Фима и всё. Том 1 (СИ) - Гращенко Анна - Страница 63

«Да это же кровь, — понял Красибор. — Смешанная с чем-то. Лекарством, может… Когда я стал таким мудаком?»

Все пятеро о чём-то переговаривались. Красибор не мог полностью разобрать их слов, но улавливал настроения и интонации: люди были расслабленны и даже время от времени смеялись, хотя Александр тут же морщился, а кто-то из них извинялся за шутку не к месту. Вдруг Красибор, позабыв о том, как ломит тело, резко приподнялся на локтях, чтобы получить лучший обзор. В мозгах тут же разлилось раскалённое железо, которое яркой вспышкой оглушило его, а после медленно начало пробираться к глазам, переносице, вискам и затылку.

«А где…? — мужчина игнорировал боль и вглядывался в фигуры людей, вновь и вновь оглядывая присутствующих. — А где же…?»

Первым его заметил Александр. Он улыбнулся ему как-то вымученно и грустно. Коротким кивком указал Красибору за спину. Мужчина тут же обернулся и, наконец, облегчённо упал обратно на кровать. Раскалённое железо потекло обратно в центр сознания.

«Девочка моя…» — подумал он и, чувствуя, как головная боль тут же начала отступать, с трудом приподнял руку (мышцы дрожали и совсем не желали слушаться) и как мог нежно убрал волосы с лица девушки. Та поёжилась, засопела и снова уснула. Фима сидела на большом жёлтом кресле, придвинутом вплотную к постели Красибора и, облокотившись на край, сладко спала. Мужчина отметил, каким глубоким и спокойным было её дыхание.

«И никаких кошмаров», — довольно отметил он.

На этом он тоже закрыл глаза и уснул. Ему нужно было ещё немного спокойного сна с осознанием того, что они выбрались. Их спасли. В момент, когда сознание уже совсем ускользало из реальности, Красибор обратил внимание, что держал что-то в левой руке. Он провёл указательным пальцем по поверхности предмета и понял, что по-прежнему сжимал книгу, как и в тот момент, когда капкан взял над ним верх.

Второй раз Красибор пришёл в себя, когда в ноздри забрался запах какой-то выпечки. В меру сладкий и в меру кислый — как раз такой, который заставит желудок болезненно сжаться даже если ты сыт и кушать не собирался. Красибор приоткрыл один глаз и опасливо осмотрелся. Судя по всему, вечерело. Он надеялся, что проспал только один световой день, а не дольше. Правая рука бессознательно шарила по краю кровати, но никого там не обнаружила. Красибор приоткрыл второй глаз и попытался осмотреться. В комнате было намного спокойнее, чем в прошлое его пробуждение. Он не заметил мельтешащих силуэтов вокруг и не услышал разговоров.

— Привет, — раздался тихий голос слева.

Красибор повернул голову и встретился с парой пытливых голубых глаз. Александр всё так же полулежал среди подушек, не обременённый одеждой. Но теперь Красибор смог разглядеть, что минимум половина его кубиков была закрыта повязкой, в некоторых местах которой виднелись темнеющие пятна. Пока ещё они были в глубине, но набирали силу, пропитывая марлю слой за слоем.

— Привет, — ответил Красибор. — Где тебя так?

— Магия, — Александр пожал плечами.

— На твоих кишках что ли гадали?

— Ну почти, — блондин ухмыльнулся. — Вот тебе непривлекательная сторона волшебства.

Красибор решился сменить тему и задать вопрос, который действительно его волновал.

— Она цела?

Александр ответил сразу, точно зная, о ком вопрос:

— Да.

Красибор закрыл глаза и перевёл дыхание. Спазмированные мышцы начало медленно отпускать, лёгкие принимали больше кислорода. Он боялся, что в первое пробуждение видел лишь мираж, будто ему показалось, что Фима спала возле него. Сейчас же он поверил, что всё действительно обошлось.

— Дай угадаю, это ты геройски нас спас?

Александр несколько секунд внимательно смотрел на мужчину, ища в нём какие-то ему одному известные признаки. И, найдя их, ответил более резко, чем сам планировал:

— Да.

С некоторым удовольствием блондин заметил, как собеседник поморщился. «А ты — не спас бы ни её, ни себя, ни друга своего», — добавил он про себя, но тут же остановил внутреннее злорадство. После нескольких глубоких вдохов он пояснил:

— В действительности, мы все вместе вас вытащили оттуда, — заметив вопросительный взгляд Красибора, он продолжил: — Девочки сами расскажут лучше меня. Но главное — это наша общая заслуга. Убрать хоть одного человека — и не свиделись бы. Не то, чтобы я очень жаждал нашей с тобой новой встречи…

— А я скорее рад, чем нет — перебил его Красибор и сам удивился своему порыву. — Поговорить с тобой. Приятно, что ты не в отключке. А то я слышал, гномы уже выдали тебе удостоверение Белоснежки и хрустальный ящик сколотили.

— Всех и всё забрали из капкана, только юмор твой оставили, — покривился Александр, хоть и беззлобно.

— Спасибо, Саш, — сказал Красибор после некоторого молчания.

— Обращайся. Хотя, лучше не влипай больше ни во что. И особенно Фиму не втягивай.

Красибор уставился в потолок и сжал челюсти, вспоминая последние минуты в капкане, последние шаги до тайника. Он вновь ощутил книгу в руках — казалось, она стала продолжением его ладоней и совсем не чувствовалась. Александр вновь с ним заговорил:

— Слушай, я не знаю, что было у вас за то время, что я спал. Что было между вами.

— Между нами ничего не было, — выпалил Красибор.

— Понятно, — Александр шумно вздохнул и потёр горло.

— Слушай, если вы ещё не закончили отношения и всё такое…

— Это не твоё дело, — отрезал блондин.

Красибор покосился на Александра, но ничего не сказал. Он, конечно, подозревал, что между молодыми людьми, что называется, не просто платонические отношения. Но старался об этом не думать. Ему казалось, что это действительно не его дело. Сейчас же он почувствовал неприятный укол в районе солнечного сплетения, а мысли подобно маятнику качались от «он не стена — подвинется» и «это.реально.меня.не.касается».

Мужчины снова замолчали. Наедине им было больше сказать нечего, а остальные темы они не сговариваясь отложили до момента, когда можно будет обсудить их со всеми остальными. Александр кривился внутренне от того, что, пока он пребывал в своём личном аду, в реальности происходили вещи, на которые он никак не мог повлиять. Близкие были в опасности, едва не погибли. Они что-то узнавали, как-то пытались распутать клубок секретов, в который запутались намертво. Его возлюбленная сближалась с другим мужчиной. И всё это он, Александр, пропустил из-за своей неспособности отличить сон от правды и вовремя вырваться. Он понимал мозгом, что не смог бы проснуться раньше, как бы ни старался. Что без Лиса он так и блуждал бы по бесконечным петлям, пока не совершил бы что-то, что сломало бы его снова и, возможно, окончательно. Никакие лекарства и заклинания не собрали бы его по кусочкам воедино, и он так и остался бы лежать безвольным и бездушным телом. Но то понимал мозг, а сердце — оно негодовало от несправедливости. Александр ругал сам себя за эти эмоции и чувства, да только чувствам было на это всё равно. Они существовали и разрешения ни у кого не спрашивали. Мозг говорил: «Ты сам отказался от неё и выбора другого не оставил ни себе, ни ей». В то время как сердце твердило: «Ты всё ещё любишь её».

Красибор же просто отвернулся от блондина и предпочёл следить за дверью, ведь в какой-то момент она откроется и в комнату зайдут его друзья. И она.

Когда из коридора раздались шаги, оба мужчины оживились и вытянули шеи.

— О, вот и наше солнышко встало! Готов сиять, дружище? — воскликнул Роман ещё за пару секунд до того, как очутиться в комнате.

— Как ты…? — Красибор растеряно принял объятия от друга, который на всех порах покатил к нему в кресле-каталке.

Нога его была закована в гипс и покоилась на выдвинутой подставке. Подъезжая к кровати Красибора, он пару раз врезался вытянутой ногой в корпус, толкнул тумбочку и едва поймал поехавшую по ней полупустую кружку с какао. Коричневая жидкость возмущённо заплескалась и парой капель излилась на столешницу.

— Как я узнал, что ты мистер гуд морнинг? — Роман постучал указательным пальцем по виску. — Чуйка крепнет!