Пока часы двенадцать бьют (СИ) - Савельева Мария Сергеевна - Страница 6

— Ну ладно, будь по твоему, не хочешь разговаривать со мной, тогда смотри, я тебе тут подарок принесла.

Алёна достала из пакета контейнер, у Саши мурашки побежали по спине. Предвиделось что-то не хорошее, и она ощущала это каждой клеточкой тела, инстинкт самосохранения вообще вопил, чтобы она быстрее уходила оттуда.

Её одноклассница щёлкнула защелками и достала бутерброд, щедро намазанный маслом и джемом. Саша недоуменно уставилась на предмет, который никак не ожидала увидеть.

— Извини, Сашуля, но варенья не было. Мне сказали, что тебе это счастье доставляет, так, будь счастлива!

И она легким движением руки припечатала его на жилет Саши.

Глава 2.4. Обретая друга

В этот миг весь хрупкий мир девушки, который собирался по кусочкам рухнул. Сначала она почувствовала злость на себя, потом в ней проснулась обида, едким червячком закопошиашаяся где-то в самом сердце.

Алёна победным и презрительным взглядом смотрела свысока, наслаждаясь своим триумфом. Саша только сейчас поняла, что в столовой воцарилась тишина, и все смотрят на них.

Девушка начала лихорадочно соображать, метаясь взглядом от одного предмета к другому. Воздуха не хватало, казалось, грудную клетку вот-вот сейчас разорвёт.

Внезапно её посетила идея. Она встала, поворачиваясь лицом к своей обидчице, и спокойным холодным тоном, достойным Оскара, произнесла:

— А знаешь, что ещё приносит радость и поднимает настроение? Апельсиновый сок! — с этими словами Саша плеснула напиток в Алёну.

Дальнейшего развития событий она не собиралась наблюдать, поэтому схватила сумку, телефон и побежала из столовки под громкое улюлюканье. На выходе из неё она внезапно врезалась в виновника этого концерта. Миша стоял и улыбался, и казалось, вот тебе ответ на утренний вопрос: как он себя поведёт, когда увидит девушку.

Захарова метнула на него взгляд полный нескрываемой обиды и презрения. Все что копилось в ней эти годы вдруг решило выплеснуться наружу. Сама не понимая, откуда взялись силы, она толкнул парня в грудь. От неожиданности он покачнулся и отступил на два шага назад. А Саша побежала в неработающий туалет, надеясь там спрятаться ото всех.

Она заперлась в кабинке и пыталась успокоить бешено стучащее сердце. Дверь туалета открылась. Сначала было тихо, но потом…

— Саш, ты здесь? — девочка безошибочно определила голос своей одноклассницы Яры. С девушкой так же, как и с Захаровой, никто не общался, потому что она принадлежала к субкультуре готов, её считали странной и просто делали вид, что Яры нет. — Я знаю, что ты тут, и я хотела сказать, что ты — молодец. Ты дала отпор! Я все думала, когда же это произойдет…

Саша продолжала молчать.

— Если хочешь высказаться, то я могу выслушать.

— Один раз уже высказалась, — горько произнесла девушка, глотая всхлип.

— Я давно поняла, что от наших лучше держаться подальше, а тем более свои секреты.

— Самое обидное, что это был не секрет, а обычные слова. Я их могла сказать любому незнакомому человеку, я могла их спокойно написать в сочинении…

— Любые слова в руках человека могут стать страшным оружием, если он знает, как их использовать, — мудро изрекла Яра. — Может все же выйдешь из туалета? А то я тут, как дура, с дверкой разговариваю.

Саша вдохнула поглубже воздух и вышла. Яра стояла, как всегда, во всем чёрном: водолазка, высокие ботинки, стрелки на глазах, помада, пирсинг над бровью, короткие модно-стриженные по уши волосы. И даже форма! Она смогла где-то приобрести темно-синюю, которая издалека выглядела чёрной. А классной руководительнице сказала, что постирала синюю форму гимназии с чёрными вещами. Маргарита Семёновна тогда закрыла на это глаза, потому что Яре часто все спускали с рук, она была отличницей, олимпиадницей и просто гордостью школы. Вот такой парадокс.

На фоне ослепительно белого туалета она смотрелась, как Винни-пух из советского мультика, когда тот притворялся тучкой на фоне неба.

Но при этом она была очень миниатюрной девушкой, такой дюймовочкой, всегда аккуратная и женственная, несмотря на весь её образ дьяволицы.

— Ууу, ты чего нос повесила?

Саша в этот момент шмыгнула носом, на глаза навернулись слезинки, она посмотрела наверх и начала махать руками, будто пытаясь загнать слезы обратно.

— Я не плакала лет с девяти после похорон тети, — поделилась девушка.

— Может, уже стоит дать себе волю и наплакаться как следует?

— Это покажет, что я слабая, а я не хочу, чтобы это увидели другие.

И в этот момент Яра взяла и обняла одноклассницу. От такого простого контакта Сашу прорвало на эмоции. Все невыплаканные слезы потоком устремились из её глаз. Она судорожно всхлипывала, пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха. Яра все это время стояла и гладила её по спине.

Глава 2.5. Обретая друга

Когда слезы иссякли, на душе у Саши появилась лёгкость. Казалось, они омыли и очистили её мысли, чувства и сердце изнутри, излили всю накопившуюся злость.

— Как я теперь на пару пойду, — прогнусавила Саша, вглядываясь в свое отражение в зеркале.

— Как победительница, никак иначе.

— Надо попробовать отмыть след от одежды, может быть, высохнет до того, как занятия закончатся.

Яра посмотрела на жирный след, оставленный от масла и нахмурила свои точеные бровки.

— У тебя какой размер одежды?

— Сорок второй.

— Вот, у моей сестрёнки такой же, у неё последней парой физра будет, домой в толстовке дойдет, никто не заметит, а я тебе её жилетку принесу. Пусть все думают, что ты фея-крестная из Золушки.

— С таким лицом, скорее злая ведьма, — засмеялась Саша, пытаясь ледяной водой убрать красные пятна под глазами.

— Жди меня тут, я скоро.

Захарова присела в ожидании на холодный подоконник, она боялась, что девушка может кинуть её, как это делали другие, но одноклассница вернулась через десять минут, как и обещала.

— Ну вот, я свою помаду дома забыла… — разочарованно произнесла Саша, копошась в своем рюкзачке.

— У меня только чёрная, — пожала плечами Яра. — Хотя… сейчас, у меня кое-что есть, — и она достала из сумки тушь. — Правда она синяя, но к твоим глазам подойдёт, мне её в подарок дали в Yves Rocher.

Саша посмотрела на свое бледное лицо с красными пятнами под глазами и на носу.

— Давай, хуже все равно не будет.

— Вау, тут должна быть реплика из диснеевского мультика: "Ух ты, у тебя глаза как сапфиры", — прокомментировала Яра, осматривая результат. — Можешь себе забрать, у нас в семье все кареглазые, никому не подойдет синяя тушь.

Саша второй раз за день оглядела себя в зеркало, без привычной красной помады она казалась себе совершенно другим человеком.

— Яра, спасибо тебе большое, правда, от всей души, — сердечно поблагодарила она одноклассницу. — Честно, не знаю, что я бы без тебя тут делала.

— Как это не знаешь? До конца века просидела бы в этом туалете в собственном заточении, конечно!

— А почему так тихо? — спросила Саша, когда они шли по пустому школьному коридору.

— Пара уже как пятнадцать минут назад началась. Ты, видимо, не услышала звонка, пока плакала.

Саша пришла в ужас, что сейчас скажут они классной. Что в гимназии заблудились? Перепутали туалет с кабинетом и просидели в нем пятнадцать минут?

Когда они постучали в дверь кабинета литературы и зашли в класс, двадцать пар глаз уставились на девушек. Маргарита Семёновна прервала свой рассказ о биографии Анны Ахматовой, и серьёзно посмотрела на опоздавших.

Саша боялась смотреть на одноклассников, поэтому перекинула свои волосы через плечо и потупила взгляд. Наверное, они сейчас произвели впечатление, явившись вдвоём, в чистой жилетке и при этом впервые за время обучения в гимназии опоздав.

— Как это прикажете понимать? — тихо проговорила классная руководительница. — Почему вы опоздали?

Девушки переглянулись, они не обсудили, что говорить. Саша надула губки и выдохнула. В голове царила пустота, но молчать нельзя было. Поэтому они одновременно произнесли: