли вперёд.

— Сородичи, — обратился к ним король, — Все вы знаете, что какое-то время назад в наш дом пришла беда. Были вскрыты сразу трое врат, из которых орды чудовищ хлынули в наш мир. Мы доблестно сражались, но были не способны раз и навсегда покончить с проблемой. Но беда не приходит одна. Сородичи отвернулись от нас, а Солнечный Король Сальвариэль ещё и ударил в спину. Его люди разоряли земли вокруг наших гор, приняв личину горных эльфов, пока мы проливали кровь, защищая всех от зла. Более того, они подло подкупили нашу гвардию, наших заступников, последнюю линию обороны, чтобы свергнуть законную власть и захватить наши земли!

Толпа негодующе зароптала.

— Но благодаря двум великим воинам бедам конец. Несущий Шторм и Тим спасли наше королевство. Мы будем вечно помнить их героизм и навсегда останемся в неоплатном долгу перед ними. Следующую неделю я объявляю праздником в их честь. Мы будем торжествовать и славить героев. Но потом… Потом настанет время возмездия. Ведь горные эльфы помнят всё и не прощают обид. Солнечные подлецы заплатят за то, что сделали! Кровь за кровь!

— Кровь за кровь! — эхом ответила ему толпа.

Я слегка расправил плечи и вышел вперёд к королю. Никто не пытался меня остановить, что и понятно.

— Ваша несокрушимость, — обратился я к эльфу, — Вольфр. Понимаю ваш гнев. Понимаю вашу боль. Однако здесь и сейчас — я прошу вас остановиться. Вина лежит на Сальвариэле и его я прикончу сам.

— Как я уже говорил, мы никогда не забудем вашего подвига, как никогда не сможем отплатить за ваш героизм. Но судьба нашего народа — уже не ваше дело. Вам не знакомы наши обычаи, вам не приходилось жить среди нас. Завершив свои дела, вы уйдёте и, скорее всего, никогда не вернётесь. Поэтому давайте не будем рушить праздник обсуждением дел, которые вас не касаются.

аАга, действительно. Подумаешь, я их спасал, а они кровопролитную резню решили устроить.

— Коли уж наш героизм столь неоплатен, то быть выслушанным я заслуживаю уж точно. Столь малую кроху ваша царскость может себе позволить, я уверен, — сказал я, слегка повышая тон.