Наследник для дикаря (СИ) - Шарм Кира - Страница 55

Глава 28

Утром я просыпаюсь от какого-то шума.

Едва протираю глаза.

Рассвет едва-едва начался.

Что может происходить в такую рань?

Я одна в постели. Марата нет и даже простыни с его стороны уже холодные.

Явно что-то случилось!

Быстро набрасываю на себя халат.

Подхожу к окну и тут же отшатываюсь.

Весь двор полон машин. Люди Марата стоят с оружием наготове. Их здесь целая армия!

Из огромного внедорожника выходит… Хирург!

Его рука болтается на перевязи. Вот, значит, результат той встречи с ним, после которого Марат вернулся раненым! Но зачем он приехал? Что делает в его доме, здесь? Мне казалось, что дом Марата самая неприступная крепость!

А сам Дикарь стоит у входа. Окидывает Хирурга мрачным угрожающим взглядом. Но…

Почему-то молча разворачивается. Входит в дом, оставляя дверь за собой открытой!

Он что? Приглашает своего заклятого врага? Позволяет ему войти?

Осторожно крадусь к коридору. Оставляю дверь в спальню приоткрытой на случай, если придется скрыться.

Марат с Хирургом входит в гостиную.

Долго молча стоят, испепеляя один другого взглядами.

– Зачем приехал?

Наконец разрывает тишину Марат.

– Поговорить, – кривится Хирург.

Ему явно и самому не по нраву быть здесь.

– Надо же. И как только решился? Ты же понимаешь, что можешь не выйти из моих дверей. Заодно и людей своих всех привел. Как удобно. Положить вас здесь всех скопом. Братскую могилу устроить. Ты что, Хирург? Вот так решил город мне отдать? Мог бы просто уехать. Максимум, записку бы мне оставил. Прощальную. Зачем совершать коллективное самоубийство?

– Я знаю тебя, Дикарь. Ты чтишь традиции, хоть о тебе и говорят, что ты беспредельщик. Ты не причинишь вреда даже самому заклятому врагу, если он приедет в твой дом.

– Это сомнительное заявление, – Марат засовывает руки в карманы брюк.

Смотрит на Хирурга свысока. Уверенно. И угрожающе.

– Но я тебе не враг. Это просто борьба за власть. У тебя ведь есть и настоящие враги, верно? Смертельные?

– Ты порассуждать об этом приехал? Не трать мое время. Оно дорого стоит.

– Я приехал с предложением, Дикарь. Мы рвем один другого. Погибают наши люди. Рвем город на части.

– Так сдайся. Признай свое поражение. Кто мешает?

Марат ухмыляется.

Явно чувствует себя хозяином положения.

Уверенный. Сильный.

Не могу не любоваться им даже в такой момент!

– Ты сам понимаешь.

Хирург недобро усмехается.

Черт.

Я нервничаю так, что стучат зубы.

Да, возможно и есть традиция не трогать того, кто пришел на переговоры в твой дом. Но кто сказал, что Хирург станет придерживаться ее? А вдруг у него есть какой-то коварный план?

– Я свое не отдам. Но гибнут люди. Мы оба несем потери, Дикарь. Серьезные потери. Я предлагаю это прекратить. Давай сядем за стол переговоров. Поделим город. Но у меня есть одно условие. Алмаз. Ты отдашь ее мне.

Замираю. Сжимаюсь в комок.

Хирург вдруг поднимает свои блеклые, будто выцветшие глаза и смотрит прямо на меня. Как ножом резкой вспышкой полоснул этим взглядом!

Я сбегаю. Просто несусь в комнату, захлопывая за собой дверь.

Черт!

Кто сказал, что Марат не пойдет на эти условия?

Его люди гибнут. Он в постоянной опасности! Стою ли я для него так много, чтобы рисковать жизнью и своими людьми?

Ответ прост. Он на поверхности.

И… Этот ответ « нет»!

Мечусь по комнате.

Судорожно хватаю и снова бросаю свои вещи, одежду. Руки трясутся так, что даже белье не могу надеть!

Хотя… Разве я смогу сбежать? Особенно в такой момент!

Я ведь уже столько раз сбегала от Марата! Но ведь он каждый раз меня и находил!

Придумать. Надо срочно что-то придумать!

Хватаю телефон, дрожащими пальцами ищу номер Федора…

– Алмаз.

Вздрагиваю, когда мои плечи слишком крепко сдавливают руки Дикаря.

Я не заметила, не услышала, как он вошел. Этот мощный огромный мужчина умеет передвигаться совсем бесшумно.

Но сейчас в нем совсем нет той нежности, которая появилась в последнее время между нами.

Марат с силой сжимает мои плечи. Его голос звучит жестко. Буквально вдавливает меня спиной в свою стальную грудь.

И сердце начинает колотиться часто-часто.

Десятым чувством я понимаю, что сейчас со мной в комнате не Марат. А Дикарь. Тот самый. Опасный и безжалостный. Тот, который не раздумывая, по щелчку пальцем, может решить чужую судьбу. Сломать. Вывернуть наизнанку.

– Собирайся. У нас мало времени.

Жестко бросает и еще крепче сжимает мои плечи.

– Возьми всю свою одежду.

Марат выходит из комнату. А я дрожу всем телом.

Снова дергаюсь к окну.

Без шансов. Без вариантов.

Машины Хирурга уезжают. Люди Марата оцепили весь двор.

Мне не сбежать! Не выбраться! Я в самой настоящей ловушке! В клетке!

Трясущимися руками собираю вещи. Просто бросаю их в сумку.

Марат возвращается довольно быстро. Окидывает меня жестким, ледяным взглядом.

– Пошли, – приказывает и тут же разворачивается к двери.

Не ждет меня, просто идет вперед.

Приходится нагонять.

Мы молча выходим из дома.

Марат усаживается в машину на переднее сидение. Я почти падаю рядом с ним.

Пристально смотрю на его хмурое лицо. Как будто он о чем-то раздумывает.

Но, разве он уже не принял своего решения?

Машина срывается с места.

А я будто онемела. И сказать ничего не могу!

Сквозь слезы, закрывшие глаза, вижу размытые очертания за окном.

Мы едем долго. Очень долго. Или мне просто кажется? Совсем не могу сейчас верно воспринимать время! Мне кажется, оно просто растянулось в какую-то вязкую жижу!

– Марат, – наконец решаюсь.

– Ты… Отдаешь меня ему?

Он даже не поворачивается. Только матерится сквозь зубы на своем языке. Еще крепче сжимает руль своими огромными руками, и это выдает сейчас, как сильно он напряжен.

– Выходи.

Даже не замечаю, что дорога закончилась.

Мы… В каком-то лесу? Здесь совсем нет дороги!

Вокруг все утопает в сугробах.

Он что?

Решил меня убить? И закопать здесь? Чтобы я не досталась никому?

– Быстрее, Алмаз. Время.

Марат размашисто шагает вперед. И даже сугробы ему не мешают.

А я семеню следом. Пытаюсь попасть в его следы, чтобы не утонуть в этом снегу.

Мы добираемся до какой-то странной избушки. Прямо домик Бабы-Яги из сказки.

Марат рывком открывает заскрипевшие двери.

Молча пропускает меня вперед.

Начинает растапливать камин, по-прежнему так на меня и не глядя.

– Где мы? Марат! Пожалуйста! Скажи мне хоть что-то! Я же сейчас просто умру! Что ты собираешься со мной делать?

– Скоро здесь будет женщина. Она займется хозяйством.

Бросает Марат, снова и не глядя в мою сторону. И уже направляется к выходу…

– Нет! Подожди!

Я бросаюсь к нему. Становлюсь между ним и дверью. Впиваюсь руками в рубашку на его груди.

– Марат. Я слышала ваш разговор! Слышала, что он тебе предложил! Я должна знать! Что ты со мной сделаешь?

– Ты солгала мне, Лиля, – его лицо так и остается каменным.

– А я говорил. Я не прощаю лжи. Правда. Правда, твою мать! Какая угодно! Но теперь ты мне ее скажешь. Эту самую чертову правду. Ты. Пришла ко мне только потому, что боялась Хирурга? Ради защиты?

В его глазах пляшут молнии. Настоящая буря. Ураган. Лед и пламя.

Он в ярости. В такой, какой я еще у него не видела!

Хоть его лицо и остается непроницаемым. Все высказывают его глаза!

– Да, Марат, – отвечаю тихо. Опускаю голову.

– Это правда. Хирург торговался за меня там, на аукционе. Когда я вернулась от тебя домой, пришел Эрнест. Сказал, что Хирург не намерен отступать. Что заберет меня! Что мне оставалось делать? Ты единственный, кто мог меня защитить!

– Ясно.

Марат хмуро кивает.

Смотрит на меня, как… Как на какое-то насекомое!