Скиталец. Часть 2 (СИ) - Байкалов Алексей - Страница 45

— А зачем же тогда та создаешь миры?

— Чтобы вы жили. — ответ прозвучал слишком обычно. — Зачем вы всегда спрашиваете о смысле вашего создания? Я дал вам целый мир, возможность и правила жизни в нем. А вот наполнить свою жизнь смыслом вы должны сами. Ты, к слову, с этим не справился.

— Что? — от возмущения я даже дар речи потерял. — Я ловил тех, кто пытался развалить мир созданный тобой!

— И что в этом такого? — он достал небольшой буклет и раскрыл его. Взял со стола листок, который до этого зачитывал мне, вложил его в буклет. Тот с легким свечением вклеился в буклет, но его толщина совершенно не изменилась, так и оставаясь трехстраничной. — У меня все записано, так что не стоит мне врать, молодой человек. — Создатель поправил очки. — Ты чувствовал себя чужим в этом мире, и ненавидел его. Да, ты ловил темнокнижников, но при чем тут порядок? Ты вообще читал святое писание? "И дал он человеку свободу воли." Все что вы делали, это ваш выбор. Жить в утопии, или сжечь мир в ядерной войне. Это ваше право, я никогда не остановлю вас, иначе ваше право на свободу выбора будет нарушено.

— Но как же…? — я был шокирован его словами. — Ты просто бросаешь нас, оставляя миры на растерзание инфернальных сущностей? Да мы несколько раз останавливали прорывы этих тварей! Сколько раз мы были на краю гибели, хотя ты мог все остановить это буквально одним щелчком! — я начинал кричать от злости.

— Вы для этого уничтожали целые народы. — мой крик совершенно не повлиял на поведение Создателя. Естественно, я для него существую всего миг, я бы тоде никак не реагировал на слова того, кто успевает родиться и умереть раньше, чем я проголодаюсь. — Вот почему ты считаешь, что ваш выбор лучше, чем выбор тех же степных шаманов? Вы уничтожили целую народность только потому, что испугались их.

— Они могли уничтожить весь мир, гуркхи…

— Гуркхам все равно на ваш мир. — не дал мне договорить Создатель. — Я их создал, и я тебе могу сказать, гуркхи это не завоеватели. Они торгаши и плуты. Вы же совершили тот поступок из страха перед неизвестным, вы не понимали происходящее и решили их уничтожить. Ты призвал гуркха, он сожрал твои органы, но ничего не сделал твоему миру. Так что угрозы миру не было, зато угрозой были вы.

— Но это все равно не правильно! — не мог я согласиться. — Кто-то должен наставлять людей на путь истинный.

— И кто может судить о добре и зле? — Создатель поднял бровь. — Кому судить о правильности и истине? Сможешь взять это на себя?

— А что если смогу? — с вызовом ответил я.

— Предлагаешь мне пари? — улыбнулся Создатель. — Хорошо, сделаем так. Я отправлю тебя в один мир из которого перестали возвращаться на очищение души. Ты сможешь судить этот мир, но для вынесения приговора тебе необходимо собрать колоссальное количество энергии, а после выпустить ее своей смертью. После этого мы с тобой обсудим, к чему ты привел этот мир. Если ты не согласишься со мной, то я отправлю тебя в следующий мир. Если же ты сможешь мне доказать, что я был не прав, то я создам новый мир, где буду следить и направлять людей, создавая им идеальные условия жизни.

— Согласен. — я протянул руку Создателю для рукопожатия. Создатель ответил мне, его рукопожатие было крепким и уверенным.

— В первые дни ты не будешь ничего помнить, твоя душа к такому не готова. Но после какого-то времени ты все вспомнишь. А теперь начали. — он разбил наши руки, и я провалился в пустоту. падая вниз. Меня подхватила белая молния унося в только одному Создателю известном направлении.

Глава 17

Скит резко дернулся, пытаясь остановить падение, но понял что лежит на полу и успокоился, перестав дергаться. Азалия лизнула Скита шершавым языком. Старейшина все также сидел в своем углу и тянул сизый дым из своей трубки. Вот только дым не был тким плотным как в прошлый раз, от которого он потерял сознание. С кряхтением Скит встал на ноги, но заговорить у него не вышло, язык словно прилип к нёбу.

— Молчи. — Старейшина поднял руку, останавливая Скита. — Мой табачок слишком крепкий, от него голова не сразу отходит. Но не переживай, я сам все видел. Ты глупец почитавший себя умнее К'Халика, Создателя миров, и решил заключить с ним пари. Думаешь сможешь выиграть спор с Создателем? Увы, глупец, ты способен только насмешить его. Но знаешь, что говорили в моем детстве? Когда Создатель смеется — смертные плачут. Не сверкай так своими зенками, ты даже с Тюром не справишься, а я тебе и вовсе не по силам. Вот и молодец, что не соришь со стариком. — Старейшина вновь затянулся. — Бери пример со своей спутницы, она внимательно ловит каждое мое слово. Умная девочка, понимает, это не старческое брюзжание. Так вот, я услышал твое имя, хочешь узнать?

Старейшина замолчал, а Скит закивал головой, все еще не в силах проронить ни слова. Даже Азалия подскочила и закивала головой, стараясь убедить древнего воина, что им это очень важно.

— Твое имя довольно сложное, ты за свои жизни собрал много всего в своем имени. Если произносить все, то оно будет длинным и не звучным, но его можно сократить до звучного и лаконичного Се ШандИн. Скит Се Шандин.

После того как Старейшина проговорил Истинное имя Скита, но него словно начала давить вся тяжесть мира. Ноги Скита подломились, и он второй раз за вечер упал на четвереньки, упираясь руками в пол. Скиту было тяжело, казалось еще немного и Скит продавит собой половую доску, и продолжит падать дальше.

— Трудно выдержать тяжесть своего имени? — насмешливо прозвучал голос Старейшины. Сам Скит его не мог видеть, его голову придавливало к полу. — А ведь его ты сам выбрал, начав спор с самым могущественным существом во вселенной. Взвалил на себя право судить миры? Вот теперь сумей выдержать это право!

Слова Старейшины разожгли огонь В груди Се Шандина, и он скрипя зубами начал подниматься, его кости трещали, руки тряслись так, словно он держал на себе весь мир, но Скит отказывался сдаваться и падать. Азалия стояла рядом и смотрела на своего спутника, в ее глазах была видна боль от того, что справиться с тяжестью имени Скит должен сам.

— АААААА! — Се Шандин кричал от боли и злости, но все же он поднимался.

Миллиметр за миллиметром, с каждой секундой, с каждым мигом, но Се Шандин поднимался и показывал, что тяжесть имени для него не является проблемой. Если понадобится, то он покажет, что Создатель ошибается, и Скит ткнет его носом в этот факт. И вот уже он расправляет плечи, но ноги предательски дрожат выдавая Скита, Имя все еще тяжело для него. Но не зря у Скита такая мощная Воля, с помощью которой он мнет лунное серебро как пластилин. Доски пола все же не выдержали и треснули, Се Шандин провалился по колено, но не упал, удерживая всю тяжесть имени давившую на него. Еще миг, и все резко прекратилось. Скит Се Шандин твердо стоял на ногах, широко расправив плечи, и не показывая слабости и не шатаясь.

— Гляди-ка! — удивленно произнес Старейшина. — Выдержал тяжесть взятых на себя обязательств. Может и доживешь до достижения своей цели.

— Откуда тебе это известно? — Скит наконец смог говорить, хоть и с трудом. У него во рту было суше, чем в самой жаркой пустыне.

— Я табачок хороший выращиваю. — усмехнулся Старейшина, выдохнул дым в сторону Скита. Скит отдернулся, но вовремя понял, что ничего не произойдет и упокоился. — Тебе надо идти отдыхать, завтра тебя будут знакомить с Севером. Ты как я гляжу, уже начал свое знакомство с ним.

Скит хотел возразить, что он не устал, но его колени подкосились, и если бы Азалия не подставила свою шею под локоть Се Шандина, то он позорно упа бы на пол. Се Шандин посмотрел в глаза своей спутнице, и она понимающе кивнула головой. Скит с благодарностью склонил голову и упал на спину Азалии. Старейшина потерял интерес к гостям, его взгляд ушел куда-то в глубь в себя. Лазурный барс лапой толкнула дверь и понесла Скита в выделенный им дом.

— Ты получил Истинное имя, но ни слова не сказал своим друзьям?! — разбудил Скита громогласный рев Бьёрна. — Не притворяйся спящим, я вижу твое состояние.