Ради неё и тебя (СИ) - Витко Ивето - Страница 14

— Как ты нянькой в саду стала? — удивился Карпов.

— После училища по распределению работала на швейной фабрике, пока не сократили, — объяснила Настя и печально улыбнулась. — Я пока училась в швейном училище, ещё курс секретаря там взяла. Швеёй мне работать не нравилось. Когда меня сократили, я попыталась устроиться хоть куда-нибудь на должность секретаря. На собеседования ходила, но везде получала отказ из-за того, что опыта нет, поэтому пошла нянькой в логопедический сад.

— А брат твой где? В деревне с мамой?

— Брат после девятого класса никуда поступать не захотел, в школу не вернулся, а болтался в деревне, пока в армию не забрали. Отслужил он в армии и остался там по контракту. Звонил редко. Всегда говорил, что всё хорошо у него, но за три года ни разу не приехал ни к маме, ни ко мне. Вечная отговорка была: занят. Волнуюсь я за брата. Последний раз он звонил поздравить с Новым годом. С тех пор — тишина. Может случилось что? — Настя повернула голову и доверчиво посмотрела Карпову в глаза.

— Сама ему позвони, — предложил Карпов.

— Звонила много раз. Абонент недоступен.

— Может на сборах. Это же армия, — успокоил Настю Макар. — Позвонит. Обязательно позвонит и приедет.

— Дай Бог, — согласилась Анастасия, снова повернув голову к окну.

— Мать так и живёт в деревне? — продолжил расспросы Карпов.

— Да. В доме сожителя. Выпивать с ним стала, — поморщилась Настя.

— Ты ездишь к ней?

— Раз в год на Рождество. Не могу терпеть её сожителя, потому что он большой любитель алкоголя, — пояснила Макарова.

— Молодец, что уехала из деревни, — похвалил её Карпов.

— Это было правильное решение. Если бы я в Гудках осталась жить, то, может, как мать, от безысходности сошлась бы с каким алкоголиком, начала с ним "квасить," — Настя смотрела на отражение Карпова в окне и чувствовала, что он понимает её, отзывается на услышанное.

Как подтверждение этому Карпов провёл рукой по волосам Анастасии и успокоил её:

— Не кисни, Настёна! Когда разберёмся с Севером, помогу секретарём устроиться. Есть у меня одна идея. Всё у тебя наладится.

— А у тебя? Давай вместе дальше? — с надеждой предложила Анастасия.

— Поздно, — с болью отказался Карпов. — Не смогу я на гражданке жить. Грехов на мне много.

— Тебе жалко тех, кого ты убил? — Настя отвернулась от окна и, не мигая, смотрела в карие глаза Карпова.

Макар нервно сглотнул:

— Когда я в первую "командировку" поехал, утешал себя тем, что сражаюсь против военных. Потом мы взяли одно поселение в Сирии. Там было много трупов женщин и детей. Потом Ливия была, другие места. Войну никогда не забудешь. Как там у "Любэ" про войну: "Дурная тётка, стерва она." Вот я и понял, что замарал себя. Назад дороги нет.

— Правда, что женщин насилуют, когда захватывают город или деревню? — не отводят взгляда от лица Карпова, спросила Настя.

— Секс — самый лёгкий способ снять стресс, а стресса, ты же понимаешь, во время активных боевых действий хоть отбавляй, — ушёл от прямого ответа Карпов.

— Тебе было приятно снимать стресс, причиняя кому-то боль? — с горечью спросила Настя.

— Я не испытываю удовольствия от того, что причиняет боль другому человеку. В бордели ходил, врать не буду, а силой женщину взять считаю подлостью, — ответил Карпов.

— Северин считает иначе, — напомнила ему Анастасия.

— Мы все разные, — спокойно отреагировал на напоминание Карпов.

— Значит ты знал, что он убивает девушек! — возмутилась Настя.

— Не знал, да и сейчас не знаю. Юрка умный, креативный, изворотливый. Я слышал от ребят нехорошие вещи о его способах снять стресс, но это же в зоне боевых действий. Там на такие вещи смотришь, как на неизбежное зло. К тому же начальство Юрку ценит, "шалости" его покрывает, даже когда он в отпуске "шалит." Например, год назад Арбитр из следственного изолятора Севера в два счёта вытащил. Юра тогда в пылу эмоций у нас в городе на дискотеке с человечком задиристым схлестнулся и ножичком ему живот слегка "продырявил."

— Что ж у вас за начальство, если оно даже полиции указывать может?! — Настя смотрела на Карпова, широко раскрыв глаза.

— У начальства очень длинные руки и большие связи. Залупаться с начальством — это плохая идея, потому что в отместку отправят в самое пекло, — назидательно пояснил Макар.

— И сейчас начальство на стороне Севера, — пробормотала Настя.

— Прорвёмся, — упрямо повторил Карпов.

— Северин сказал, что он с отцом живёт, — вспомнила Анастасия. — Это правда?

— Правда. С отцом и двумя младшими сёстрами. Мать Юры уже два года как умерла от рака. Она тяжело болела. Север много денег на лечение матери потратил. В Израиль возил. Любил Юрка мать. Он, пока мама жива была, хоть немного себя берёг, потом совсем безбашенным стал.

Настя помолчала, осмысливая услышанное, затем обняла Карпова за пояс:

— Слушай, Макар, ты же меня спасаешь, а значит грехи простятся.

— Не верю я в прощение грехов, — покачал головой Карпов.

— Поцелуй меня, — попросила Настя.

Макар нервно сглотнул:

— Н-не п-п-проси. Н-не м-могу.

Он развернулся и ушёл из кухни в комнату, а Анастасия ещё долго смотрела в окно, пока Карпов не объявил из коридора, что пора спать.

Спать Настю Макар отправил в спальню на большую кровать. Себе разложил диван в соседней комнате.

— Спокойной ночи, — пожелал он, закрывая дверь спальни.

Настя легла на кровать, не раздеваясь, в пуловере и джинсах. Около получаса она лежала, размышляя о своём положении и прислушиваясь к звукам, доносившимся из соседней комнаты, где Карпов сперва, исходя из звуков, ходил туда-сюда, потом лёг на диван и затих.

Настя нерешительно села на кровати, посидела с минуту, так же нерешительно вышла из спальни, прошла по коридору и замерла на пороге комнаты Макара.

— Тебе чего? — поднял голову с подушки Карпов.

Не говоря ни слова, Анастасия приблизилась к дивану и стянула с себя кашемировый пуловер.

— Настёна, иди спать! — гневно потребовал Карпов.

— Я думала — растерянно прошептала Макарова, — что ты этого хочешь.

— Ошиблась, — проворчал Карпов, отворачиваясь к стене. — Спать иди. Завтра будет тяжёлый день.

Настя, прижимая пуловер к груди, вернулась в спальню. Там она снова надела пуловер и легла на кровать. Перед тем, как уснуть, Анастасия думала о Макаре, войне, о своём брате, об отношениях с матерью. Мысли путались в её голове, но одно Макарова понимала очень чётко: замкнутый, холодный Карпов вызывал в её душе огромную бурю разных чувств, среди которых доминировало безграничное доверие.

Глава 16

Утром Настя проснулась около восьми и, приведя себя в порядок, сразу заглянула на кухню, где нашла Макара, сидящим за столом и грызущим семечки.

— Доброе утро, — Анастасия подсела к столу.

Карпов кивнул и указал на столешницу:

— Печенье нашлось и кофе. Выпей кофе с печеньем. Чайник ещё тёплый. Я кофе десять минут назад пил.

Настя послушно сделала себе кофе и стала пить его вприкуску с печеньем, присев на стул напротив Макара.

— "Тридцать три коровы," — усмехнулась она, указывая на название, которое большими буквами было отпечатано на красочной бумажной упаковке. — К этому печенью нужен не кофе, а стакан парного молока!

— Тридцать три коровы, — повторил Карпов, барабаня рукой по столу. — Природу любишь?

— Природу? — переспросила Настя и пожала плечами. — Смотря какую.

— А какая нравится? — заинтересовался Макар.

— Заграничная, с запахом морской соли, — шутливо заявила Настя и пояснила. — Я на Родос мечтаю съездить.

— Неслабые у тебя мечты, — рассматривая упаковку печенья, констатировал Карпов.

Настя улыбнулась:

— У нас на швейной фабрике одна девочка прошлым летом замуж вышла. Пышных свадебных торжеств она не захотела: просто пригласила самых близких родственников в ресторан. Через день после росписи новоиспечённые супруги поехали в свадебное путешествие в Грецию на остров Родос, а когда вернулась, девочка фотографии на работу приносила и всем показывала. На Родосе такая красота! Мне больше всего запомнилось место, где Средиземное море встречается с Эгейским. Это место называется "Поцелуй двух морей." Красиво. Правда?