Сердце потерянное в горах (СИ) - Сарк Анна - Страница 88

Мы оставляем позади высокую гору и входим в лес. Воздух, насыщенный тяжелой влагой, вызывает желание идти медленнее, но я боюсь, что погода может измениться в любой момент и мы не сбавляем хода.

Солнце медленно двигается к закату, но жара не спадает.

Я стараюсь уловить шум воды. Мне страшно хочется пить. Невыносимо. Я бросаю взгляд на Макса, он уверенно шагает вперед, но меня настораживают его чересчур напряжённые плечи.

- Позади нас собираются тучи, нужно найти укрытие, - говорит он, его лицо очень бледное и во взгляде на меня сквозит беспокойство.

Я оглядываюсь назад, тяжелые черные облака скрывают высокие холмы и до нас доносятся раскаты грома. Макс прав, нужно торопиться.

Нам всё чаще встречаются камни, некоторые похожи на разрушенные ударом осколки скал. Идти босиком становится всё больнее, но я только покусываю губы, не собираясь жаловаться. Первая капля дождя приземляется мне на нос и я поднимаю голову.

Дождь усиливается и потоком обрушивается на нас.

Ливень нарастает и одежда промокает насквозь в считанные минуты. Я собираю воду в ладошки и жадно глотаю. Макс останавливается и поднимает руку к глазам, потоки дождя стекают по его пальцам и капают вниз ручьем.

Он осматривается.

Ветер нарастает и пригибает ветви деревьев к земле. Я начинаю замерзать.

- Туда, - говорит Макс, капли дождя струятся по его лицу и волосам.

Мы бежим до упавших навстречу друг другу плоских камней. Под ними должно быть сухо и тепло. Дождь перерастает в ливень. Всплески ярких молний заставляют меня вздрагивать всякий раз, как зигзагообразная вспышка озаряет черное небо.

Вдруг, мои босые ступни скользят по мокрой жижи и я падаю в грязь. Я не чувствую боли, только удивление. Не тратя время на уговоры, Макс сгребает меня в охапку и несёт на руках. Я прижимаюсь щекой к его груди и ощущаю тепло. Меня буквально обжигает жар его кожи, не смотря на прохладу.

И это сильно меня пугает.

Он добегает до камней и забирается внутрь. Здесь относительно сухо. Я быстро освобождаюсь из его объятий и внимательно всматриваюсь в него.

Бледная кожа, белая, почти как у мертвеца. Сияющие глаза. Мое сердце колотится от страха, как запертая в клетке птица.

- Макс, - я подползаю к нему ближе, - Ты выглядишь ужасно, – его затуманенный взор обращается на меня и я узнаю этот блеск.

Лихорадка.

- Не думаю, что ты выглядишь лучше меня, - Макс нежно убирает с моего лица влажные волосы, - Не ушиблась?

- Нет, - даже сейчас, он думает обо мне, - Как ты себя чувствуешь? - протянув руку, я кладу ладонь на его лоб и сглатываю страх, - У тебя жар.

Макс стряхивает мою руку и сразу улыбается, чтобы скрасить свою грубость.

- Когда это ты стала моей мамочкой? – он приподнимает одну бровь, глядя на меня и его насмешливый тон заставляет меня улыбнуться в ответ, но моя тревога никуда не уходит, - Я просто устал, - меня пробирает дрожь и Макс думает, что я просто замерзла.

На самом деле, я боюсь. Боюсь, что окажусь права.

- Иди сюда, - меня не надо уговаривать, я сажусь рядом с ним, он такой горячий, что мне сразу становится жарко. Я прижимаюсь к нему и Макс обнимает меня, целуя в висок. Шум дождя стихает и не смотря на охвативший меня страх, меня клонит ко сну.

Утром Макс молчит больше обычного, он не смотрит на меня и мы выдвигаемся в путь в полной тишине. Я с опаской погладываю на него и чувствую себя совершенно бесполезной, не зная как ему помочь.

После вчерашнего дождя лес оживает и вокруг раздаются крики птиц и животных. Миллионы гудящих насекомых заставляют то и дело отмахиваться от них. Неожиданно, лес расступается и мы выходим к озеру. Но я так встревожена, что не могу этому радоваться.

По форме оно напоминает идеальный круг и заполнено кристально чистой водой. Над ним кружат зеленые стрекозы. Макс почти падает на поваленное дерево и устало склоняет голову на согнутые в локтях руки.

Я подхожу к кустарнику и внимательно осматриваю на наличие каких-либо колючек или шипов. У него большие плоские листья и мне без труда удается оторвать один. Я скручиваю его в рог и наполняю водой.

Стараясь не пролить ни капли, я подхожу к Максу и сажусь перед ним на корточки.

- Тебе нужно больше пить, - тихо говорю я, но он даже не поднимает головы, - Макс, пожалуйста… - мой голос срывается и он моргая, приподнимает свое посеревшее лицо, сфокусировав на мне мутный взгляд, словно только сейчас вспоминает, что я здесь, - Я знаю, тебе этого совсем не хочется, но ради меня, сделай хотя бы глоток, ты не представляешь, как тяжело удержать её в руках.

Макс впервые мне улыбается за эти несколько часов. Он делает несколько жадных глотков, но ему явно становится хуже.

- Всё нормально, - невнятно выговаривает он, - Правда, нормально, - нет, ненормально, теперь я боюсь тебя потерять, - Нам надо идти, - Макс поднимается на ноги и я вижу, как он устал.

Вздохнув, я следую за ним, но беру его за руку.

- Боюсь опять споткнуться, - быстро говорю я, замечая, как он хмурится, наверняка, ему в новинку чувствовать себя таким слабым.

Если надо, я буду тащить его на себе.

С каждым шагом, Макс опирается на меня всё сильнее, словно боится упасть и я не выдерживаю.

- Сделаем привал.

- Нет, - он измотано качает головой, губы у него сухие и потрескавшиеся, - Пойдём дальше, - в его глазах светится упрямство.

- Нет, - мой голос звучит твёрдо и почти не дрожит, - За сегодня мы достаточно прошли.

- Теперь решаешь ты? – хрипло спрашивает Макс и нежно смотрит на меня.

- А разве было по-другому?

Уголки его губ слегка приподнимаются.

- Ясно, пользуешься немощностью аристократа, - моё сердце болезненно сжимается и я отворачиваюсь от него, - Прости, - добавляет Макс, не отвечая, я оглядываюсь вокруг, раздумывая о том, где нам найти убежище.

Через полчаса, мне удаётся найти пещеру, над головой зияет дыра, но внутри почти сухо и можно попробовать разжечь огонь. Если не будет дождя, то нам повезло. Я помогаю Максу зайти внутрь, он сжимает челюсти и морщится, когда ему приходится опереться на меня.

- Скоро я буду в порядке, - уверенно произносит он, - Я обещал позаботиться о тебе.

- Ты и так это делаешь, - я взъерошиваю пальцами его волосы и выхожу наружу.

У любого вируса свой инкубационный период и без нужной помощи, ему будет становится только хуже. Я нахожу два небольших острых на вид камня, собираю ветки и возвращаюсь обратно. Макс спит, но его тело сотрясает крупная дрожь. Я прикусываю губы и складываю принесенные ветки в конус, подкладывая внутрь сухой мох.

- Пусть всё получится, - шепчу я, ему нужно тепло, пожалуйста, я с силой ударяю камнем о камень. Несколько бледных искр летят вниз, но костер не загорается. Я пробую снова и снова. Один раз я промахиваюсь, ударяя камнем себе по ногтю и едва сдерживаю крик боли. Он сразу чернеет и под ним собирается запекшаяся кровь.

- Ну же, черт возьми, - я вкладываю всю свою злость в последний удар и яркий язычок пламени начинает лизать одну из веточек. Он разгорается сильнее и пещера наполняется тенями. Я подползаю к Максу и откидываю перепутанные волосы с его лба. Он открывает глаза и на этот раз не отталкивает моей руки.

- Признаюсь, мне плохо, - Макс пробует мне улыбнуться, - Но я никогда не болею, - стуча зубами, продолжает он.

- Ты скоро поправишься, - я успокаивающе глажу его по волосам, - Ведь ты упертый.

- Не такой, как ты, - усмехается он и опять засыпает.

Я прижимаюсь щекой к его голове и не шевелюсь, продолжая держать Макса в своих объятьях. Ужас скручивает меня изнутри. Я знаю, на что способна лихорадка. Она выпьет из него все силы, а потом убьет.

Ему нужны лекарства.

Глава 56

Макс

Я знаю, что у меня жар, просто не хочу себе в этом признаваться. Голова раскалывается и меня знобит. Легкие горят огнем, и от каждой попытки сделать глубокий вдох меня мутит. Вполне возможно, причина в газе, которым я надышался. Боль внутри меня превращается в монстра. В живое существо, пожирающее мои внутренности.