Академия Дивинат, или Принцесса для Темного (СИ) - Вин Милена - Страница 6

Несколько секунд она тупо сверлила меня ошалелым взглядом, ненароком касаясь ладошками моих рук. А после засмеялась — звонко и беззаботно.

Со спины словно валун снесли — стало легче дышать.

— Даже мой отец? — она игриво улыбнулась, уже увереннее скользя ладонями вдоль рук.

Я мгновенно напрягся, немало удивившись такой резкой перемене настроения. Кожу пронзили мурашки, когда ее пальцы очертили мои ключицы.

Безрассудная девчонка.

— С ним будет сложнее. Но нет ничего невозможного.

Я старался говорить ровно и спокойно, но голос становился хриплее и ниже с каждым словом. Она это заметила. Черт возьми, и правда заметила. В этих очаровательных глазах появился странный блеск. Я еще не видел у нее такого. Слегка хищный, довольный, лукавый.

— Вы готовы ради меня пойти на такую жертву, магистр? — сказала она шепотом, подавшись вперед.

Беспощадно сократила между нами расстояние. Сколько же в ней скрыто коварства — удивительно. У нее было несколько преимуществ, но не о всех она догадывалась. Ее исключительная внешность и потрясающая энергия в их числе.

Но, возможно, она знала о главном: о том, что я попал в ее ловушку. Потому вела себя со мной, как кошка с мышкой.

Но вечно оставаться мышью я не собирался.

— При одном условии, — ответил с улыбкой. Не знаю, что именно ее напрягло — улыбка или мои слова, — но ее тело отреагировало моментально. Вытянулось как струнка.

— При каком?

Такой она мне нравилась больше. Хрупкой, уязвимой. Быть может, поэтому я и не стал сразу расколдовывать ее, хотя мог. У чар не было времени действия. Если бы захотел, превратил бы в человека еще после первой просьбы.

Но в том-то и дело. Я не захотел. Проявил слабость, поддавшись желанию подольше понаблюдать за ее хрупкостью и чувствительностью.

— Я нетерпелива, магистр, — она понизила голос до еле слышного шепота. — Чего вы хотите?

Твою же нежить.

Нетерпелива. Хотите.

Эти слова заставили кровь вскипеть.

Хочу.

С превеликим удовольствием я бы сказал, что хочу ее. Прямо здесь и сейчас. Всегда, когда вижу ее. До дрожи. До невыносимости.

И плевать на глаза, смотрящие на нас из пробирок. Плевать на кусок умертвия на столе позади нее.

Она снова что-то сказала, но я не слушал. Просто смотрел на нее и думал, что безумно хочу завалить адептку на стол и хорошенько…

Проклятье.

Не припомню ни одного раза, когда меня так сильно тянуло к женщине. Будь моя воля… Но ее не было. Ее придавил здравый смысл.

— Мне больно, — услышал я наконец и с ужасом уловил, как на ее глаза навернулись слезы.

Да будь я проклят! Чертово искушение было таким сильным, что я перестал контролировать силу и буквально впился пальцами в ее кожу на талии.

Отшатнулся — резко и на приличное расстояние. И почувствовал себя так, будто меня ударили. Но не она. А кто-то куда сильнее. К примеру, я сам.

— Я сопровожу вас на свадьбу, но взамен вы не пропустите ни единого занятия и сдадите все экзамены. Что касается моего предмета… Можете умереть, воскреснуть и снова умереть, но вы должны сдать его на «отлично».

Натянул на себя строгий вид, а она, к большому удивлению, выдохнула. И почудилось, что с облегчением.

8. Небольшая плата. Диана

Исключение прогулов из моего учебного плана казалось небольшой платой. Взамен меня ждало нечто более ценное.

Бекфорд сопроводит меня на свадьбу моей недальновидной сестры. О большем я пока не могла и помыслить. Впрочем, я в любом случае заявилась бы на мероприятие, сопровождал бы меня кто-нибудь или нет — неважно. Но с Деймоном вероятность, что меня выгонят в первую же секунду, исчерпалась. Никто не посмеет выставить пару принца Эрисфейла за дверь и тем самым опозорить его. Меня опозорить могут запросто, но если бы я была одна. С ним я буду как за каменной стеной. Идеально.

Уже предвкушаю, как вытянутся в удивлении лица маменьки и сестрички, как только они завидят меня под руку с Бекфордом. О, он в триллион раз лучше партии моей сестры, и о таком муже можно только грезить.

Я и грезила раньше, когда была обручена за герцогом Ролландом Дерионом Лирром. Он старше меня на тридцать лет, обручили нас сразу после того, как мне исполнилось четырнадцать. Хуже мужа и представить сложно. Но я готова была выйти за него во благо королевства. И вышла бы, если бы…

Если бы по прихоти брата я не лишилась красивого личика. Ничто так не ценилось в королевстве Дерил-де-Лой, как безупречная красота. По крайней мере, в тех местах, которые не скрыты одеждой.

За любой изъян на видном месте из двора выпирали. И это ни капельки не шутка, а суровая реальность, которой упиваются аристократы-чернокнижники.

Брат разукрасил кинжалом мое лицо, и что-то удалось вылечить лекарям, но что-то и осталось. Радужка левого глаза почернела, будто вобрала в себя всю ту тьму, с какой меня покалечил Теодор. Осталось два шрама, уродливо рассекающих бровь и глаз.

Я стала посмешищем. Меня перестали замечать, забыли, кто я и кем была. Ни о какой свадьбе теперь не могло идти и речи. От меня чудом не избавлялись шесть лет. Но я все же иссушила чашу терпения отца, и он сослал свою старшую дочь-урода в академию Дивинат. Подальше от королевства, туда, где из меня должны были выбить дурь.

Никто не навестил меня за это время, никто не написал и маленького письма. О грядущем событии и то узнала через Бекфорда.

Похоже, Далина заняла мое место. Теперь она будущая жена герцога. И не скажу, что я расстроилась из-за потери жениха…

Пф-ф, нет, конечно! Меня бы стошнило в первую нашу брачную ночь от вида его дохлого, старого голого тела. Он самым настоящим образом напоминал нежить. Пусть его обществом упивается сестра.

Куда больше меня расстраивало, что этой дуре достанется все, что должно было достаться мне. Слава, внимание, сила… Власть.

Моя власть, к которой я готовилась с рождения. Пока сестрица и брат играли в куклы и капризничали, я училась. Пока их баловали и водили, куда они пожелают, я из кожи вон лезла на занятиях с королевскими учителями. Меня готовили к престолу, который увели из-под моего носа буквально за один вечер. За два шрама и черный глаз.

Я их всех ненавидела за то, что они со мной сотворили. Всю свою меркантильную и фанатичную семейку. Они совершили ошибку, вычеркнув меня из семейного древа. И я ни за что не прощу им этой оплошности.

— Поразительно, — выдернул из гнусных мыслей язвительный голосок деканши. — Я что, сплю? Только во сне в мой класс могла заявиться сама Ла Ноэр.

Боги, на ее яд мне было начхать. За четыре дня я так умаялась, что с утра до вечера думала о том, как бы поскорее оказаться в постели и чуток поспать.

Да, к условию ректора я отнеслась со всей серьезностью. Стойко выдержала четыре дня без прогулов. И каждый преподаватель дивился, как и мадам Тельтрейн, когда я показывалась среди студентов.

Мне было сложно. Очень сложно. Я не усвоила материал, который они проходили с сентября, потому большую часть занятия тупо моргала и пыталась списать у соседки по парте. Я, конечно, не из глупых и кое-что смыслила, но на вопросы преподавателей в большинстве случаев ответить не могла. Их недовольно поджатые губы и неодобрительное покачивание головой начали сниться мне в кошмарах.

Но стоит признать, никто еще не отважился настучать на меня ректору. А за что, собственно? На занятия-то я прихожу. Успеваемость — отдельный разговор. И наживное дело.

— Сегодня пойдет дождь из нежити, — так и не дождавшись ответа, продолжила пускать яд деканша и сложила руки на пышной груди. — Или вы просто ошиблись дверью?

— Извините за опоздание. — Пропустила мимо ушей ее пафосное поведение. И постаралась не обращать внимания на любопытные взгляды адептов и их перешептывания. — Я была в библиотеке, искала учебник.

В доказательство приподняла руку, в которой держала книгу по наведению порчи. Вот уж в самом деле подходящий для такой язвы предмет — мадам Тельтрейн вела сглаз и порчу. Поэтому в некотором роде ее стоило опасаться. Она ж меня взглядом удавит, если только узнает, сколько времени я провожу с ее любовью всей жизни.