Паранойя - Файндер Джозеф - Страница 76

Я обманул сенсор.

Блестящая стальная дверь в секретный объект "С" медленно отъехала в сторону. В этот момент позади меня открылась вторая, и я услышал:

— Стой на месте!

И снова:

— Стоять!

Я смотрел на огромное открытое пространство и не верил глазам. Я ничего не понимал.

Наверное, я ошибся.

Я не туда попал.

Потому что все, что я видел, не имело смысла. Я смотрел на зону, которую назвали секретным объектом "С".

Я ожидал, что увижу лабораторное оборудование, батареи электронных микроскопов, чистые помещения, суперкомпьютеры и кольца оптоволоконного кабеля...

Вместо этого я смотрел на стальные балки, неокрашенные бетонные полы, гипсовую пыль и строительный мусор.

Огромный полуразрушенный склад.

Пусто.

Где же проект «Аврора»? Я не ошибся — но тут его нет.

Вдруг меня осенило, отчего пол под ногами словно вспучился и поплыл: а существует ли проект «Аврора»?

— Не двигаться!!! — крикнул кто-то сзади.

Я подчинился.

Я даже не повернулся лицом к охранникам, а застыл на месте. Я все равно не мог шелохнуться.

88

С отвалившейся челюстью и затуманенной головой я наконец повернулся и увидел пятерых или шестерых охранников, среди них несколько знакомых. Двое — те, кого я спугнул. Они вернулись за мной, очень злые.

А вот и негр, который застал меня в офисе Норы — как там его? Ну, тот любитель «мустангов». Он навел на меня пистолет и вдруг вскрикнул:

— Мистер... Мистер Соммерс?

Рядом с ним стоял Чед. В джинсах и футболке, со взъерошенными светлыми волосами, будто только что с постели. Он сжимал в руке сотовый телефон. Я сразу понял, почему он тут. Наверное, попытался войти на сайт, обнаружил, что его уже вписали, и позвонил...

— Это Кэссиди. Звоните Годдарду! — закричал Чед на охранника. — Звоните генеральному, черт возьми!

— Нет, парень, не положено, — сказал охранник, не выпуская меня из прицела. — Назад! — крикнул он. Еще пара охранников заходила с обеих сторон. — Звони не генеральному, а начальнику охраны. Потом вызываем полицию. У меня такой приказ.

— Нужно звонить генеральному! — заорал Чед, размахивая сотовым. — У меня есть его домашний номер. И мне по фигу, сколько сейчас времени! Я хочу, чтобы Годдард знал, что сделал его ассистент, этот гребаный жулик!

Он нажал на пару кнопок, приложил телефон к уху.

— Ты, придурок долбаный, — обратился он ко мне, — ты в заднице.

Трубку долго не поднимали.

— Мистер Годдард, — заговорил Чед тихим доверительным тоном. — Извините, что звоню так рано, но дело чрезвычайной важности. Меня зовут Чед Пирсон, я работаю в «Трионе».

Он поговорил еще пару минут, и его злорадная усмешка постепенно пропала.

— Да, сэр, — сказал Чед и протянул мне телефон с очень разочарованным видом. — Он сказал, что хочет с тобой поговорить.

Часть 9

Активные мероприятия

89

Когда охранники привели меня в конференц-зал на пятом этаже и закрыли, было почти шесть утра. Посреди зала (без окон и других выходов) стоял стол, заваленный исписанными блокнотами и пустыми бутылками из-под сладкой газировки. Еще там были проектор, исписанная белая доска и, к счастью, компьютер.

Я оказался не то чтобы пленником. Меня «задержали». И дали понять, что, если я не буду слушаться, меня сразу же передадут полиции. Подобная перспектива меня совсем не прельщала.

И еще сказали, что мистер Годдард поговорит со мной, когда придет.

Позже я узнал, что Сет чудом убежал из здания, правда, без фургона.

Я послал письмо Джоку. Я не знал, что сказать, как все объяснить, и поэтому просто написал:

Джок!

Нужно поговорить. Я хочу все объяснить.

Адам

Ответа не было.

Неожиданно я вспомнил, что сотовый все еще при мне. Я спрятал его глубоко в карман, и его не нашли. Я включил телефон. Там было пять голосовых сообщений, но не успел я их проверить, как раздался звонок.

— Да, — сказал я.

— Адам! О черт! — Это был Антуан. Он говорил взволнованно, почти истерично. — Черт! Черт! Я не хочу обратно. Черт, я не хочу опять туда!

— Антуан, о чем ты? Давай по порядку.

— В квартиру твоего отца пытались вломиться какие-то парни. Трое белых. Наверное, думали, что там никого нет.

Я почувствовал прилив раздражения. Неужели соседские дети еще не поняли, что в берлоге моего отца нет ничего, за чем бы стоило вламываться?

— Господи, ты-то цел?

— Да цел я! Двое убежали, я схватил третьего... О черт! Черт, мне не нужны проблемы! Ты должен мне помочь!

Сейчас такие разговоры были особенно некстати. До меня из трубки доносилось какое-то мычание, возня, стоны...

— Успокойся, — сказал я. — Сделай глубокий вдох и сядь.

— Я и сижу. На этом козле. Что меня больше всего вырубает — он говорит, что тебя знает.

— Знает меня? — У меня возникло смутное подозрение. — Опиши его, а?

— Ну, не знаю, белый...

— Как выглядит?

Антуан совсем растерялся.

— Прямо сейчас? Лицо красное и опухло. Моя вина. По-моему, я сломал ему нос.

Я вздохнул:

— Господи, Антуан, спроси, как его зовут!

Антуан положил телефон. Раздался рокот его баса и какое-то повизгивание. Антуан снова взял трубку:

— Он говорит, что его зовут Мичем.

Передо мной мелькнула картинка: Арнольд Мичем с разбитым в кровь лицом лежит на кухне под Антуаном Леонардом, который весит почти полтора центнера. На какой-то момент я даже порадовался. Видно, за мной и вправду следили, когда я заходил в квартиру отца, и Мичем решил, что я там что-то прячу.

— Да нет, не беспокойся. Обещаю, что этот козел тебя не тронет. — На месте Мичема я бы воспользовался программой защиты свидетелей.

В голосе Антуана послышалось облегчение:

— Слушай, парень, извини, а?

— Ты что, и не думай извиняться! У меня давно не было таких хороших новостей!

И, наверное, уже не будет.

Я прикинул, что прежде чем появится Годдард, нужно убить несколько часов. Я не мог просто сидеть и мучиться по поводу того, что натворил или как меня накажут. Вот я и выбрал самый привычный способ убить время: вышел в Интернет.

Вот именно тогда я и начал соображать, что к чему.

90

Дверь в конференц-зал открылась. Зашел один из моих знакомых охранников.

— Мистер Годдард внизу, на пресс-конференции, — сказал охранник. Он был высокий, лет сорока, в очках в толстой оправе. Синяя форма «Триона» плохо на нем сидела. — Он сказал, чтобы вы спустились в приемную.

Я кивнул.

Главный вестибюль крыла "А" кишел людьми. Больше всех шумели фотографы и репортеры. Я вывалился из лифта прямо в этот хаос и совершенно потерял ориентацию. Ничего не было слышно, все вокруг гудело. Одна из дверей в большой зал постоянно открывалась и закрывалась. Я мельком увидел на экране огромное лицо Джока Годдарда, услышал его голос из колонок.

Кое-как протиснулся через толпу. Меня вроде бы кто-то окликнул по имени, но я двинулся дальше, медленно и упорно, словно зомби.

Зал полого спускался к сияющей сцене, где в свете софитов стоял Годдард в черной водолазке и пиджаке из коричневого твида. Он напоминал профессора классической литературы в маленьком колледже Новой Англии, если не считать оранжевого грима на лице (специально для телевизионных съемок). За ним висел огромный экран, на который проецировалась говорящая голова Джока.

Б зале было много журналистов; софиты слепили глаза.