Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия - Страница 168

Сказав, она протянула руку и выхватила булки из рук Ширяевой. Мда, а потом просто взяла и... выкинула их в мусорку.

После прозвучали слова, полные пренебрежения:

— Они уже грязные. Иди за ними снова!

— Ты... – в тот момент Ксения уже и сама нахмурилась, а в глазах ее пылал гнев. — Александра, обязательно быть такой категоричной? Ты ведь сама их выкинула...

Та в ответ кивнула так, как будто это было чем-то само собой разумеющимся, а затем высокомерно сказала: — Да, обязательно. Ну, в принципе, не хочешь идти – не надо. Я пойду и скажу Олегу, а заодно, кстати, и Руслану с Виктором, что ты в качестве мести специально взяла и налетела на меня!

— Какая же ты подлая! – стиснула зубы Ксюша.

— Хе-хе! – Рябова в свою очередь сложила руки и снисходительно посмотрела на собеседницу.

— Ну? Пойдешь или нет?

А я смотрела на все это издалека. Молча.

Спустя какое-то количество времени Ширяева, в итоге, прикусила губу и просто кивнула, скрывая гнев в своих смоляных глазах:

— Ладно. Тогда пойду и куплю.

Проговорив, девушка развернулась и зашагала в сторону вестибюля «Фараона».

Рябова же прислонилась к стене и с презрением посмотрела на меня:

— Ого, а я-то думала, что ты за справедливость ратуешь и защищаешь обиженных. А, оказывается, ты гораздо холоднее, чем я себе представляла. Эмилия, ты же и тоже не шибко уж хорошенькая! – Сказав, она вошла в комнату.

Я в свою очередь медленно следовала за ней. Взгляд мой слегка потяжелел. Вообще я никогда и не говорила, что являюсь хорошей.

Не то чтобы я не была за справедливость или же не заступалась за обиженных. Просто это зависит от конкретного человека!

А мне же несколько раз уже приходилось иметь дело с этой Ширяевой. И замыслы этой девицы, скажу я так, гораздо глубже будут, чем даже у самой Рябовой.

Но разве не Руслан ли был ее целью с самого начала? Почему она вдруг так резко переключилась на Виктора?

Когда я вошла в комнату, Демидов увидел, что зашла внутрь прямо вслед за Александрой. Тогда мужчина встал, подошел, обнял меня и спросил:

— Все в порядке?

Я ничего не сказала, а просто лишь равнодушно взглянула на ту девицу, которая как раз угрюмо смотрела на меня, поджав свои губы.

Она ревновала. Это было прекрасно видно.

Руслан заметил мой взгляд и, нахмурившись, уставился на Сашу. Во взгляде читалось предупреждение.

Но все это прошло особо без каких-либо слов.

Александра, на которую Руслан Артемьевич, никогда еще так не смотрел, приняла довольно обидчивое выражение лица.

Глава 158. Трагедия ребенка (часть 4)

Однако Руслану было плевать. Мужчина посмотрел на Виктора с Олегом и произнес:

— Уже довольно поздно. Думаю, мы пойдем.

Услышав, Коновалов поставил свой стакан и, встав, сказал:

— Тогда я тоже.

— Черт! – Антонов же поднялся и сварливо проговорил. — Недавно же только пришли, а вы уже вот так торопитесь свалить?

Демидов же бросил на них холодный взгляд:

— Миле лучше не оставаться допоздна. А вы не торопитесь.

Ну, а я же беременна, поэтому Олегу тоже было как-то не особо ловко много парировать. Посмотрев на Виктора, он произнес:

— А ты куда так спешишь?

— Спешу спать, – равнодушно ответил Коновалов.

Антонов в тот момент времени уже был близок к тому, чтобы выругаться, и только после паузы сказал:

— Ладно, идите. Идите, если так хотите. Еще раз как-нибудь соберемся!

В ту секунду как раз возвратилась Ксения, что уходила покупать пельмени. Увидев, что все уходят, девушка передела еду Александре:

— Вот, твои булочки.

Но та даже не удостоила в ответ взглядом, который так и отдавал холодом:

— Мда, долго тебя не было. Уже не голодна. Не буду есть.

Проговорив, девица небрежно взяла булки и очень ловко вышвырнула их в мусорное ведро.

Демидов же окинул меня взглядом, а после потащил прочь. Виктор, нахмурившись, тоже не стал особо ничего говорить. Просто лишь произнес, глядя на Антонова:

— Еще увидимся.

А вот у Ширяевой выражение лица явно было не шибко приятным. Но также неизменно попытавшись сохранить свой понимающий и мягкий образ, девушка просто решила промолчать.

Руслан притащил меня к выходу из «Фараона» и сказал подождать, пока он подгонит машину. Небо в то время казалось мрачным, а время от времени дул прохладный ветерок.

Кажется, дождь собирается.

— Когда рожать? – кто-то позади меня внезапно заговорил, из-за чего я оцепенела. Но обернувшись, обнаружила Виктора.

Я ответила:

— Да скоро уже. Полмесяца осталось где-то.

Мужчина кивнул. А я, заметив, что Ксюши возле него нет, не удержалась и спросила:

— Ксения твой помощник или же...?

— Секретарь, – выпалил Коновалов. Затем вновь сказал. — Связывалась ли с ней в последнее время?

Я как-то опешила, не особо поняв, кого же он имеет в виду. Невольно нахмурившись, задала вопрос:

— С кем?

— С Машей.

Я замерла и покачала головой:

— Нет

В последнее время у меня было много дел, и я не звонила ей. А что такое?

Мужчина в ответ покачал головой и больше ничего не сказал.

Я же слегка заколебалась, не зная, как вообще сказать ему. Поэтому после недолгой паузы все же произнесла:

— Не хочешь отправиться к ней, когда не будешь занят?

Ну, я, если честно, не особо много знаю о делах этих двоих. Но то, что они были в сердцах друг у друга – это факт, раз они так оба волнуются.

То, что Мария не хотела говорить ему о ребенке, было вызвано тем, что она просто-напросто беспокоилась, что в сердце этого мужчины нет для нее места. Поэтому и пошла в итоге на компромисс из-за ребенка.

А Виктор же... Он, похоже, даже не осознает, какие же у него есть к этой девушке чувства!

Руслан к тому времени уже подогнал автомобиль, я на прощание сказала:

— Ладно, поговорим в другой раз. Я пойду.

Но я только-только сделала пару шагов, как вновь раздался голос Коновалова:

— Когда есть ребенок, обязательно нужно найти рядом того, кому можно всецело доверять.

Я замерла и даже как-то невольно нашла все это забавным:

— Хорошо, я поняла, – у меня не было свекрови, поэтому... Ах, а если только возникнут трудные роды и придется встать перед вопросом, чью же жизнь сохранить – матери или ребенка?

Сев в машину, я немного неловко пошевелилась и устало откинулась назад:

— Когда примерно все устаканится с делами компании?

Я подсчитала, что Маше оставалось два месяца до родов. И меня беспокоило то, что рядом с ней не было абсолютно никого. Более того, медицинские условия там, где она находились, были весьма ограничены.

Руслан завел двигатель и посмотрел на меня:

— Что случилось?

— Ничего! Просто подумала, что мы могли бы съездить в деревню, когда вы там все закончите. Давно не видела Машу, хотела бы навестить ее.