Когда падает пепел (ЛП) - Манн Марни - Страница 38

Я посмотрела на его костяшки пальцев и увидела маленькие шрамы на его коже.

— Я пытался убить его, Аликс.

Он посмотрел на меня, и я чуть не задохнулась от муки в его глазах.

— Я обхватил руками горло этого ублюдка и сжал так сильно, как только мог.

— Он заслужил это.

— Он не умер, — Смит повернулся, оглядывая дом. — Моя сестра закричала, когда увидела, что я весь в крови, и это разбудило нескольких парней, которые были в отключке в гостиной. Один из них оторвал меня от горла этого ублюдка. Тогда я не был достаточно силен, чтобы бороться со всеми тремя одновременно. Но я сделал все, что мог, чтобы они убрались из моего дома.

Смит перевернул мою руку ладонью вверх и положил ее мне на ногу. Медленно, его пальцы легли поверх моих.

— Если бы эти парни не вошли, я бы убил его.

Наши глаза встретились.

— Я бы сделал все, чтобы не дать ему изнасиловать мою сестру.

— Его посадили в тюрьму?

Он покачал головой.

— Когда они ушли, я больше никого из них не видел.

В машине не было слышно ни звука.

Я даже не слышала, как мы дышим.

Мы оба просто смотрели на разбитое окно.

Было ощущение, что кто-то проник ко мне в грудь и душит мое сердце.

Я даже не могла представить, что чувствовал Смит.

— Я думаю об этом моменте каждый божий день, — сказал он. — Что я мог бы сделать по-другому, что бы случилось, если бы я не работал в две смены Если бы я купил замок подороже, который нельзя было бы взломать с помощью гребаного зажима.

Боже, мне было знакомо это чувство.

Вопросы, которые я задавала себе, были другими и в то же время такими похожими.

— Это все часть осадков — ветер, дождь, темные облака, — сказала я ему. — Все эти вопросы ведут к буре.

— Это никогда не прекратится.

— Нет.

— Легче не станет.

Я покачала головой.

— Нет, не станет.

— Мне просто придется смотреть в лицо грому всю оставшуюся жизнь.

По крайней мере, он столкнулся с этим лицом к лицу.

А я — нет.

— Мое прошлое вызвало у тебя желание сбежать?

Это был самый честный вопрос, который Смит задал с тех пор, как мы сели в его машину.

Я знала, что история, которую он только что рассказал, была не единственным его демоном.

Я была уверена, что список пережитых им кошмаров, был ужасающе длинным.

Это не сделало из него сломленного человека.

Это сделало из него героя.

Обеими руками я сжала его ладонь и подняла глаза.

— Нет, я не хочу сбежать. Разве что к тебе, и тогда мой ответ — да.

СОРОК ТРИ

СМИТ

НАШИ ДНИ

«Нет, я не хочу сбежать. Разве что к тебе, и тогда мой ответ — да».

Я смотрел на Аликс, сидящую на пассажирском сиденье моей машины, и ее слова эхом отдавались в моей голове.

Приехав с ней в Роксбери, я показал ей часть своей грозы.

Но было гораздо больше.

Я провел в этом аду восемнадцать лет. Каждый день был войной, еще одним воспоминанием, которое будет преследовать меня до конца жизни. И каждое из них оставляло на мне шрамы. Какие-то из них стерло время. Остальные были такими же темными, как черная смола, которую моя мать впрыскивала себе в вены.

В конце концов, я открыл свои раны и рассказал Аликс историю, которая за ними скрывается.

Но сейчас мне нужно было проветрить голову.

Я включил передачу и положил руку ей на бедро.

— Тебе нужно работать сегодня вечером?

— Нет.

— Я знаю, что сказал тебе, что мы пообедаем в Роксбери, но я не могу. Прости. Мне нужно убраться отсюда.

Аликс потянулась через сиденье и положила руку мне за голову, пробежавшись пальцы по моим волосам.

— Я поняла. Тебе не нужно объяснять.

Я ценил это в ней.

— Ты хочешь поехать ко мне? — спросил я.

— Разве тебе не нужно возвращаться на работу?

Я покачал головой.

— Я попросил своего помощника очистить мое расписание.

Аликс улыбнулась.

Черт, мне это было нужно.

— Тогда да, с удовольствием.

Мы проехали мимо пекарни, в которую я ходил в детстве, но я не стал указывать на нее Аликс. Она захотела бы остановиться, а у меня были другие планы на десерт.

Моя идея, вероятно, была глупой.

Но на днях я пошел в магазин и купил все необходимое для приготовления торта. Я не знал, что заставило меня взять ингредиенты. Я просто знал, что возвращался домой из Роксбери, и мне нужно было что-то бездумное, чтобы выкинуть мать из головы.

Точно так же, как я нуждался в этом прямо сейчас.

Я проехал сквозь поток машин и припарковался на подъездной дорожке у своего дома, затем сжал пальцами руку Аликс и повел ее к своей входной двери. Как только мы оказались на кухне, я поднял ее на руки и посадил на столешницу.

Когда мои руки переместились к ее коленям, она засмеялась.

— Такое ощущение, что ты собираешься меня накормить.

— Да, — я раздвинул ее ноги и шагнул между ними. — Но сначала мы должны кое-что сделать.

Я наклонился вперед, мои губы мягко прижались к ее губам.

— Я умираю с голоду, — сказала она, ее голос стал еще ниже.

Она говорила не только о еде.

Мне это чертовски нравилось.

— Давай начнем.

Я пошел в кладовку, взяв с нижней полки пакеты. Вернувшись, я достал из холодильника молоко и яйца и поставил все это рядом с Аликс.

Я наблюдал, как она смотрит на ингредиенты, пока я раскладываю их на столе, а затем снова, когда ставлю сковороду и миксер на пол.

— Во что это все выльется?

— В торт, который, надеюсь, сможет соперничать с теми, что ты уже ела.

Когда я передал ей мерный стаканчик и пакет с мукой, она одарила меня потрясающей улыбкой.

— Мне нужно высыпать сюда две чашки, — я указал на миксер.

— Я все испорчу.

Аликс не готовила.

Она не пекла.

Но она хотела научиться, и я хотел быть тем, кто научит ее.

— Ты лучше, чем думаешь.

Прежде чем она попыталась запротестовать, я добавил:

— Поверь мне.

Аликс отвернулась, и пока она наполняла чашу, я провел ножом по муке, чтобы ее разровнять. Затем Аликс высыпала ее в миксер. В тот момент, когда она снова начала наполнять чашку, в окно заглянуло солнце. Оно осветило верхнюю часть ее руки, показав крошечные частички муки, прилипшие к ее коже.

— Не двигайся.

Аликс замерла, вопросительно уставившись в ответ на мой приказ.

Я достал свой телефон и сделал несколько снимков ее руки. Затем пролистал все и выбрал лучшую.

— Смотри, — сказал я, показывая ей экран.

Пока она смотрела на телефон, я обмакнул палец в муку и прикоснулся им к ее ладони, к тому самому месту, которое только что сфотографировал. Мое прикосновение заставило ее поднять взгляд, и, когда я нарисовал на ее коже букву «С», Аликс уставилась на меня.

Как только я закончил, она полезла в свою сумочку, которая была перекинута через ее плечо, и достала свой сотовый.

— Не двигайся, — сказала с ухмылкой Аликс, отдав мне приказ.

Все еще соприкасаясь с моими пальцами, она застучала по экрану. Когда Аликс наконец отстранилась, я увидел, как она еще несколько раз ударила по экрану, а затем на моем телефоне внезапно появилось уведомление.

Оно показало, что Аликс отметила меня на фотографии.

Я открыл приложение и увидел фотографию наших рук с буквой «С» в середине ее ладони. Над нами сияло солнце.

Под каждым снимком, который она когда-либо публиковала, стоял эмодзи солнца.

Кроме этого.

На нем было красное сердце.

Наши глаза встретились.

Ей не нужно было ничего говорить.

Фотография все говорила за нее.

Так же, как и используемые ею метка и символ.

Сегодня был солнечный день.

«Эта чертова девчонка».

— Нахер этот торт, — я обхватил руками ее лицо и соприкоснулся с ней губами, скользнув языком внутрь, пока не почувствовал ее язык. — Ты нужна мне прямо сейчас.