К-394 (ЛП) - Гарсия Ди - Страница 13

Он изо всех сил замотал головой.

— Тот, где вы проглотите одну из моих хорошеньких маленьких пуль за то, что разыграли моего папочку. Хотите сказать последнее слово?

— По, по, — все, что я сумела разобрать из просьбы мистера Харта, пытавшегося заговорить, несмотря на дуло во рту.

— Прошу прощения? Что-что? — забавлялась я и, достав лезвие из кобуры, двумя быстрыми движениями нарисовала на лице Харта улыбку.

— По, ох.

— Да, я не совсем понимаю. А даже если бы понимала… — я соприкоснулась с ним носами. — Я не жалею отморозков. Спокойной ночи, Харт. Увидимся в аду.

Я нажала на курок, и кровь забрызгала стальную стену за головой Харта. В считанные секунды свет начал затухать в его глазах, принеся мне некое удовлетворение. Однако ни удовольствие от смерти, ни покой не были полным, пока я не вычеркнула из списка имя ЛеРу. У меня возникло предчувствие, что ждать осталось недолго, потому что Гаспар был не из тех, кто надолго остается в тени.

Глава 7

Ксандер

Сидя в шумной приемной медицинского центра Линкольна и теряя рассудок, я выбрал первый вариант. Раньше я был преисполнен решимости тянуть с решением до последней минуты, но когда вопрос встал ребром, просто не смог. При виде Скарзи в той же приемной, что-то щелкнуло у меня в голове и показало, что помимо преследовавших меня тревоги и страха, я страдал еще и паранойей. Не потому, что знал о присутствии Скарзи, скорее терзало беспокойство о том, что сделал бы он, если бы узнал о моем присутствии. Потребовал бы ответа? Отменил бы сделку и оставил мне только вариант С, который можно было даже не рассматривать. Я не мог рисковать, особенно когда речь шла о мамином здоровье, поэтому все обдумал и взвесил, приняв окончательное решение. Не сказать, что оно успокоило мои нервы, поскольку с его принятием я столкнулся с другим испытанием, ― а именно добыть пятьдесят тысяч долларов за один месяц.

― Мистер Ройс, ― вырвал меня из беспокойных размышлений голос, который я смутно помнил.

Быстро повернувшись на звук, я поймал взгляд медсестры, помогавшей мне по прибытию сюда.

― У вашей мамы все отлично, ― тепло улыбнулась она. ― Пока что ее сканирования еще только просматривают, но она уже перевезена в палату. Не знаю, сколько времени она пробудет здесь, но уже готова принять посетителей.

Слышать, что у мамы все хорошо, было облегчением, но я бы не расслабился полностью, не увидев ее собственными глазами. Схватив с соседнего стула свою куртку и, вскочив на ноги, поспешил за медсестрой ― представившейся Джейд ― к лифту и на второй этаж. Во время нашего короткого путешествия по коридорам она вела светскую беседу, и в иное время я бы ответил ей, пока не оставила меня перед палатой мамы, нежно сжав мое плечо.

Глубоко вдохнув, я повернул ручку и проскользнул в тихую комнатку, где чуть не разрыдался при виде мамы. Она сидела в постели и смотрела телевизор, словно в любой другой совершенно обычный день. Мама выглядела самой собой, за исключением разве что темных волос с проседью, растрепанных после поездки в карете скорой помощи и осмотров. Ни трубок, ни катетеров, ни кислородных масок ― она выглядела абсолютно здоровой. Заметив мое появление, мама перевела усталый взгляд карих глаз туда, где я стоял у двери.

― Привет, малыш, ― мягко поприветствовала она, и уголки ее губ приподнялись в улыбке.

«Господи, спасибо…»

Бросившись к койке, я чуть не рухнул на нее, схватив маму в объятия и не скрывая ни капли мучений, испытанных мной после звонка Нэнси.

― Ты перепугала меня, мама, ― признался я, прилагая все свои силы, чтобы не расклеиться. ― Знаю, это не твоя вина, но я так испугался, что…

― Тс-с, я знаю, знаю. Теперь все хорошо, я в порядке. Мы отделались небольшим испугом.

― Я бы не назвал его небольшим.

― Но лишь испугом. Все могло закончиться гораздо хуже. Нам нужно искать плюсы и жить моментом, Ксандер, не зацикливаясь на будущем, над которым мы не властны. ― Отстранившись, мама с утомленным выражением на лице встретила мой взгляд и, как всегда делала, погладила меня по щеке. ― Дыши. Взгляни на меня, все замечательно. Я же сказала тебе, что пока никуда не собираюсь, и не шутила. Тем не менее, Ксандер, однажды настанет время, когда тебе придется отпустить меня. Не говорю, что будет легко. Господь свидетель, отпустить твоего отца было сложнее всего, что я когда-либо делала в жизни, но я верю, что ты сможешь.

― Разве обязательно говорить об этом прямо сейчас? ― Я сглотнул комок, вставший у меня в горле из-за чрезмерных эмоций. ― Знаю, чем все закончится, просто хочу наслаждаться временем, которое нам осталось, не омрачая его тенью смерти. Ты же знаешь, живи моментов и все такое.

― Справедливое замечание, ― усмехнулась мама.

― Я хочу кое-что узнать…

Мама хмыкнула и, потянувшись к стандартному розовому пластиковому больничному кувшину на прикроватном столике, сделала глоток, взглядом пригвоздив меня к месту.

― Что произошло сегодня?

― Ну, Нэнси приехала на обед, как мы и планировали на выходных. Мне жутко захотелось китайской кухни, поэтому мы оформили заказ в той небольшой лавочке в паре кварталов от нас. ― Мама вернула кувшин на его законное место. ― Когда мы, наконец, сели за стол, я уже запыхалась, но списала все на то, что спешила накрыть на стол и дать чаевые курьеру. Но чем больше мы ели, тем тяжелее мне становилось, чего не упустила Нэнси. Думаю, об остальном она уже тебе рассказала.

Я кивнул и, обдумывая мамин рассказ, посмотрел в окно за ее спиной, за которым начало садиться солнце. Меня сбивало с толку и тревожило, что сервировка стола для двух человек и поход до парадной двери дома так повлиял на маму. Я не понимал, как она умудрилась сделать перестановку в кухне и переставить в гостиной коллекции без инцидентов, в то время как простые бытовые дела привели ее прямиком в больницу.

― Рассказала, ― ответил я, наконец. ― Напомни мне сердечно отблагодарить ее, когда она придет сюда.

― Нет, ― понимающе улыбнулась мама. ― Напомни мне отблагодарить ее, когда она придет.

― Договорились, ― фыркнул я себе под нос.

Тук-тук.

Мы с мамой повернулись к двери, ожидая увидеть упомянутую женщину, но вместо нее в палату вошла крошечная брюнетка с широкой улыбкой.

― Миссис Ройс, меня зовут Джейд, и до конца дня я буду вашей медсестрой, ― прощебетала она, в то же время написав свое имя на маркерной доске вместе с датой, номером палаты, фамилией врача и несколькими прочими деталями.

Повернувшись к нам, она закрыла маркер колпачком и, положив его на место, сразу же посмотрела на меня глазами цвета виски. Джейд еще мгновение удерживала мой взгляд, после чего невозмутимо и заинтересованно оценила меня ниже. Вероятно, медсестра действовала преднамеренно, но все же едва заметно покраснела, пока пробиралась к монитору прямо возле маминой кровати и садилась на табурет. Я не оставил без внимания, как с каждым шагом она покачивала бедрами. Язык тела говорил громче всяких слов и передал ее сообщение четко и ясно.

Я с радостью и сам оценил Джейд, отслеживая изгибы и округлости ее тела. Даже светло-синяя медицинская форма не скрывала, что она была хороша. Очень хороша. Непринужденная естественность, и ее красоту не скрывала ни косметика, ни что-либо еще. Также Джейд относилась к моему типу женщин ― светлокожая голубоглазая брюнетка, притом соблазнительная. Должно быть, я разглядывал ее слишком откровенно, потому что мамин прославленный стальной щипок застала меня врасплох, вынудив посмотреть на нее.

Я отдернул руку, избегая еще одного возможного щипка, и преувеличенно ойкнул.

― Манеры, Ксандер, ― прошептала мама, скрестив руки на груди.

― В чем дело, миссис Ройс? ― спросила Джейд, замерев возле клавиатуры для ввода данных.

― О, ни в чем, просто напомнила своему сыну о ценном уроке.

Улыбнувшись, Джейд покачала головой и, мельком глянув на меня, пододвинулась ближе на своем табурете.