Эдера (СИ) - Гридасова В. - Страница 7

— Да что ты заладил одно и то же! — не сдержалась Клаудия. — Она только хотела узнать, не встретились ли мы случайно.

— Встретились! — подхватил Андреа. — Исключительно по воле случая! И сюда пришли, конечно, тоже случайно.

— Я пригласила тебя, чтобы ты увидел, где я живу. Хотела познакомиться поближе.

— Ну да, выпивка, интим, и финальная сцена соблазнения.

— Ты несправедлив ко мне. Я, конечно, избалованная и своенравная, но я — не шлюха, как думаешь ты! А теперь убирайся отсюда!

Дома Андреа всё своё возмущение излил на мать.

— Не смей больше подсовывать мне эту девицу! Ваш сговор просто отвратителен.

— А ты? Как ты можешь говорить с матерью в таком тоне! — не уступала Леона.

— Извини, но после того, что ты сегодня сделала…

— Хватит! — прервала сына Леона. — Я больше не желаю тебя слушать! Клаудия рассказала мне, что ты был груб с нею. Ты должен извиниться перед этой достойной, порядочной девушкой. Завтра же. Ты не забыл, что приглашён к ним на вечер?

— Не пойду я ни на какой вечер!

— Андреа, неужели ты не понимаешь, что интересы карьеры дороже всего? С Клаудией тебя ожидает прекрасное будущее.

— С этой… этой… Ну, ты сама знаешь, как называют женщин, готовых на всё.

— К Клаудии это не имеет никакого отношения.

— Пусть так, но прошу тебя, мама, никогда больше не вторгаться в мою личную жизнь. Никогда!

Глава 4

Утро для Матильды началось с приятной неожиданности: её навестила подруга, приехавшая с того самого предместья, где прошла юность Матильды и где родились братья Сатти.

— Я была здесь на свадьбе моей внучки, а заодно вспомнила о тебе, — пояснила гостья.

— Ты умница, что догадалась зайти. Я так тебе рада! Сколько же лет мы не виделись, Мария?

— Да уж больше двадцати…

— Боже мой, как быстро летит время!..

После естественных в таких случаях восклицаний они перешли к воспоминаниям юности, а потом рассказам друг дружке и о своей нынешней жизни.

— Значит, ты по-прежнему помогаешь синьору Валерио. А скажи, после смерти синьоры Бианки он так и не женился?

— Нет. И до сих пор винит себя, что не смог её тогда разыскать.

— Разыскать?

— Да, за полгода до своей смерти синьора Бианка исчезла. Мы всюду искали её, но нашли уже мёртвой.

— Боже правый! — воскликнула Мария. — Ведь незадолго до того страшного известия она была у меня в доме! Да! Пришла поздно вечером. Помню, шёл дождь. Я не стала спрашивать, почему в такое ненастье она оказалась вдали от дома, да ещё и с малюткой, а просто устроила их на ночлег…

— С малюткой? Ты сказала: «С малюткой»? — прервала подругу Матильда.

— Ну да. Девочка была всего нескольких дней от роду…

— Это был её ребёнок?

— Ну, а чей же ещё? — Мария с недоумением поглядела на Матильду. — Я не понимаю тебя.

— Прости. Я должна всё объяснить. Дело в том, что от тебя я впервые услышала о ребёнке синьоры Бианки. И синьор Валерио не знает, что у него была дочь.

— Была? Разве она погибла вместе с матерью?

— Нет! В ту злополучную ночь синьора Бианка была одна. А вот где девочка? И жива ли она?.. Знаешь, Мария, ты пока не говори об этом больше никому, а я подумаю, как тут лучше поступить.

Матильда боялась, что такое волнующее известие может оказаться непосильным для больного сердца Валерио, и решила прежде посоветоваться с его лечащим врачом. А тот, после некоторых сомнений, сказал:

— Риск, конечно, остался. Но мы просто не имеем права скрывать от Валерио такую важную новость. К тому же она несёт в себе надежду на то, что девочка жива, и её можно отыскать. А это, уверяю вас, лечит лучше всяких лекарств!

К трудному разговору Матильда приступила, лишь, когда убедилась, что поход на кладбище Валерио перенёс более или менее нормально, настроение у него было грустным, но не отчаянным. Там же, у могильной плиты, Матильда и открыла ему, что долгие годы оставалось тайной. Известие, безусловно, ошеломило Валерио. Поначалу он отказывался верить в существование дочери, говорил, что Мария за давностью лет могла что-то забыть, перепутать, а ребёнок не обязательно должен был принадлежать Бианке. Затем, словно пронзённый догадкой, с болью и горечью произнёс:

— Бедная Бианка! Ей сказали, что я умру, а она не могла представить, как прокормит будущее дитя, и её хрупкий разум помутился…

— Да я бы ей помогла! — заявила Матильда. — Уж поверьте, я сумела бы это сделать. Даже если бы мне пришлось просить милостыню или воровать!

— Я знаю, Матильда, знаю! Но теперь надо что-то делать. Прежде всего, выяснить, действительно ли это был ребёнок Бианки. А потом… найти малышку.

— Малышку? Да ей сейчас двадцать лет!

— Боже мой! Взрослая дочь! Моя дочь! Ты понимаешь это, Матильда?..

Вернувшись домой, Валерио тотчас же рассказал обо всём Сержио и Леоне.

— Я переверну весь мир, но отыщу мою дочь! — заявил он с горячей уверенностью.

— Можешь на меня рассчитывать, я помогу тебе, — поддержал брата взволнованный Серджио, а Леона отреагировала более сдержанно:

— И всё-таки, Валерио, тебе не стоит слишком обольщаться. Ведь прошло столько лет, следы могли затеряться. Не хотелось бы, чтобы ты пережил тяжёлое разочарование.

— Спасибо, Леона, я ценю твою заботу обо мне. Но постарайся понять, насколько преобразилась бы моя жизнь, если бы мне удалось найти дочь.

— Конечно, это была бы такая радость! Надо всегда надеяться на лучшее, — подхватил Серджио.

— Ты глупец! — бросила мужу Леона, когда они остались одни. — Чему тут радоваться? Ты подумал об Андреа?

— Но причём тут Андреа? Я радуюсь за Валерио, хотя это пока всего лишь шанс.

— Нет, ты полный идиот! С появлением этой… Андреа лишится возможности унаследовать что-нибудь после смерти Валерио.

— Перестань!..

— Его дочь станет хозяйкой всего: фирмы, денег, дома! — не унималась Леона. — А нам не останется ничего! И это после всех жертв…

— Жертвы? О каких жертвах ты говоришь? Валерио всегда позволял нам жить как господам! Скажи, чего тебе не хватало все эти годы? — Серджио задыхался от возмущения.

— А зачем? Разве я могу тебя в чём-то убедить? Ты ведь всегда держишь сторону братца. В угоду ему ты готов сделать нас нищими.

Валерио был в том возбуждённом состоянии, когда каждая минута промедления казалась непростительной, преступной. Он вспомнил, что буквально вчера держал в руках газету с рекламой сыскного агентства. Да, вот он, этот телефон. Валерио лихорадочно набрал номер и пригласил к себе частного детектива.

Договорились они быстро, хотя сыщик Манетти счёл своим долгом предупредить, что результат расследования может быть не обязательно утешительным для Валерио.

— Да, понимаю, мы потеряли столько лет, — отвечал тот, — но сейчас я не пожалею средств, чтобы получить сведения о моей дочери, какими бы они ни оказались.

Любезно простившись с хозяином, Манетти вышел в гостиную, а там его уже дожидалась Леона.

— Простите, — обратилась она к сыщику, — мне надо бы с вами поговорить. — Присядьте на минуту. Мой деверь поручил вам розыск его дочери, не так ли?

— Синьора, прошу меня извинить, но это профессиональная тайна.

— Ах, какие могут быть тайны, когда речь идёт о жизни человека! Синьор Валерио серьёзно болен. А эта глупая история и вовсе выбила его из колеи. Теперь он одержим страстью разыскать свою мнимую дочь, и любое ваше слово может стать для него роковым.

— Да, синьор Сатти поручил мне именно это дело.

— И оно не кажется вам плодом больного воображения?

— Всё нужно проверять. Но шансов на успех действительно не так много.

— Вот видите! Поэтому я и хотела вас попросить, чтобы о ходе расследования вы прежде информировали меня, а уж мы с мужем решали бы, что вам говорить синьору Валерио, а от чего лучше воздержаться.

— Синьора, вы забываете одну маленькую подробность: ведь оплачивает расследование синьор Сатти!