Запретная магия (СИ) - Гром Дарья - Страница 72

Герцог выглядел очень и очень злым. Сон с меня как рукой сняло, поскольку я чувствовала, как злость Сатанора рычит, подобно рассерженному дракону. Эта злость была направлена на меня.

Я напряглась и загнанным зверем посмотрела на энеш-тошерн. Что я ему сделала? За что так злиться на меня?

Казалось, стоит ему подумать и я умру в муках. От этого у меня появился тугой комок в низу живота. Вены словно гребнем расчесали. Магия готова защищать меня до конца, а конец скорее всего скоро наступит, потому что герцог невозможно сильнее и опытнее меня.

Страшные слова прозвучали громом:

— О, с пробуждением, чёрная колдунья. И долго ты хотела скрывать это от меня, лживая шваль? — прорычал он.

Я в шоке. В полном. Откуда герцог об этом узнал?! Нет, это не может быть правдой! Неужели за все свои старания выжить я заслужила не более такого грустного конца? Умоляя, я смотрела в холодные глаза Мирона. Живого всё ещё не было, я только сильнее себя напугала, вообще посмотрев на его искажённое гневом лицо.

Утробно рыча, он выдавил:

— Законы я чту. Встреть свой заслуженный конец, дрянь!

Его золотые глаза вспыхнули салатовым зелёным и на меня полетели полчища страшных призраков. Они рвали меня на куски своими костлявыми руками, а их перекошенные лица ухмылялись и скалились…

Я попыталась укрыться щитом. На краткие мгновения муки прекратились, я смогла судорожно выдохнуть. Мирон жестко фыркнул и ещё раз ударил по щиту, используя силу призраков. Через три секунды щит опять пробили.

Я потянулась ко всем видам своих магий, даже ментальная и чёрная откликнулись мгновенно. Но что же я сделаю? Убью того, кто хочет убить меня? Запачкаю свои руки в чужой крови? Как я после этого посмотрю в сапфировые глаза Андриана? Он меня за такое точно возненавидит. Если я с помощью запрещённых магий прикончу герцога, то точно буду подобна тем чудовищам, которых надо истребить.

Ничего больше не предпринимая, я обречённо и покорно ждала конца. Победный взгляд энеш-тошерн чувствовался сквозь полупрозрачные, но осязаемые тела приведений. Пусть радуется.

Мстительно успела подумать, что в таком случае моей смерти Риан обязательно ментальной магией просто уничтожит Мирона.

Мне казалось, что проходит целая вечность. Было больно, но никак не получалось покинуть этот свет. Я не кричала, однако внутри всё содрогалось.

— Роуз! — позвал голос Сатанора.

Я не ответила.

— Роуз, живо очнись!

«Что», — недоумённо хотела спросить я, но язык меня не слушался.

— Рыжая, это опасный сон, проснись! Сейчас же! — рявкнул прямо над ухом голос герцога.

Сквозь прозрачные тела призраков я смутно разглядела жестокий оскал энеш-тошерн. Его губы только кривились, а не шевелились.

«Боги милосердные, двух Миронов я точно не переживу», — взвыла я.

Боль же не прекращалась. Только теперь я чувствовала свой несчастливый конец. Не об этом я мечтала. К сожалению, будущее не всегда зависит от нас. Вот и за меня мою судьбу решил ненавистный мне герцог.

— РОУЗ!!! — сотряс воздух яростный рык Мирона.

Это помогло. Призраки начали таять и пеплом оседать на траву. Теперь Сатанор напротив меня был виден отчётливо. Его лицо исказили боль и ненависть.

«Когда-нибудь я тебя убью», — прочитала я по его губам.

Подул знакомый мне ледяной ветер и герцог тоже улетел тучкой серого пепла. Ветер, утешая, поиграл моими волосами и подул на саднящие раны. Крови на мне было очень много. Я только сейчас заметила, как красивое зелёное платье превратилось в висящие тряпки и окрасилось багряным из-за моей крови.

Хлопья серого пепла собрались в картинку до слёз знакомого мне волка. Вулкан! Преодолевая боль во всём теле я попробовала шагнуть к нему, но друг грозно зарычал, страшно оскалив ровные внушительные клыки. Я отшатнулась. Это не был знакомый мне весёлый парень. Не тот серенький волчок, с которым я росла. Предо мной был альфа. Его глаза горели красными углями.

«Ты нас бросила. Знаешь, что сейчас мы терпим? Какие муки переносим? Живы остались считанные десятки из двухсот волков! Старосты и дети мертвы! Воины больше похожи на скелеты, обтянутые кожей. И ты спустила это Серебру с лап. Ты меня предала, Роуз. Предала свой клан. Клеймо предательницы будет на тебе всю твою жизнь, которую ты не заслужила»

Его слова били по мне не менее больно, чем атаки призраков. Гнев этого волка был оправданным. Я виновата.

Волк тоже рассеялся пеплом. Серые хлопья летали перед моими глазами. Картинка то была расплывчатой, то опять обретала чёткие очертания. Всё так же я слышала:

«Ты меня предала, Роуз. Предала свой клан. Клеймо предательницы будет на тебе всю жизнь, которую ты не заслужила».

Пепел… сколько всего у меня связано с этим словом… темнота опять накатила на меня волной, забирая боль. Надеюсь, эта тьма не забрала мою казённую жизнь.

***

Я открыла глаза. В этот раз по-настоящему.

Первое, что я увидела — обеспокоенное лицо Мирона рядом со своим. Он на самом деле не на шутку тревожился за меня.

— Что случилось? — Боги, этот хрип – мой голос?

— Я сейчас расскажу. Только давай уже сядем на лошадей и поедем, ладно? И нет, не в школу. Немного отклонимся от маршрута, заглянем туда, где тебе помогут. Иначе этот сон будет преследовать тебя очень и очень долго. У Андриана однажды было что-то подобное.

Мирон был предельно серьёзен, так что я не стала спорить. Всё ещё не могу отойти от шока из-за столь жуткого сна.  Всё ещё у меня перед глазами стоит перекошенное яростью лицо герцога и  оскаленные клыки Вулкана. Адекватно думать не получается, так что мне оставалось лишь надеяться на опыт своего спутника и доверить ему свою судьбу.

Я кивнула. Только сейчас заметила, что лежу на плаще, заботливо постеленным прямо на землю. С удивлением отметила, оказывается, герцог иногда не такой уж и несносный.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я.

Он только отмахнулся. Его сильные руки легко подхватили меня и перенесли на спину Дина.

— Благодарить должен я тебя, а не ты меня, рыженькая. Постарайся забыть о сне. Лучше просто потренируй магию. — Он, было, собирался закончить разговор. Сел на свою огненную лошадь и мы поехали дальше, но вдруг энеш-тошерн признался: — Я умираю от любопытства. Забудь о сне позже, но сначала скажи мне, что тебе такого приснилось? Из-за чего ты так шумно дышала и не могла проснуться?

Я недоверчиво на него посмотрела. Здравый рассудок возвращался, и суровая реальность вновь напоминала мне о необходимости быть осторожной. Как там во сне сказал «Мирон»?

«О, с пробуждением, чёрная колдунья».

Можно ли рассказать Сатанору о том, кем он обозвал меня? И почему он вообще спрашивает? Неужели что-то всё-таки почувствовал или это просто праздное любопытство? Разве такого как этот энеш-тошерн может что-то интересовать от нечего делать? С явным сомнением поглядела на холодного и всё столь же напоминающего хищника Сатанора. Не-а, он никогда ничего не делает просто так, такой уж он чел… энеш-тошерн.

Осторожно поинтересовалась:

— А зачем тебе это?

Разговорчивый чего-то он в последнее время. Излишне разговорчив, хочу заметить.

— Твоя магия пробудилась недавно. Сны могут что-то значить, хотя этого я и не знаю точно. Возможно, что какая-то доступная тебе сила не даёт покоя. — Он говорил непринуждённо. Если бы не моя природная паранойя, то я бы сразу же призналась в том, что меня тревожит именно чёрная магия. Ну, и та лазурная, которая мне пока недоступна. Однако я умею читать между строк. Мирон завуалировано спрашивал меня про все доступные мне виды магии.

Отвечать или не стоит? Решила отделаться половиной правды:

— Мне снилась атака призраков. Видимо, меня не любит некромантия.

И даже не соврала! Какую магию использовал энеш-тошерн, когда меня атаковал? Верно, не-кро-ман-ти-ю!

Сатанор озадаченно нахмурился. Некоторое время мы ехали в тишине, но после герцог повернулся ко мне вновь и решил задать ещё один вопрос: