Острова жизни (СИ) - Гордеева Ольга Владимировна - Страница 49

Кельхандар продолжал свой отчет, прерываемый резкими комментариями Вельга. Лейт, расслабившись, с трудом поддерживала руками отяжелевшую голову. Измотанные погоней и постоянной опасностью, последнюю триаду они шли не останавливаясь. Она слушала Харриаберта, плавая в полусне и видя перед собой только сумрачные, полные нехорошей решимости глаза Ройга, и никак не могла понять произошедшей с ним перемены — будто не он сидел перед ней, а кто-то другой, столь похожий на демона. Она хотела спросить, что пришло ему в голову, но усталость до того овладела ею, что слова не выговаривались. Потом, решила она про себя. Завтра.

— Я хочу отправиться к Колодцу сегодня вечером, — сказал Тэйн, как только Кельхандар замолчал.

— Джерхейн очень ждал тебя, — сказал Даллан медленно. — Ты не хочешь повидаться с ним, прежде чем уходить? Мне кажется, ему есть, что сказать тебе. Например, извиниться.

— В этом нет необходимости, — отрезал Ройг. — Я тороплюсь. Даллан кивнул.

— Что ж, возможно, ты прав.

— Я пойду с вами, — добавил Кельхандар.

Лейт нагнала Ройга почти у дверей его комнаты. Услышав за спиной ее шаги, он терпеливо ждал, пока она подойдет, не сделав ни шага ей навстречу.

— Ты хочешь уничтожить Остров, — сказала она прямо, догадавшись, что именно это читалось в его непривычно похолодевшем взгляде. Так и не дождавшись ответа, она продолжила. — Там же люди… ты же сам был против, когда Джерхейн…

— Там Зар Изран, — сказал он все с тем же холодом в глазах. — Кимр. И еще много чего.

— Тэйн! — Лейт почти кричала. — Неужели и ты тоже?

— И я, — согласился он безжизненно.

— Но ведь Данира откуда-то взялась, — сказала она с отчаянием, — значит, есть такие, как она. Даже среди Следящих, — не зная, как заставить его изменить свое решение, она добавила. — И жители раканов. И молодые ученики — иллары.

— Последних ждет незавидная судьба, — усмехнулся он. — Лучше умереть, чем сойти с ума или превратиться в растение… или в куклу на ниточках.

— Не надо, — повторила она умоляюще. — Это же… несправедливо.

— Пусть, — в его голосе прозвучало отвращение. — Я не вижу другого пути. Остров должен заплатить за все.

— Это гадко, гнусно… — Лейт захотелось встряхнуть его хорошенько, чтобы вывести из состояния бездушной убежденности, но она не была уверена, что он не оттолкнет ее, протяни она руки. — Это… настоящее убийство! Ты… ты же иллар, — схватилась она за последний, важный для него аргумент.

— Пусть, — он повернулся, чтобы уйти. — Теперь мне все равно.

Глава 24

(Риаллар, Джар Илломайн, Тонхайр)

Путь к Колодцу оказался далеко в стороне от изученной части илломайнского лабиринта. Тэйн, считавший себя знатоком Джар Ил, здесь никогда не был. Вереница маленьких и запутанных коридорчиков-лесенок, начинающаяся от Усыпальницы и замаскированная каменными украшениями так, что до сих пор ее никто не обнаружил, уводила резко вверх и закончилась в гигантском зале неописуемой красоты. На противоположном конце чертога обнаружились еще коридоры, из которых Даллан безошибочно выбрал нужный. Ройг пожалел, что никогда здесь не был. Кельхандар тоже восторженно озирался по сторонам, шепча, что лайды никогда сюда не забирались. Тонхайр, сердце Поднебесной империи теллов, лежал нетронутый, словно его жители только что покинули свое обиталище и вот-вот вернутся обратно, оживляя всю эту величественную и мертвую красоту дыханием жизни.

Опять череда темных коридорчиков и тесных лесенок, уводивших вверх… Хэльды послушно вспыхивали и гасли на пути, освещая проход. Вереница чертогов поменьше, но таких же роскошных, украшенных драгоценными камнями и причудливыми орнаментами на полу и потолке… Хэльды, надписи на урде, множество отдельных знаков ши-ала и коротких шайол на стенах, арках, на полу. Тэйн скользил по ним взглядом, и постепенно, само собой и без усилий, приходило понимание их предназначения. Исчезнувший мир теллов становился все более ясным, простым и гармоничным, безумно красивым и… безжалостным. Он догадался, что они давно находятся в обители Кэлленара Темного, средоточия знаний о Кэлленаре, неоднократно всплывавшего в воспоминаниях старого мастера. Шайолы, усиливающие Огонь жизни тех, кто приходил в эти чертоги, охраняющие и защищающие, исцеляющие и убивающие — залы были буквально напичканы древней магией. По сравнению с теллами, современные адепты Кэлленара были даже не учениками — детьми.

Когда путь, наконец, закончился перед узенькой лестницей, уводившей во тьму, Даллан резко остановился.

— Колодец — там. Я не пойду, лестница очень уж длинная, — и он пристально посмотрел на Ройга. — Я думаю, что жрец сказал тебе неправду, утверждая, что Колодец заберет у тебя жизнь. Если что, — он перевел взгляд на хильда, — он тебя вытащит. Ну все, идите. Илбар с вами, мальчики…

Лестница, узкая и неудобная, круто поднималась вверх и под конец уперлась в такую же узкую и высокую арку. В просторном сумрачном зале, лежавшем за ней, не обнаружилось ни одного светильника, потолок и дальние его части терялись во мраке, и лишь неправильный овал с рваными краями светился в самом центре, излучая отталкивающий красный свет. От него веяло активной, злобной агрессией, осязаемой, почти разумной неприязнью, волнами распространявшейся в такт едва заметной пульсации.

Колодец.

Тэйн, сдерживая страх и волнение, медленными шагами подошел к нему. Ровная, гладкая поверхность реагировала почти так же, как кйти — вспышками цвета, игрой бликов, едва ощутимой вибрацией пола и стен. Он обошел вокруг него, надеясь обнаружить что-то кроме бесформенной красной кляксы, но зал, в котором находился Колодец, был самой обычной пещерой, без привычных для теллов украшений и орнаментов. Кельхандар тоже осмотрелся, потом вернулся к выходу и сел на пол, неотрывно следя за Ройгом.

Один за другим Тэйн выложил камни на поверхность Колодца и поспешно отошел назад. Он надеялся, что с Колодцем произойдет то же самое, что и с Кругами, но реакция была совершенно иной — красное свечение уменьшилось, а свод пещеры отозвался слабой, но отчетливой вибрацией. Теперь следовало решиться сделать именно тот шаг, который он столь тщательно обдумывал всю дорогу во время бегства из Зар Алы. Да, мощи Колодца должно хватить, чтобы направить силу разрушения, им накопленную, против ненавистного Острова. Шайола, длинная и труднопроизносимая, была выстроена в его воображении и продумана до мелочей. Принцип воздействия был тот же, что использовался островитянами во время осады Риан Ал Джара, только многократно усиленный и точечно направленный. Ройг не сомневался, что шайола не причинит ему никакого вреда — перед ним был неисчерпаемый источник Огня жизни, главное, чтобы у него хватило умения совладать с ним.

А если он все-таки не справится… Кельхандар до мелочей знает, как именно ему поступить дальше.

Он убрал камни с поверхности Колодца, отложив их в сторону. Итак… Медленно и осторожно, один за другим, он нарисовал над серединой Колодца знаки ши-ала, и когда они обрели видимость, объем и налились бордовым светом, он зачерпнул Огонь жизни прямо из Колодца и связал их прочной невидимой нитью. Шайола ожила, воплотившись в сложный живой узор, ужасающий в своей мощности и смертоносности. Кельхандар ахнул у Ройга за спиной, прошептав «ты сошел с ума…» и попятился в безопасную тьму лестницы. Тэйн выдохнул и взмахнул двумя руками, инициируя воздействие.

…Очнулся он на полу у стены, оглушенный и не соображающий, что произошло. Шайола по-прежнему висела над Колодцем, такая же, как и была, гул и вибрация усилились, багровая поверхность подергивалась алыми вспышками. Отдышавшись, Тэйн поднялся на ноги и повторил жесты. И снова оказался на полу, отброшенный невидимой яростной силой. Подобравшись на четвереньках к краю Колодца, он упрямо повторил жесты, влив в них как можно больше позаимствованного Огня жизни. И снова его ударило невидимым ветром, сбивая с ног и отбрасывая к стене.