Повязанные (СИ) - Скриос Кира - Страница 6

На одном из столов я нашла подсвечник с новой свечой. Вот только теперь встал вопрос с разжиганием. Со злостью посмотрев на фитилёк, вздрогнула, когда тот разгорелся.

― Чепуха какая-то, ― мой голос дрогнул. Постояв какое-то время над злосчастной свечой, всё же принялась за поиски книг. Такие странности пусть и пугали, но некогда мне было разбираться в истоках этой мистики.

Сначала по всей библиотеке отобрала книги, хоть немного связанные с магией. Их оказалось больше двадцати. Потом принялась быстро пролистывать каждую, пока не оставила семь книг, в которых промелькивали ритуальные фигуры. И только после этого стала подробно изучать каждый, выкуривая последнюю сигарету. Нужно будет зайти в табачную лавку.

Много было похожих схем. Вот только ни одна из них мне не подходила. Каждая отличалась как минимум одним символом в кругах. То ли я что-то неправильно срисовала, то ли в нашем доме просто нет книги с нужной фигурой.

Вернулась я в комнату через несколько часов, когда уже начало светать. Закутавшись в одеяла, решила поспать ещё. К тому же глаза едва держались открытыми. Как проснусь, пойду в городскую библиотеку.

Глава 5

Утро моё началось в обед. Обеспокоенная служанка, вчерашняя девчушка, растрясла меня, не побоявшись моего гнева. Я нехотя открыла глаза и с недовольством посмотрела на служанку.

― Ну? ― буркнула сонно, натягивая сползшее одеяло на плечо. Вставать решительно не хотелось.

― Простите великодушно, молодая госпожа, но госпожа Лария желает Вас видеть к обеду.

― Матушка? ― всё ещё туго соображая, переспросила.

― Точно так, молодая госпожа.

― А сколько до обеда?

― Полчаса, молодая госпожа.

― Ы-ы-ы…

Спрятав голову под одеялом, слушая причитания служанки, попробовала снова уснуть, но сон, как назло, не шёл.

― Проклятье, ― прошипела и сбросила одеяло. Полежав минут пять с раскинутыми конечностями, всё-таки поднялась. Накинула на плечи первую попавшуюся накидку в розовые хризантемы.

Служанка в это время открывала окно, а после принялась заправлять постель.

Матушка уже сидела за обеденным столом, нехотя ковыряясь вилкой в еде. При моём появлении, вилку она отложила, посмотрела на меня непривычно безжизненным взглядом, но даже не поздоровалась.

― Ты, кажется, что-то хотела мне сказать? ― есть мне тоже не хотелось, потому я принялась пить клюквенный морс.

― Олли говорит, ты сама занялась расследованием смерти Равии.

― И?

― Это опасное дело.

― И?

― Ты не понимаешь, ― матушка покачала головой недовольно.

― Так объясни, в чём проблема? ― бросила, едва сдерживая злость. ― До последнего будешь от меня всё скрывать и относиться ко мне с таким пренебрежением? Знаешь, именно из-за такого вашего ко мне отношения я и сбежала из дома. Вы меня даже не считали за равную себе, едва ли вспоминали о моём существовании.

― Всё… не так, ― едва слышно прошептала матушка, на глазах у неё выступили слёзы. Но меня понесло. Я наконец решилась выплеснуть всю ту обиду, что копилась во мне с детства.

― Не так? А как? Или, скажешь, не ты и Равия забывали меня вдруг в парке, а сами уходили куда-то с подружками? Не вы не замечали моего присутствия? Не вы заперли меня в библиотеке на три дня лишь потому, что я вам мешала? Я, что ли, виновата в том, что вы шушукались о своём и ушли, пока я пыталась хоть как-то обратить на себя ваше внимание, выполняя те дурацкие трюки, из-за которых сломала руки? Вы должны были меня страховать, чёрт вас раздери! ― из глаз полились горячие слёзы. Как же я мечтала высказаться ей, сестре, хоть кому-нибудь. Как же я мечтала, чтобы меня услышали! Меня даже служанки не понимали, говорили, что это всё пройдёт, что мне нужно просто повзрослеть.

И матушка ревела, спрятав лицо в ладонях, ссутулившись. Желая поскорее задавить свои слёзы, я принялась жевать запеканку.

Так мы и сидели. Я с остервенением жевала, матушка тихонько всхлипывала, пока часы не пробили двенадцать раз.

― Прости нас, Маго, ― матушка подняла на меня заплаканные глаза.

― Просить надо было у той меня, которая нуждалась в вашей любви, ― зло ответила. ― Нынешней мне твои слова ни к чему.

― Ведьмы по своей натуре эгоистичны.

― Какие ещё ведьмы? Ты что несёшь?

― Мы ведьмы, Маго. И ты, хоть и давила в себе с младенчества свои силы.

― Бред не неси, ― стукнула по столу кулаком. Она ещё будет придумывать такие дурацкие оправдания?

― Маго-Маго, ― матушка покачала головой, промокнула глаза уголком чёрной накидки. ― Ты столь же сильна, как твоё неверие в саму нашу суть. Мы надеялись, что своим равнодушием пробудим в тебе силы, что ты перестанешь их отрицать, наконец примешь себя. Даже если бы ты этим навредила нам самим, ты бы перестала вредить себе. Твои постоянные боли в голове, твои внезапные лихорадки ― всё это от того, что ты сдерживаешь себя.

― А не придумала ли ты очередную сказку для меня, а? ― не желала я принимать её слов. Хотя про боли в голове я не говорила никому, откуда ей об этом знать? А лихорадки? Они случались два раза в год, и никто не мог назвать мне их причину. Как начинались, так и заканчивались через день. Как будто и не было ничего.

― Маго, милая моя, прости нас, мы лишь желали тебе добра…

― А просто поговорить со мной? Я что, настолько глупая, что не могла бы вас понять и принять?

― Мы боялись тебя спугнуть. Ты была таким добрым и искренним ребёнком, а ведьмина доля не столь проста. Ты бы не смогла убить лягушонка, чтобы приготовить себе зелье, или щенка, чтобы провести ритуал.

― Ну да. Ага.

Сложно мне было принять её слова. Хотя они и были правдивы. В детстве я слишком любила животных, даже комара убить без слёз не могла. И всё же, всё же!.. Не верю я во всю эту ведьминскую чепуху! Это не оправдание их действиям!

― Разве же не случались с тобой вещи необычные? ― матушка посмотрела на меня внимательно, будто выискивала во мне какие-то одной ей видимые изменения.

― А если и да, то что?

― Расскажи мне, я помогу тебе с этим справиться. Ведь твоя сила слишком долго была запечатана. Позволь мне помочь тебе хотя бы сейчас.

― Не надо, ― я поднялась из-за стола и поспешила к себе в комнату.

― Маго! ― крикнула мне матушка вдогонку, но я больше слушать её не стала. По-детски не хотела давать им возможность оправдаться, не хотела их прощать. Ведь если я приму их причину, то обязательно прощу. Не хочу!

Снова одевшись во фрак, выбежала на улицу, проигнорировав дворецкого. Хотелось снова сбежать из дома. Мать и Равия ведьмы? И я тоже? Бред какой!

Вспомнилась вчерашняя свечка. Мои редкие вещие сны.

― Гадство! ― сплюнула под ноги, ведя себя как распоследний простолюдин. Хотела закурить, да в портсигаре оказалось пусто. Выругавшись ещё громче, поспешила на поиски табачной лавки. Там купила сразу три пачки сигарет. Одной тут же заполнила портсигар.

Выйдя из лавки, замерла посреди улицы, наконец закурив. Солнце спряталось за тучами, вот-вот должен пойти дождь, а я без зонта. Спросив у женщины с двумя ребятишками, где находится библиотека, узнала, что та находится буквально за углом.

Там я провела несколько часов в изучении различной магической литературы, но нужных схем не нашла. Почесав макушку, сунула в рот новую сигарету, пока не прикуривая. Всё-таки ещё нахожусь в здании. Отдала книги библиотекарю и вышла на крыльцо, где и подожгла сигарету.

Всё-таки удивительное дело. Нигде столько магической литературы нет, как в Красном городе. Ведьминский город тут, что ли? И как такие вещи обывателям на глаза не попадаются? Могли бы и догадаться, кто среди них обитает. Ан нет же, даже я, живя в семье ведьм, ни о чём не знала. Как будто кто специально взгляд отводил, слух обманывал. А может, так оно и есть? Вокруг города какое заклинание, не дающее простому народу познать, кто среди них живёт?

Ливень полил стеной, обдавая приятной прохладой. Люблю дожди. Люблю наблюдать за спешкой прохожих, как те прячутся под зонтами, плащами, портфелями. Они такие смешные в эти моменты. А счастливые детишки выбежали с визгом к большой луже и стали по ней топать ногами, пока мамаши не наорали на них и не растянули по домам. Вскоре прохожих почти не осталось.