Пробуждение (СИ) - Зубкова Дарья Владимировна - Страница 37

– Мам, прекрати!

– Спасибо, миссис Вильямс. Ваше мнение очень важно для нас обоих.

– Том, а вы начинаете мне нравиться – впервые на моей памяти губы матери дрогнули в слабой улыбке – Вы явно отличаетесь от предыдущих партнеров Оливии.

– Мама, прошу тебя, не начинай.

В этот момент к нам подошел мой отец, который был одет в свой классический, чёрный смокинг. Его пшеничные волосы были уложены в аккуратную причёску, а идеально выбритое лицо озаряла мягкая улыбка.

– Лив, как же я рад тебя увидеть спустя столько времени – отец раскрыл свои объятья, в которые я тут же бросилась, не замечая ничего вокруг.

– Пап! Как же я соскучилась – я прижалась к знакомой с детства фигуре и  стала жадно вдыхать аромат его парфюма.

– Кто виноват, что ты совсем не находишь время проведать нас с матерью.

– Прости меня. Я действительно в последнее время сильно заработалась и была занята – я оторвала свою мертвую хватку от отца и перевела свой взгляд на Тома – Пап, я бы хотела представить тебе своего молодого человека. Это Том Однер и он сопровождает меня на этом вечере.

– Вот как? – отец перевёл свой взгляд на Тома и нахмурился.

– Мистер Вильямс, рад знакомству – под строгим взглядом отца Том сильно смутился и аккуратно протянул ему свою руку – Лив о вас много рассказывала.

– Да? И что же она вам говорила?

– Только все самое лучшее. Вы для неё много значите.

– Само собой. Она моя единственная дочь, ради которой я готов на все.

– Пап, прекрати. Тебе ненужно никому ничего доказывать. Я итак знаю, что ты для меня значишь и что ты главный мужчина моей жизни.

– Ричард, прекрати вбивать Оливии эти мысли. Вот из-за твоего воспитания она и выросла с этими странными понятиями.

– Синди, не стоит начинать этот разговор в присутствии посторонних – отец вновь кинул недовольный взгляд на Тома, а затем, протянув мне руку, спросил – Милая, подаришь старику свой танец?

– Конечно, пап. Как я могу тебе отказать?

Отец взял меня за руку и повёл в сторону от матери и Тома. Как только мы удалились на достаточно дальнее расстояние от наших предыдущих собеседников, папа взял меня за руку и стал вести меня в нежном танце. Прикосновения отца отдавались сильной заботой и теплом, которое согревало меня неимоверной энергией. Я и не думала, что настолько сильно соскучилась по ощущению родительского тепла на себе. Тем временем отец смотрел на меня внимательным взглядом, сканируя каждую мою эмоцию на лице.

– Лив, ты в порядке?

– Конечно. А почему ты спрашиваешь?

– Назови это родительским чутьем, но мне кажется, что ты чем-то озадачена.

– Нет, пап, у меня все в порядке. Просто переживаю, как вы отреагируете на Тома, и как мама будет себя вести с ним.

– Как я мог заметить, у него с твоей матерью проблем не возникло.

– С мамой нет, а вот с тобой – я сделала паузу, боясь обидеть или задеть своими словами отца – Мне показалось, ты не сильно рад моему спутнику.

– Это твоя жизнь, Лив. Я не могу тебе навязывать своё мнение. Если он тебе нравится, то я не вправе что-то говорить тебе.

– Но мне интересно услышать твоё мнение, как единственного из двух родителей, кого я стараюсь слушать.

– То, что у вас с матерью напряжённые отношения, я давно заметил – лицо отца помрачнело, а голос стал отдавать холодом – Но поверь мне, она ведёт себя так ради тебя и твоего блага.

– Я не говорю, что она плохая мать. Но веришь, иногда мне хотелось бы получать от неё хоть малого одобрения и небольшого понимания.

– Она просто боится и переживает за тебя – отец замолчал, и ещё крепче прижал меня к себе – Так же, как и я.

– Что вас так пугает? Почему вы всю жизнь так боитесь за меня и за то, что я останусь одна?

– Мы просто хотим, чтоб ты была счастлива – что-то в словах отца меня насторожило и вызвало ощущение сильно прикрытой лжи.

– Других причин у вас нет?

– Других причин нет – отец максимально близко наклонился к моему уху и тихо прошептал – Но чтобы мы не говорили, следуй своему сердцу. Ты и только ты можешь устроить счастье в своей жизни. Поэтому я приму любой твой выбор.

– Ты о чем сейчас?

– Я о том, что не спеши с выводами. Присмотрись вокруг себя и, может, ты рассмотришь что-то близкое своему сердцу, а не разуму.

– Пап, что за загадки? Ты можешь сказать прямо?

– Твой Том не совсем то, что тебе надо. Хоть он и понравился твоей матери, что сложно не заметить даже невооруженным взглядом, но я все же советовал бы тебе держать с ним некоторую дистанцию.

– Почему?

– Просто поверь мне. Я многое в жизни видел, но я не вижу его рядом с тобой.

– Хорошо, пап. Если ты мне советуешь присмотреться, то я прислушаюсь к тебе.

– Спасибо, родная – отец прекратил наш танец и крепко обнял – И попрошу тебя оставить наш разговор в тайне. Не говори матери о моих словах. Она может воспринять все слишком бурно и не совсем адекватно.

– Можешь мне не объяснять. Ее реакцию я ещё с детства помню.

– Мы оба ее помним – на лице отца мелькнула слабая усмешка – Лив, чтобы не происходило и чтобы не случилось, помни, я люблю тебя, и всегда буду любить.

– Спасибо, пап. Я тоже люблю тебя.

Мы с отцом разжали свои объятия, и я вновь словила на себе его внимательный взгляд. Мне показалось, будто он что-то искал во мне и пытался что-то прочесть в моих глазах.  Я не стала ничего говорить или спрашивать отца о причинах подобного поведения, но я постаралась как можно увереннее смотреть в его серые глаза.  В этот момент к нам вновь подошел Джеймс и как можно мягче произнес:

– Мистер Вильямс, ваш танец с дочерью достоин бурных оваций. Это было довольно эффектно и красочно.

– Благодарю тебя, Джеймс – отец перевёл свой взгляд на Джеймса и слегка улыбнулся – А когда я смогу наблюдать подобный танец у тебя?

– Вы же знаете, я не семейный человек.

– Отчего? Ты уже пятнадцать лет воспитываешь своего племянника и дал парнишке достойное воспитание и достойную жизнь.

– Но это не отменяет того факта, что я не подхожу для образа примерного семьянина.

– Брось. Вот я был бы безмерно рад увидеть тебя в обществе какой-нибудь прекрасной дамы. Ты же умный и видный парень, а пропадаешь в одиночестве.

– Поверьте, я не пропадаю в одиночестве. У меня довольно активная жизнь и большой список близких людей рядом.

– Видимо, ваше с Оливией поколение совсем не стремится к нормальным, семейным ценностям.

– Пап, прекрати. Ты меня смущаешь перед мистером Райтом.

– А я разве не прав? Тебе двадцать семь и ты, так же, как и Джеймс, ходишь без пары и постоянно в делах.

– Мистер Вильямс, могу я попросить один танец с вашей дочерью?

– Оливия, ты как на это смотришь? – отец перевёл свой взгляд на меня, и в его глазах я заметила легкие искры возникшего интереса.

– Я не буду против.

– В таком случае, мисс Вильямс,  прошу вашу нежную руку.

Джеймс протянул мне свою большую и мускулистую ладонь. Я буквально на несколько секунд заколебалась, но поймав легки кивок отца, протянула свою руку в ответ. Джеймс ввёл меня аккуратно, еле касаясь моей руки. Я же испытывала странное волнение внутри себя. Я уже давно переросла свою подростковую влюблённость в Джеймса, но его такая очевидная близость ввела меня в ступор. Джеймс повёл меня в лёгком движении, после чего он максимально тихо произнёс:

– Мисс Вильямс, могу я задать личный вопрос?

– Для начала, давайте перейдём на более лёгкое общение. Я попрошу вас обращаться ко мне просто Лив. У нас с вами не такая и большая разница в возрасте.

– Насколько я могу помнить, нас с вами разделяет восемь лет жизни.

– Поэтому, я не вижу смысла в этом формализме.

– Вы мне сейчас напомнили мою кузину. Она хоть и соблюдает все эти границы и рамки, но старается всегда переходить на более непринуждённое общение.

– Я тоже придерживаюсь подобных ориентиров – я посмотрела в лицо Джеймса и строго произнесла – Так что за вопрос у вас был ко мне?