Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия - Страница 109

Я кивнула, не зная, как заговорить.

Между мной и мужем нет большой пропасти, если посмотреть внимательно. Большинство проблем – тривиальные и незаметные вещи, но эти мелочи собрались в кучу. У меня нет возможности вырваться и все прояснить. В моем сердце накопилось слишком много обид, и я не могу отпустить их.

— Таисия Ивановна, спасибо Вам!

Она ясно видела, что происходило между мной и Русланом, и искренне хотела, чтобы мы жили хорошей жизнью, по доброте душевной стремилась помочь.

Видя, что я, похоже, не слушаю ее, она вздохнула и сказала:

— Ты, дитя, слишком упряма!

Я прыснула от смеха и закивала:

— Чтож, Вы правы!

Увидев мою реакцию, она была беспомощна и сказала после паузы:

— Дорогая Эмилия, не думай, что твоему мужу наплевать на тебя. Вчера, когда он вернулся, он несколько раз спрашивал, где ты была. Ты сменила телефон. Он думал, что ты ушла. Хотел навести справки, узнав, что ты едешь в Иркутск, он даже собирался искать тебя ночью. Он только что вышел из больницы, шрамы еще не зажили, ему нужно хорошо отдохнуть. Доктор Коновалов боялся, что с ним случится несчастный случай, если он уйдет, поэтому остановил его. Он ушел сегодня рано утром и ждал тебя.

После паузы она вздохнула и беспомощно сказала:

— Я смотрю, у него в сердце есть место для тебя, и ты тоже беспокоишься о нем. Почему никто из вас не хочет жить мирно!

— Таисия Ивановна, Вы готовили что-то на кухне? – я прервала ее своим вопросом.

Она не могла не замолчать, принюхалась, внезапно что-то вспомнила, встала и воскликнула:

— Ой, это же гороховый суп из свиных ребрышек, который я приготовила для господина Демидова! – сказав это, она поспешно спустилась вниз.

Я сидела на диване, смотрела на куриный суп, который она принесла, мысли были немного рассеянны

Я родилась в бедности, и любовь, которую я получала, была поверхностной. Я даже не чувствовала семейной привязанности уже несколько лет, не говоря уже о любви. Я не умею и не научилась любить других. Моя бабушка усыновила меня и дала мне познать заботу и тепло в последующие годы. Я понимала это как любовь. Давид невероятно груб, упрям и холоден, я считаю его параноиком. Защита Маши и поддержка меня во всем – это то, как я понимаю дружбу.

Но те моменты, когда Руслан за последние два года относился ко мне хорошо, можно пересчитать по пальцам. Я действительно не смею считать такое отношение за любовь. В мои намерения не входило по ошибке относиться к выдержанному уксусу как к вину, и он был кислым в течение половины жизни. Мне нравится мой муж, поэтому я могу вынести его непостоянство и холодность, но это не значит, что я могу притворяться глупой и относиться к его редкому хорошему обращению как к любви!

Становилось все темнее, я была измотана, но не могла заснуть после долгого лежания в постели. Раньше я привыкла спать с Марией. Сейчас же я лежала одна на огромной кровати. Я просто запаниковала от чувства пустоты. Ветер за окном был сильным, начинался частый и громкий летний дождик. Пронеслось несколько порывов сильного ветра, за которыми последовал проливной дождь. Я не могла заснуть, посмотрела на настенные часы. В час ночи я разозлилась так, что просто накинула халат и вышла на балкон.

Потому что в прошлый раз, когда я попала под дождь на балконе, муж изменил его. Теперь дождь не мог проникнуть внутрь, и я чувствовала только холодный ветер. Я сильно нервничала и чувствовала себя неважно, стало душно и защемило в груди, поэтому я просто спустилась вниз и вышла во двор. Экономка вырастила много цветов и растений во дворе особняка. Недавно прошло несколько сильных дождей, цветы все погнулись, что выглядело очень подходяще моему настроению.

Я не могла отделаться от ощущения, что немного похожа на эти цветы и растения, не могла удержаться, чтобы не выйти во двор и не позволить проливному дождю намочить меня. Летний халат был тонким и через некоторое время промок. Дождь не был холодным, даже немного освежал. На сердце было очень тяжело, когда я сидела на корточках во дворе и тихо плакала. Людям всегда нужно дать волю чувствам, так что ничего страшного в том, чтобы просто поплакать в этот дождливый день.

Когда Таисия Ивановна нашла меня, я горько плакала. Она держала зонтик и сильно запаниковала, хотела отвести меня домой, но, в конце концов, женщина была в возрасте, и если я не уйду, она ничего не сможет с этим поделать. Экономка беспомощно выронила зонтик и побежала в холл. А когда вышла, то держала в руке плащ и накинула его на меня, чтобы успокоить:

— Дитя мое, ты не можешь так себя мучить. Если тебе не жалко себя, ты должна подумать о ребенке в своем животе. Если с ним что-то случиться, что тогда делать!

Но я не могла ее ясно слышать, просто горько рыдала, сидя на корточках, мне не терпелось выплакать все свои обиды и боль. Хотя летний дождь не холодный, в конце концов, я беременная женщина. Я не могла сидеть на корточках под дождем в течение часа, независимо от того, насколько хорошо мое здоровье. Вдруг закружилась голова! Удивленный голос экономки раздался у меня над ухом:

— Господин, Вы вернулись!

Я не могла не оглянуться. У ворот стоял Руслан, он был одет в черный костюм, его глаза были холодными и ласковыми одновременно. Он сердито направился ко мне. Поднял меня и вошел в дом. Он сохранял спокойствие, а мои глаза болели после долгого плача. Я не хотела его видеть, поэтому просто закрыла их.

Когда Таисия Ивановна увидела, что приближается хозяин дома, она перестала вмешиваться.

Как только дверь спальни закрылась, муж сорвал с меня одежду и понес в ванную. Если бы он не заговорил, я, естественно, тоже молчала бы, в комнате стояла ужасающая тишина. Время шло мало-помалу, мое замерзшее тело согрелось, а опухшим глазам стало немного лучше. Слегка приоткрыв их, я увидела Руслана, мрачно смотрящего на меня глубокими и холодными глазами. Спустя долгое время его тонкие губы слегка приоткрылись:

— Нравится себя мучить? Весело тебе?

Я нахмурилась и лежала голая в ванне, а он наблюдал за мной. Это было неловко. Я встала и приготовилась выйти из ванной.

Он меня опередил:

— А ну-ка ложись обратно!

Я нахмурилась и равнодушно ответила:

— Я хочу спать!

— Ха! Планируешь выйти и поспать на улице? – Не давая мне встать из воды, он выглядел очень сердитым: — Почему ты выбежала под дождь?

Я взяла банное полотенце, накрыла им свое тело и небрежно сказала:

— У меня плохое настроение!

— В плохом настроении? – он усмехнулся: — Все, кто в плохом настроении как ты, сами ищут гибели. Улицы полны трупов. Эмилия, ты мучаешь себя или мучаешь меня?.

Глава 108. Обязательно надо говорить с сарказмом?

Я подняла глаза, чтобы взглянуть на него, и посмотрела на свое отражение в его зрачках:

— Разве это тебя мучает?

После паузы я не смогла удержаться от смеха:

— Правильно, в это время ты должен развлекаться со своей любимой. Таисия Ивановна позвала тебя и отвлекла, наверное, правда помучила.

Игнорируя его холодное и ужасающее лицо, я извинилась с небольшим притворством:

— Мне действительно неловко. Я обещаю, что этого больше не случится. Уже поздно. Тебе лучше пойти и побыть с твоей любовницей, а я тоже отдохну!