Счастье на десерт (СИ) - Верта Мила - Страница 42

— Миша, ты будешь ругаться! Но, Маша нашла нам няню и оплатила! И я размазня и тряпка согласилась! Потому что уже ничего не понимаю! И единственное чего хочу это спать! — горько рыдает Медочек.

— Маша единственная светлая голова в нашей семье. Как очухаемся, поставим ей памятник! Не буду я ругаться, потому что тоже мечтаю выспаться. Меня сегодня декан выгнал домой, потому что я заснул на лекции, — признаюсь.

— Да ладно?! — шокированно выдыхает Медочек.

Потому что она знает, как сильно я люблю свою работу, но даже моей батарейке пришел конец.

Разогрев еду, кормлю расстроенную жену. Она долго рассказывает про какие-то мелочи. Ей важно оставаться на связи с большой землей, всегда очень ждет моего возвращения домой. Моей девочке сложно дается вынужденная изоляция.

Мирослава макает сырник в малину и с аппетитом жует. Облизывается. Вздыхаю, отводя взгляд, потому что в штанах становится тесно. У нас давно не было секса, последний был еще до рождения сыновей.

Первые дни дома даже думать об этом, казалось, кощунством. Да и сейчас, наверное, не время еще. Мирослава не заикается об этом, спим мы как и раньше вместе, но все чаще отвернувшись друг от друга. Мирослава спит очень чутко, боится проворонить кормление. На специальном устройстве у нее срабатывает таймер, и мы просыпаемся каждые три часа, чтобы накормить близнецов. И лучше это делать одновременно иначе может начаться такой рев, что остаток ночи мы проведем, успокаивая сыновей. Какой уж тут нормальный сон и отдых.

Как-то незаметно мы стали только родителями и перестали быть парой. Мира говорит, что теперь мы навечно связаны как сообщники по преступлению.

Но не замечать ее шикарную грудь и упругую задницу становится всё сложнее. Я заебался дрочить в душе. К тому же в последнее время это не помогает, стоит мне лечь рядом, и член снова оживает. Вот и сейчас кровь стремительно прилила к паху. Чувствую себя похотливой скотиной, Мирослава устала и плакала весь день, а я думаю о том, как ей присунуть.

— Медочек! — зову, сминая большим пальцем сладкие губы, припухшие будто зацелованные. — Я соскучился, — кладу маленькую ладошку на свой пах.

Я не настаиваю на полноценном сексе, мне хочется, хоть какой-нибудь ласки.

Глаза жены становятся огромными, отдергивает руку, словно, обжёгшись.

— Миша, я устала и хочу отдохнуть!

Мирослава сворачивается калачиком, укрывается пледом.

Меня бомбит и распирает раздражением, потому что она отшивает меня второй раз за две недели. Причем в первый раз я просто хотел ее потискать, без сексуального подтекста просто потому, что соскучился.

Выдыхаю, спокойно, значит, рано еще. Я понимаю, что сейчас у Миры преобладает материнская доминанта, это нормально, так задумано природой. Плюс хронический стресс и недосып не способствуют ее либидо.

Но я все-таки очень надеюсь, что Мирослава будет не только матерью моим детям, но и моей любимой женой.

Глава 43.

Мирослава

— Кто тут у нас такой сладкий? Миша и Лёва? Мои сладкие пирожочки. У кого такие маленькие пяточки? — воркует над близнецами Томочка.

Я забираюсь на кресло с ногами, грею руки о кружку с тёплым какао. Я сытая, выспавшаяся и готова к новому дню. Обожаю смотреть, как Томочка воркует с мальчиками после выходных.

Томочка — фея нежности, безграничного терпения, любви и по совместительству наша няня.

Два месяца назад она появилась на пороге, опытным взглядом оценила ситуацию, сначала расспросила про мальчиков, затем отправила меня поесть, помыться, а потом спать. И тут я поняла, что она няня моей мечты, мы с Мишей сразу в нее влюбились.

Томочке сорок два, она счастлива замужем, не нуждается в деньгах, но работает, так как своих детей не случилось, а неистраченный океан любви нужно как-то реализовать, иначе как она сама шутит, рискует захлебнуться.

Кай проверил ее досконально, на учёте не состоит, не привлекалась, психически стабильна и даже выиграла какое-то реалити- шоу нянь.

Мы с Мишей молимся на нее, этой супер женщине удалось за месяц наладить мальчишкам режим, а нам с мужем нормальную жизнь.

Пять дней в неделю она помогает мне с близнецами, а в выходные мы с Мишей справляемся сами. Ключевое слово справляемся. Томочка не просто суперняня и душевная тетка, но еще и неплохой психолог. Мы подружились, болтаем обо всем на свете, она делится житейским опытом и дает мне дельные советы. Нюра тоже ее одобрила, они познакомились, когда бабушка приезжала в гости, и теперь созваниваются, обмениваются рецептами.

Томочка весьма наблюдательна, эмпатичная и как-то намекнула мне на похолодание между мной и Мишей. Не то чтобы я сама этого не замечала, но мне хотелось верить, что это больше мои страхи, нежели реальность.

Мы не просто поболтали об этом и забыли, а придумали целый план, как вернуть огонь в нашу с мужем жизнь.

Кодовое название плана «секс жив». Хихикаю, вспомнив, как азартно мы его придумывали, оказывается, если перестать плакать,, и начать высыпаться, снова хочется улыбаться и жить. А как только бессмертный секс вернется в нашу с Мишей жизнь, думаю, снова смогу почувствовать себя по-настоящему счастливой.

Поглядываю на часы, начало одиннадцатого, впереди еще три часа успею привести себя в порядок. У Миши сегодня короткий день, всего пара лекций и выходной в математической школе.

— Мирочка, дорогуша, ты ничего не упустила? Всё подготовила? — деловито уточняет Томочка, меняя Левке памперс.

— Все сто раз проверила! Сливок два баллона купила! Клубничные и шоколадные! — докладываю мозговому центру о готовности плана.

— Моя умница! Значит, всё получится! И папка ваш, снова, начнет пускать слюни на мамку! А что еще нужно таким сладким медвежатам? — спрашивает у Львенка, он улыбается беззубым ртом и активно гулит.

Подхожу, беру переодетого Мишаню на руки. Делаю «козу» из пальцев и бодаю в животик. Сын улыбается и машет ручками, любит так играть. Томочка одевает Левку и они уходят гулять. Начинается моё время.

Приступаю к реализации первого пункта. Всего их три. Поразить, накормить, отлюбить.

Отмокаю в ванной, проверяю на гладкость все стратегически важные места.

Самостоятельно обновляю маникюр и педикюр. Укладываю волосы в легкие кудри, наношу макияж.

Выбираю белье, черный кружевной комплект, плюс чулки и пояс, встаю на каблуки. Прохожусь пару раз, проверяя устойчивость. Из большого напольного зеркала на меня смотрит сексуальная чикуля и не скажешь, что недавно родила.

Правда, на животе и бедрах все еще болтаются пять лишних килограмм, но это ничего, ни всё сразу. И если после моего эффектного появления Рой не изойдет слюной, то...да нет, изойдет, конечно. Он же все еще любит меня? Не только как мать своих детей, но и как женщину. Очень на это надеюсь.

Застегиваю обтягивающее черное платье, зажимаю ключи от снятой квартиры в руке. Оказывается, в нашем подъезде этажом выше сдают квартиру посуточно. Угадайте, кто снял ее на ближайшие сутки? Идеальный вариант остаться наедине с мужем, при этом рядом с сыновьями, чтобы в случае чего быстро примчаться домой. Но я все-таки очень надеюсь, что это не понадобится, и мы с Роем зажжем как раньше.

Поднимаюсь в квартиру, все готово, вкусный обед накрыт на столе, кровать застелена нашим бельем, вино остывает в ведерке со льдом, я даже свечи купила, но зажечь не решилась.

Бегу домой быстренько проверяю своих, сытые мальчики спят, Томочка сидит рядом, читает книжку.

— Ну, всё я ушла, Миша скоро должен прийти! Пожелай мне удачи! — шепчу, заглядывая в комнату.

— Удачи! — Томочка скрещивает пальцы на руках.

Выходя из квартиры, сталкиваюсь с мужем.

— Мира? — недоверчиво спрашивает Рой, рассматривая меня с ног до головы.

— Мира, Мира! Пошли! — хватаю его за руку, тащу в лифт.

Нажимаю пятерку. Рой в шоке и никак не может подобрать отвисшую челюсть.

— Ты такая...шикарная, а куда мы едем? Мальчики с няней?