Страсть. Часть первая (ЛП) - Бладон Дебора - Страница 5

— И, должно быть, произвела на него сильное впечатление, — улыбается он. — Ты вынудила его дать мне книгу, которая еще не вышла. Не знаю, как тебе это удалось, но я бесконечно благодарен.

Я обманула его. Никаких специальных навыков для этого не требуется.

— Я сказала ему, что тебе понравилась его работа, и он предложил книгу, — под предлогом, что я появлюсь в том месте, где он встречался с теми женщинами, которые разместили фотографии его приглашений в своих блогах знакомств.

У меня нет блога знакомств. Нужно активно ходить на свидания, чтобы его завести. Что у меня есть, так это книга, которая технически принадлежит мистеру Фостеру, в ящике моего стола. Интересно, заметил бы он, если бы я вырвала страницу с написанным на ней адресом ресторана и личным приглашением, которое написал мне Николас.

Каким-то образом мне удалось выпутаться из этого так, чтобы мой босс не узнал, что я переложила на него миссию по получению собственного подарка на день рождения. Не хочу испытывать судьбу, показывая Габриэлю книгу, которую Николас использовал в качестве приманки для свидания. Сегодня по дороге домой мне нужно будет купить новую копию «Доказательства Бердена» и завтра отдать ее мистеру Фостеру.

Вторую копию сожгу. Я получила то, что хотела. Это означает, что мне больше никогда не придется видеть Николаса Вульфа или разговаривать с ним.

***

— София, это ты? — спрашивает теперь уже знакомый голос, когда мужчина, которого я подставила с обедом, подходит ко мне. — Что ты здесь делаешь?

Я видела, как он вошел в книжный магазин через несколько минут после меня. Я могла бы и не заметить его, если бы не громкий вздох, вырвавшийся у продавщицы, когда он прошел мимо стойки. Очевидно, она точно знает, кто такой Николас Вульф.

— Покупаю один из романов Эндрю Стара, — растягиваю я, поправляя книги в руке. — Я слышала, что это одна из лучших детективных историй, когда-либо написанных.

— Единственный человек, который мог бы сказать тебе это — Эндрю Стар.

Я закатываю глаза.

— Сомневаюсь, что он единственный, кто наслаждается своей работой.

— Могла бы его мать, но в прошлом году я видел ее на автограф-сессии своей книги, поэтому, сомневаюсь.

— Как бы мне ни хотелось стоять здесь и слушать, твою речь о том, какой ты классный, я должна быть в другом месте, — я делаю шаг вправо, мой конский хвост колышется в такт движению.

Он двигается, чтобы преградить мне путь.

— Сегодня днем ты должна была быть в одном определенном месте, но продинамила меня. Ты можешь забить на любые свои планы сейчас, чтобы поговорить со мной.

— Я не динамила тебя, — мои щеки краснеют от вспышки гнева. — Я послала Габриэля за его подарком, потому что знала, встреча с тобой будет много значить для него.

На его губах появляется улыбка от моих слов.

— Значит, ты признаешь, что у меня есть талант? Габриэль произвел на меня впечатление образованного, культурного человека. Если ему нравится моя работа, в ней должны быть какие-то достоинства, согласна?

— На Таймс-сквер есть парень, который каждый день надевает лишь боксеры, а все тело красит в серебристый цвет. Затем он изображает из себя робота, получая чаевые. Однажды Габриэль сделал с ним селфи. Воспринимаемый талант — это все в глазах смотрящего.

— Ты сравниваешь мою работу с парнем, который разгуливает в нижнем белье?

— Думаю, да, — я киваю. — Мне тоже не нравится эта работа, но многие люди являются его поклонниками, включая моего босса.

— Ты действительно собираешься читать книгу Стара? — мужчина кивает подбородком на мои руки. — Я могу обобщить ее для тебя на месте и сэкономить твои деньги.

Я не планирую читать ни одну из двух книг, которые сейчас держу в руках. И книгу Эндрю Стара я взяла, только заметив Николаса, направляющегося в мою сторону. Прямо сейчас она прикрывает копию «Доказательства Бердена», которую я пришла сюда купить.

— Это зона, свободная от спойлеров, — взмахиваю рукой в воздухе. — Хочу насладиться каждой страницей шедевра мистера Стара.

— Я думал, детективные романы не твое, — он потирает челюсть. — Если я правильно помню, твои точные слова были, что ты никогда в жизни не читала детективных романов.

— Нет лучшего времени, чем настоящее, чтобы начать, — я протискиваюсь мимо него, плечом касаясь его толстого серого свитера, который на нем надет. — И с успехом я могла бы сделать это с лучшего.

— Лучшего? — он хватает меня за руку, своим дыханием обдувая мою щеку. — Если ты хочешь начать с самого лучшего, София, открой копию «Доказательства Бердена», которую ты пыталась спрятать с тех пор, как я вошел.

Дерьмо.

Двойное дерьмо.

Я быстро поворачиваюсь, чтобы оказаться прямо перед ним. Смотрю на его лицо. Господи, этот мужчина красив. А под этой одеждой еще красивее. Прошлым вечером я видела несколько его фотографий без рубашки.

Был один мем о раскрытии тайны под его спортивными шортами. Опускаю глаза на перед его джинсов, прежде чем перевожу взгляд на его рот.

— Книга не для меня. Она для мистера Фостера. Ты испортил копию, которую дала мне его жена, поэтому мне нужно заменить ее.

— Испортил? Как?

— Ты написал тот адрес в ней.

— Я бы не использовал для этого слово «испортил».

— Я не хочу, чтобы шеф знал, что ты ожидал в ресторане встречи со мной. Он был бы взбешен, если бы понял, что я подстроила все так, чтобы никто из вас не знал, что происходит. Это унизило бы его, а он не из тех людей, которых можно унижать.

— Ты могла прийти с ним, — он пригвождает меня к месту взглядом. — Почему ты не пришла?

Сгибаю пальцами книги. Я должна быть честной и сказать ему, что не хотела становиться жертвой его чар, как, вероятно, сделали бесчисленное количество других женщин. Я могла бы пойти в тот ресторан и последовать за ним, куда бы он ни захотел.

Меня ждал бы потрясающий оргазм, но я возненавидела бы себя после того, как все закончится. Я бы почувствовала себя использованной и пожалела об этом. Единственный человек, который может защитить мою самооценку — это я сама, а такой мужчина, как Николас, может разбить ее вдребезги, затащив меня в постель, а затем выставив за дверь.

Мне не нужно предложение руки и сердца после секса, но мне нужно поговорить, раз или два. Это опыт. Также благодаря опыту я научилась доверять своему инстинкту относительно того, подходит ли мужчина для обсуждения после траха. Я была бы удивлена, если бы Николас нашел время заняться чем-то другим, кроме быстрого прощания, как только насытился женщиной.

Больше никогда я не хочу чувствовать себя использованной каким-либо мужчиной.

— Все, что я хотела сегодня — это книга. Как только я решила послать Габриэля встретиться с тобой, то не видела смысла следить за тобой.

— Ты хотела лишь книгу? — он хмурится.

— Да, — говорю я. — Это все, что мне было нужно.

Он выпрямляется.

— Я попрошу своего публициста прислать новую копию «Доказательства Бердена» в ваш офис завтра. Не утруждай себя книгой Стара, София. Это дерьмо.

— Я могу купить твою книгу, — ныряю рукой в свою сумочку. — Я не жду никаких одолжений.

— Считай это подарком в знак благодарности.

Я замираю.

— За что?

— За то, что была жестоко честна со мной по поводу моей работы.

— Честность — лучшая политика, верно? Если бы ты знал что-нибудь о моей работе, я бы ожидала, что ты будешь честен со мной. Это было бы правильно, — также это грубо, но я упускаю это. Я оскорбила его работу и не могу сказать, что сожалею об этом.

Он кривит губы.

— Ты хочешь услышать мое честное мнение о твоей работе?

Я сдерживаю смех, но улыбка касается моих губ.

— Ты не можешь критиковать то, о чем не имеешь никакого понятия. Единственное, что ты знаешь обо мне — это то, что мне не нравится твоя книга.

— Так ли это?

— Да, так, — я выпрямляюсь.

— Я знаю, что ты слишком талантливый дизайнер, чтобы весь день сидеть за столом и отвечать на телефонные звонки. Ты ассистент в «Фостер Энтерпрайзис», хотя должна возглавлять их отдел дизайна.