Агенты Разума (ЛП) - Мармелл Ари - Страница 24

– Босс? – озабоченно поинтересовался один из них. – У вас все в порядке? Мне показалось, что нас кто-то зовет.

– И вам тоже? – спросил Теззерет у двух других.

Оба покачали головами:

– Мы ничего не слышали, босс.

– Неплохо для начала, – Теззерет показал на первого стражника, который снова повернулся к Джейсу. – Можешь теперь одновременно подключить нас обоих?

– Что?

– Ты можешь поговорить сразу и с ним, и со мной?

Джейс нахмурился и сжал кулаки.

– Не уверен…

Теззерет посмотрел на стражника. Тот кивнул.

– Я слышал его, босс.

– Превосходно!

Молодой маг быстро уставал, пускай не телом, но разумом. По ощущению это напоминало попытку жонглировать двумя мячиками в разных направлениях.

Но он едва не упал в обморок, когда Теззерет указал на другого стражника.

– А теперь – с нами тремя.

Джейсу потребовалось примерно полдюжины попыток, чтобы второй стражник услышал его мысленный голос. Его лоб покрылся испариной, горло пересохло, как мумифицированная кость, а взор начал мутиться. Теперь настоящие Теззерет и стражники казались ему такими же расплывчатыми, как и их отражения в гладких стальных стенах.

– Нет! – увидев, что Теззерет показывает на третьего стражника, Джейс покачал головой и тут же пожалел об этом – мир закружился у него перед глазами. – Теззерет, я не могу. У меня…

– Нет, ты не сдашься вот так! – рявкнул изобретатель, багровея лицом. – Я этого не позволю!

– Но… Но я…

– Проклятье, Белерен! Делай это! Сейчас же!

Джейс постарался охватить своим мысленным голосом сразу четырех человек. Голова его раскалывалась, как будто кто-то воткнул ему в череп лом и теперь методично проворачивал его то в одну, то в другую сторону.

– Жалкое зрелище, – произнес Теззерет, вставая с места. При этом, несмотря на тон, он не оставил Джейса лежать на полу, а протянул ему руку, помогая сесть, прислонившись к стене. – Я жду от тебя лучших результатов, Белерен. Я знаю, что ты способен на большее.

Он повернулся к ближайшему стражнику.

– Когда он придет в себя, не выпускайте его отсюда до тех пор, пока он снова не сможет поговорить хотя бы с вами тремя. Я хочу знать – и пусть он тоже это знает – что боль и прошлые неудачи не остановят его и не заставят забыть уже достигнутое.

– Будет сделано, босс.

Изобретатель ушел, оставив стражников наедине с Джейсом, дрожащим не столько от боли, сколько от стыда за свое первое поражение.

***

Вот уже несколько часов Джейс лежал на пышной пуховой перине, положив руки под голову, и таращился в потолок. На протяжении многих дней это было его основным времяпрепровождением, и маг в очередной раз задумался о том, что понятие Теззерета о насыщенной жизни, по-видимому, сильно отличалось от его собственного. Ему оставалось разве что с нетерпением ждать новой тренировки. Они мало подходили под определение «веселья», и Джейс даже всерьез подумывал о том, чтобы бросить их после того, первого раза – вот только они работали! Будь он проклят, если за считанные дни не стал ощущать, как его сознание расширяется. Теперь он с легкостью постигал волшебство, которым до этого ни разу не пользовался, а прошлые магические навыки отточил до бритвенной остроты.

Но занятия проходили от случая к случаю, когда Теззерет находил возможность оторваться от множества других забот во множестве других миров. И Джейс начинал откровенно скучать.

Равницкое подразделение Консорциума было одним из самых благоустроенных во всех мирах – по крайней мере, так утверждал Теззерет. Джейсу доводилось видеть здесь залы с мраморными стенами и богатыми коврами, кухни, где готовилась еда, которая сама по себе могла считаться особым видом волшебства, и библиотеки, способные похвастаться коллекцией любых книг на какую угодно тему.

Личные покои Джейса состояли из нескольких комнат, освещенных самосветными свечами, которые не давали тепла; в гостиной постоянно горел камин, способный греть или охлаждать по желанию постояльца; а механические слуги, пускай они и уступали куклам Эммары в расторопности и ненавязчивости, все же весьма прилежно исполняли все прихоти Джейса.

Первые несколько дней все это казалось ему настоящим раем, и Джейс нежился в роскоши, которой никогда прежде не знал.

Но спустя два месяца, в течение которых он только и делал, что рылся в вышеуказанных библиотеках или бесцельно слонялся по улицам Равники (с чем он прекрасно справлялся и до вступления в Консорциум), Джейс был готов к любым переменам. Однако ни сам Теззерет, ни глава равницкой ячейки, кажется, не собирались поручать ему никаких настоящих дел.

Местный командир, невероятно тучный тип с пальцами, похожими на сардельки, всклокоченными волосами и черной бородой, был настолько приземистым, что при первой встрече у Джейса промелькнула мысль – а не происходит ли он из мифической расы гномов, о которой ходили слухи в других мирах? Его звали Палдор; «звучит почти как «падла», – любил говорить он при любом удобном случае, похлопывая себя по толстому брюху, – ума не приложу, чего от меня ожидали родители, когда наградили таким имечком?» Никто не находил эту шутку смешной, что вовсе не мешало Палдору повторять ее снова и снова.

Он казался вполне дружелюбным малым, охотно помог Джейсу освоиться на новом месте и представил его другим членам ячейки. Но Джейс не раз задумывался о том, насколько же темную сторону личности должен был таить в себе Палдор, чтобы пробиться на столь высокий пост под началом Теззерета. Само собой, обязанности Палдора не позволяли ему долго нянчиться с новичком, и вскоре Джейс снова оказался предоставлен самому себе. При этом он даже не мог самостоятельно с кем-нибудь познакомиться, потому что не знал, кто из членов равницкой ячейки в курсе иномирного происхождения Консорциума, и боялся случайно разболтать секреты Теззерета непосвященным.

Джейс все лежал, разглядывая потолок и предаваясь размышлениям, пока не провалился в то полусонное состояние, которое возникает, если долго валяться в кровати и ничего не делать. Поэтому он далеко не сразу сообразил, что кто-то тарабанит кулаком в его дверь.

Потратив пару мгновений на то, чтобы расправить самые заметные складки на одежде, Джейс распахнул дверь и с удивлением обнаружил, что смотрит в немного кривое зеркало – по крайней мере, так ему показалось поначалу.

– Ты, наверное, Джейс, – предположил незнакомец.

Джейс в ответ красноречиво моргнул.

– А я Каллист. Каллист Рока. Ты уж либо научись не так крепко дрыхнуть, либо заведи себе дверной колокольчик. Лучше всего будет снять его с церковной колокольни.

– Угу, – добавил Джейс.

– Идем, нас вызывают. Нам уже минут пять как нужно быть в кабинете Палдора. Так что если твоя магия не может перенести нас назад во времени или сотворить для нас действительно веское оправдание, предлагаю ускориться.

И Джейс, до сих пор не понимая, что происходит, ускорился.

Хотя маг уже давно изучил в здании все входы и выходы, он позволил своему спутнику идти впереди, чтобы иметь возможность рассмотреть его поближе. Сейчас, когда Джейс был чуть менее сонным и гораздо более внимательным, сходство между ними уже не казалось ему таким сильным. Каллист носил черный кожаный доспех поверх темно-синего поддоспешника; возможно, они походили на одежду Джейса цветом, но никак не назначением. Различные клинки, которыми Каллист был увешан с ног до головы, также намекали на огромную пропасть между навыками двух молодых людей. Тем не менее, они все еще могли сойти за родственников, и Джейс отказывался считать это простым совпадением.

Каллист знал извилистую череду коридоров по крайней мере не хуже, чем Джейс. Он ни разу не замешкался по дороге к кабинету Палдора, который находился на верхнем этаже самого высокого строения. Пока Джейс пытался отдышаться после долгого подъема, он с некоторым раздражением отметил, что Каллист нисколько не запыхался.

Кабинет, куда Каллист вошел первым, небрежно постучав в дверь, был просторным и в основном пустым. В дальнем его конце стоял письменный стол из красного дерева, широкий, но необычайно низкий, как раз под стать Палдору. Вокруг неровным полукругом располагалось несколько стульев. Над столом висели часы с латунными шестеренками и тяжелыми маятниками. Правую стену занимало большое окно, из которого открывался вид на постепенно возрождающуюся Щербатую Пустошь. Левую же…