Похищенная (СИ) - Шарм Кира - Страница 4

Боже…

Я таки выгибаюсь.

Мое тело подбрасывает над кроватью, как ударом.

Заставляя сжаться еще сильнее.

Внизу живота полыхает самый настоящий ураган, полное безумие!

– Нет! – кричу, впиваясь в его лицо ногтями. Отчаянно.

Нет, потому что я просто сгорю. Пропаду. А он… Ему того только и надо!

Ты что? Всерьез?

Рычит, а у меня спазмы внизу живота от звука его хриплого бархатного рычания. Чееееееерт!

– Перестань играть, Алиса. Это уже не смешно.

Не смешно ему. Надо же! Мне вот давно уже не смешно! С самого начала! Причем, - очень! Очень не смешно!

– А ты думал как? – задыхаюсь от его жара.

Все еще чувствую как его губы вгрызаются в меня.

Неласково.

Не нежно.

Совсем не так, как я мечтала о своем первом разе!

И близко не так!

Тем более, с незнакомцем, которого я даже и не знаю!

Но…

Черт! Даже от одних воспоминаний о его губах меня взрывает, разметывая на тысячи частей!

– Ты сама со мной пошла.

Обхватывает мой подбородок стальной хваткой. Резко дергает на себя.

Заставляет смотреть в расплавляющие меня насквозь глаза. Не отрываясь.

Пронизывает ужасом и мелкой дрожью.

– Сама всего хотела, - шепчет так хрипло, что все мои нервные окончания снова сходят с ума от одного звука.

– Хочешь сказать… Ты не насиловал меня?

Мой голос дрожит вопреки всему здравому смыслу.

Конечно, насиловал.

Ну, в крайнем случае, воспользовался бесчувственным состоянием, до которого сам же и довел! Кстати, еще надо выяснить, каким образом!

– Значит, нет?

Его губы слишком близко к моим. Слишком.

Чертов незнакомец заставляет окончательно терять волю! Погружает в безумный, безудержный дурман!

– Конечно, нет!

Выпаливаю слишком громко.

И даже не потому, что боюсь…

А от того, что он со мной делает своей близостью.

– Если я насильник, то почему на тебе до сих пор одежда?

Рычит уже со злобой. С неконтролируемой яростью, что прорывается в каждом его опаляющем меня с ног до головы вдохе.

– Если я хотел воспользоваться тобой бесчувственной, то почему тогда не сделал этого? М?

Откуда мне знать?

Опускаю руки вдоль тела.

С удивлением ощупываю платье. Нежный, почти невесомый шелк приятно холодит ладони.

Глава 4

Я в том же вечернем платье, которое выбирала, кажется, в прошлой жизни.

На мне даже сохранились чулки, и…

И даже нижнее белье!

Кружевные трусики от известного модельера, которые он создал специально для меня в единственном экземпляре!

И которые теперь прямо врезаются в мое естество, пропитанные насквозь влагой.

Режут стеночки, вбитым кружевом вгрызаясь прямо внутрь.

– Почему тогда одежда на мне порвана?

Еле слышно выдыхаю, ощупывая остатки роскоши.

Лиф разодран практически в клочья.

Да и от распорки до бедра на платье мало, что осталось.

Нитки швов трещали явно не по-детски!

Уж если я не ощущала на себе одежды ровно с того момента, как очнулась и очень условно, но все-таки придя в себя, то что говорить о нитках?

Они не выдержали такого бешеного напора!

Интересно почему?

От того, что мы беседовали о вечном? С этим орангутангом?

– Может, потому, что ты льнула ко мне, как дикая кошка, мммм?

Нет. Сейчас нет в его глазах той насмешки, которая так возмущала меня, а теперь кажется даже милой.

Учитывая, какое бешенство ревет сейчас в каждой его слове. Бликами и пламенем в глазах отражается. Бьет наотмашь.

– Так, что даже я. При все своей врожденной скромности забыл о приличиях?

Ага.

Скромность.

Ты разве что в книжках читал такое слово.

– Сама чуть не разодрала на мне всю одежду, - продолжает с хриплым рычанием, нависая надо мной.

Его руки по обеим сторонам от моей головы пульсируют такой же яростью. Она чувствуется по безумному жару. По пульсации вен, которую я ощущаю даже так… На расстоянии…

– Но ты меня выкрал, - беспомощно выдыхаю, обмякая полностью на постели.

Такой накал сложно выдержать. Просто запредельно!

– Зачем?

Правда? Не воспользовался?

Почему я этому не верю?

Неужели действительно ничего не было?

– Чтобы полностью завладеть тобой крошка, - рычит, снова склоняясь к моим губам.

И, черт побери.

Это так будоражит.

Так сводит с ума…

Что я сама распахиваю губы, отдаваясь на его милость.

И что поделать, если они сами по себе дрожат в предвкушении того, как он жадно обрушится на них своим безумным ртом?

И все тело просто потряхивает от этого предвкушения?

Ладно.

Раз уж я попала в лапы такого зверского насильника, придется смириться….

– Тебе принесут поесть.

Он вдруг отстраняется, приподнимаясь на своих огромных руках.

А меня уже будто обдает холодом. Ледяным.

– А ты подумай. Может, что-то и вспомнишь.

Его тело отпускает меня окончательно.

Я валюсь с непроизвольным вздохом с хрипотцой, на мягкую кровать.

Дверь с грохотом хлопает, а мне остается только любоваться накачанными ягодицами. Что удаляются .

И правда не изнасиловал?

Я до сих пор не могу поверить!

Особенно после того, как я видела, как топорщился его вздыбленный член при выходе за дверь!

Ох, черт!

Если он ощущал хотя бы десятую часть того же, что и я, он обязательно вернется! И тогда мне точно спасения не будет!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 5.

Ал.

Выхожу, громыхая дверью так, что кажется, сейчас разлетится в щепки.

Ей поесть и прийти в себя?

Ой, ни хера!

Это кажется, мне самому, нужно под ледяную воду уйти.

Где-то примерно на месяц!

Так, чтоб остудило на полную мощность!

Чтоб все инстинкты выветрились, или наоборот, на нужное направились!

Что это вообще за хрень?

Девчонка – никто.

Просто разменная монета.

Я ее не то, что хотеть не должен.

Мысли все о ней только отвращение должны вызывать!

По большому счету – ну кто она мне?

Тупо дочь Грека. Врага, которого сам-то и в глаза никогда не видел.

Это вообще не моя тема.

Ни хера не моя.

Я иначе привык.

Сила.

Только истинная сила, иногда тупая, иногда - продуманная. И ни хера больше.

Сестру мою похитили, и я таки озверел. По-настоящему.

Не понимал, почему брат ни хрена не делает. Почему молчит. Чего выжидает.

Я так ни хрена не привык. Не умею.

Если на тебя кто-то двинулся – только силой решать надо.

Рот если раскрыл – значит, в обратку глотку свинцом и заливаешь.

Варианты?

Нихрена нет других вариантов.

Игры какие-то чертовы. В дипломатию.

Какая, на хрен, дипломатия, если сестру нашу похитили?

И шантажируют Влада. Требуют, чтобы тех, с кем вырос вместе и всю жизнь рядом стоял, предал?

Война.

Война, убеждает он меня, будет.

Какая на хрен война, если тебе хвост прищемить пытаются?

Пиздец.

Тут вообще вопросов быть не может. Ни о чем.

Если хоть одна шавка завизжать пытается, ее тут же пристрелить надо.

Без разговоров.

Он ведь знал.

Прекрасно понимал, что Грек в этом завязан.

Вопросов нет. Не сам все придумал. Может, и не сам на место некоронованного короля столицы метил и даже не своими руками нашу Регину похищал.

Я бы удивился.

Знаю я Грека.

Понты, но такой силы, чтобы против уклада выступить, у него нет. Ни разу.

Но завязан. Заляпан. Замешан.

А , значит, из-под такой суки надо жилы рвать. Пока не расколется, кто за всем на самом деле стоит.

Влад мягкий слишком.

Я?

Я бы начал просто.

Выстроил бы всех в шеренгу и яйца бы отстреливал.

Пока не признаются.

Почему нет?

Или ты на самом деле сила и ни хрена никакой войны не боишься, или , блядь, выходи на пенсию. Какие могут здесь быть варианты?