Спаси меня - Мэннинг Сарра - Страница 26

– Спасибо, я не буду, – сказал он.

Марго уже держала по бутылке в каждой руке.

– Тогда пиво?

– Нет, – покачал головой Уилл.

– А может, джин-тоник? – улыбнулась Марго. – Бар в гостиной. Ты любишь джин-тоник?

– Нет, – лаконично сказал Уилл и прошел за ней в гостиную. – Я не пью.

Марго открыла небольшой винтажный буфет, в котором красовалась впечатляющая коллекция крепких напитков, и тут же закрыла.

Уилл приготовился к расспросам: «Принимаешь антибиотики?», «А, ты алкоголик? Сколько уже продержался?».

Ему часто приходилось слышать эти бестактные вопросы.

– В таком случае я уверена, что ты не откажешься от чашечки чаю, – сказала Марго, сохранив нейтральное выражение. – Просто черный?

Давно пора было уйти, но он сидел в кресле, пока Марго заваривала чай и придумывала что-то перекусить.

– Я вчера купила булку хлеба на закваске, надо же его съесть. Хочешь роскошный тост с сыром?

Свежевымытая Флора терлась о диван, продолжая бросать на них негодующие косые взгляды. Он уютно устроился в мягком кресле, а наполовину его собака тыкалась мордой в вышитую бархатную подушечку, и на Уилла снизошло умиротворение. На кухне закипал чайник, Марго открывала шкафчики и звенела посудой, в комнату доносился восхитительный аромат тостов с сыром.

Он понимал, что давно пора уходить, и все же оставался на месте.

17

Марго

Чтобы отпраздновать их сердечное согласие и показать Флоре, что мама и папа любят ее одинаково, во вторник во время обеденного перерыва Уилл подошел к офису «Айви и Перл»: они договорились выгулять Флору вместе.

– К Марго пришел мужчина, говорит, что она его ждет, – объявила Одри по внутренней связи, которая использовалась только для чрезвычайных происшествий.

Видимо, Одри решила, что мужчина, спрашивающий Марго, – самое что ни на есть чрезвычайное происшествие.

– Ты с ним встречаешься? – резко развернулся на стуле Жак, чтобы Марго увидела мученическое выражение его лица. – А ты не думала, что надо сначала поставить в известность меня?

– Я с ним не встречаюсь. Это второй… э-э…

Несмотря на воскресную лекцию Джима, Марго не хотелось считать Уилла совладельцем Флоры. Честно говоря, она и себя не считала хозяйкой Флоры. Собака – не вещь, а живое существо со своими мыслями и чувствами, которое захотело быть с ними.

– Можно я скажу, сородитель?

– Чтобы я этого больше не слышал!

Жак закрыл уши руками, и Марго увидела через стекло входящего в вестибюль Уилла.

– Симпатичный, твой типаж, – продолжал Жак.

– У меня нет типажа, – заявила Марго, считавшая себя женщиной широких взглядов.

– Ну да, он же в брюках, а значит, твой типаж, – заявил Жак.

Он только что сдал свою осенне-зимнюю коллекцию, и успех ударил ему в голову.

Объявление Одри заставило всех подхватиться со своих мест, чтобы как следует рассмотреть мужчину Марго. Даже Тэнси – уж от нее-то Марго не ожидала.

Но больше всех обрадовалась тому, что у Марго наконец появился поклонник, согласившийся прийти к ней на работу, конечно же, Флора. Она дремала под столом, пуская ветры и похрапывая, но проснулась от объявления, прогремевшего на весь офис.

Она вскочила с лежака, простучала когтями по деревянному полу и бросилась к Уиллу, смущенно остановившемуся в дверях. Когда Флора прыгнула на своего второго родителя, хотя Марго сто раз говорила ей этого не делать, тот радостно улыбнулся.

– Одри все перепутала, он пришел не к Марго, а к Флоре, – хохотнул Жак и взвыл от боли, когда Марго по дороге к выходу ущипнула его за плечо.

Вместо того чтобы приказать Флоре лечь или, как велел Джим, пойти на нее, заставляя встать на все четыре лапы, Уилл взял ее на руки, позволив обнять себя за плечи и облизать лицо.

Марго, которой Флора не разрешала брать себя на руки, почувствовала укол ревности и хотела потребовать, чтобы Уилл не позволял Флоре так себя вести, но не далее как позавчера Джим сказал, что они должны выступать единым фронтом, и она лишь сказала:

– Привет, я только возьму пальто.

Когда Марго вернулась, почти все сотрудники «Айви и Перл» нашли предлог вертеться вокруг большого стола, чтобы хорошенько рассмотреть Уилла, который дал Флоре команду «сидеть» и показывал, как она дает лапу.

– У меня внутри все сжимается при виде мужчины, которого так любит его собака, – пробормотала, к ужасу Марго, Кора.

Одна надежда, что он не услышал. Уилл действительно не услышал, потому что любезничал с Аминой.

– Да, ей три года, ее нашли на улице в Нисдене, – рассказывал он, как будто Марго давным-давно не рассказала всем желающим о бесславном прошлом Флоры. – Теперь она полностью одомашнилась.

– Мы все так ее любим, – грудным голосом произнесла Амина.

Несмотря на недавнее замужество, она пожирала Уилла оценивающим взглядом, точно пыталась уяснить, поместится ли он у нее квартире в Далстоне. У нее же там муж!

– Ладно, пойдемте, – весело сказала Марго, хотя на самом деле ей хотелось серьезно поговорить с коллегами, особенно с Одри, которая всегда заставляла гостей ждать у стойки.

– Приятное у тебя место работы, – заметил Уилл, когда они вышли на улицу, подальше от чрезмерно любопытных глаз ее коллег, – и удобно, что парк совсем рядом. Она все еще тянет, – добавил он.

– Я уже не верю, что она когда-нибудь перестанет, – грустно сказала Марго. – Я знаю, что надо развернуться и идти в другую сторону, да только обеденный перерыв длится всего час.

– Я не скажу Джиму, – пообещал Уилл.

Он держал в руке коричневый пакет, которого Марго не заметила раньше. Она умирала с голоду и надеялась, что там что-то съестное.

– Я принес секретное оружие.

– Какое секретное оружие? Только не говори, что купил удавку. Джим категорически против, и я считаю, что это жестоко…

– Зато Джим настоятельно советовал длинный поводок, – сказал Уилл, доставая очень-очень длинный красный поводок. – Хочешь испытать его, когда зайдем в парк?

Если верить Джиму, длинный поводок даст Флоре свободу бежать, куда ей хочется, и читать послания на столбах, и в то же время позволит ее контролировать, если она начнет выяснять отношения с другими собаками.

Как только они прошли за ворота, Уилл отстегнул короткий поводок и прикрепил длинный.

Первые несколько секунд Флора продолжала жевать заинтересовавший ее пучок травы. Не собака, а корова какая-то!

– Пока ничего, – сказала Марго.

Она явно поторопилась с выводами. Поняв, что больше не ограничена полутораметровым поводком, Флора пустилась в галоп. Длинный поводок скользил за ней, пока не растянулся на всю десятиметровую длину. Могучий рывок потряс тело Марго.

– Святая Мария! У меня вывих плеча, – взвизгнула она. – Твоя очередь.

Уилл тоже не преуспел. Вместо того чтобы радоваться большей свободе, которую дает длинный поводок, Флора рассвирепела, поняв, что свобода – всего лишь жалкая иллюзия.

Марго никогда раньше не подозревала, какими ехидными тварями могут быть другие собаки. Они приближались к Флоре, а когда та начинала сходить с ума, прыгая на них и обнажая клыки, в то время как Уилл пытался притянуть ее к себе, точно гигантского марлина из морских пучин, они ее дразнили: подбегали ближе и отскакивали, от чего Флора заходилась еще сильнее.

– Они просто играют, – весело кричали владельцы этих негодяев, издевавшихся над Флорой.

– Может, купим ей желтый поводок и желтую попону: предупредить, что она нервная, – сказала Марго растерянному Уиллу.

– Большинство людей не поймут, что означает желтый поводок, – заметил Уилл, которому наконец удалось подтянуть Флору к себе и схватить за шлейку. – И не думаю, что ей идет желтый. Сидеть!

Он произнес команду так властно, что даже Марго захотелось немедленно уронить пятую точку на землю, а по всему телу пробежала дрожь. Приятная дрожь. Уилл сумел взять на себя ответственность в кризисной ситуации, но Марго не хотела испытывать приятную дрожь. Из этого не выйдет ничего хорошего. Надо менять тему.