История без названия - Свон Таня - Страница 9

Все эти разговоры такие наивные, местами глупые… Но когда я искренне улыбаюсь и вместе с Мари предаюсь мечтам, то вдруг понимаю, что ощущаю себя счастливой.

Глава 5

– Нет. Совсем не подходит.

– Разве? По-моему, хорошо сидит. Мальчику очень идет!

Вижу, как мама прикусывает губу и оценивающим взглядом снова смотрит на Пашу. Продавец права. Брату рубашка подходит идеально. Сидит хорошо, будто шили по меркам мелкого.

А вот что точно не подходит, так это цена.

– Давайте все же прошлую еще раз примерим. – Кашлянув, мама скрещивает руки на груди и прячет кисти под локти. Верный признак, что ей не по себе.

Продавец качает головой, думая, что этого никто не видит. И подает Паше рубашку, которую он уже раз пять мерил. Тот морщит нос, но послушно задергивает шторку и переодевается.

Мама притопывает ногой, дожидаясь, пока брат снова покажется из примерочной. Но и она, и мы с папой знаем, что ничего не изменится. Рубашка Паше мала. Рукава короткие, а если поднять или согнуть руки, то подскакивают почти до середины предплечья. Воротник слишком узкий, а ткань на груди топорщится.

Зато по цене самое то.

– Лен, пойдем в другой магазин? – Папа не выдерживает первым. Встает с дивана, приобнимает маму за плечи. – Мы ведь еще не все магазины обошли.

– Просто пытаюсь выбрать лучший вариант, – шепчет мама и устало касается кончиками пальцев лба. – Хочу, чтобы для Паши поход в первый класс был праздником, а не пыткой.

– Рубашка на два размера меньше нужного точно не соответствует таким запросам. – Я развожу руками.

Оба родителя оборачиваются на диванчик, на котором развалилась я одна. Еще немного, и потону в мягкой спинке и забудусь крепким сном. Уже устала наблюдать за этим шоу переодеваний, где каждый наряд похож на другой. Это же просто белые рубашки! К тому же мужские. Скука смертная.

– Тебе мы тоже что-нибудь тут выберем. Первый курс – это не менее важно, – наставительно провозглашает мама и уже тянется к вешалкам с женскими блузками.

О нет. Еще час неудержимого шопинга я не выдержу! Примерять одно и то же до зубного скрежета, до ненависти к вещи, которую надел и снял уже столько раз, что готов сбежать из примерочной хоть голышом? Безусловно, безудержное веселье, но сегодня я уже выдохлась.

– Э-э, мам…

– О, смотри, какая блузочка! – Мама достает из-за расшитого серебряной нитью воротника ценник, а затем, кашлянув, вешает вещь обратно. – Показалось. Там нитки торчат, и пуговицы облезлые… Но ничего. Сейчас найдем что-нибудь получше!

Смотрю, как мама старательно ищет что-то достойное, а папа ходит за ней. Перевожу взгляд на Пашу, который так резко отдергивает занавеску примерочной, что сразу становится ясно – малой на пределе.

– Другая была лучше, – совершенно справедливо замечает продавщица.

По лицам родных вижу, что каждый из них с этим согласен. Но решает сейчас семейный бюджет.

– Мы посмотрим что-нибудь другое на мальчика. – Мама вежливо улыбается, но на продавщицу не глядит. Кивает Паше, и тот беззвучно стонет.

Все было зря.

Мой телефон крякает, оповещая о новом сообщении. Экран загорается, но прочитать ничего не успеваю. Мама подхватывает меня за плечо, и вот я уже стою рядом с примерочной вместо Паши. Передав знамя, тот злорадно улыбается.

– Смотри. Как тебе эта кофточка?

– Ну не-е…

– А эта?

– Не моего размера.

– Других вариантов нет. – Мама пытается впихнуть мне вешалки, но я уворачиваюсь.

– Как это нет? – раздраженно всплескивает руками продавщица. Поправив очки на носу, она пускается вдоль рядов с блузками. – Вот ваш размерчик. И это… А еще…

– Это слишком дорого! – не выдерживает мама, и вся наша семья наконец-то облегченно вздыхает.

Никогда не понимала, почему мама стесняется говорить открыто – мы далеко не богаты.

Мы выходим из магазина без сил и без покупок. Полный провал и бессмысленная трата времени. А родители еще и весь выходной на это спустили!

Мама смотрит на часы, а я – на небо. Оно уже розовеет, готовясь укутаться в вечернюю синеву.

– Магазины скоро закроются, но мы успеем еще куда-нибудь зайти. – Мама оглядывается на проспект, явно прикидывая, есть ли там среди продуктовых и аптек еще точки с одеждой.

Я помню, что такие найдутся, но идти совершенно не хочу. Устала ужасно, да еще и сообщение от Мари не дает покоя.

Зяблик, 20:05

Это полный треш. Он совсем тупой?

О ком она? Вряд ли о преподавателе по вождению, в которого подруга влюблена. Скорее всего, дело в Богдане. Моя догадка только крепнет, когда следом за гневным сообщением прилетает пересланный пост. Но сразу открыть его не получается.

– Гель, ты идешь? Времени мало, а еще померить все нужно! – торопит мама, красноречиво указывая на наручные часы.

– Может, в другой день?

– В другой день у меня работа. Да и когда еще мы вот так всей семьей выберемся на отдых?

Папа устало потирает затылок. Паша, больше не находя в себе сил стоять, сидит на бордюре.

Отдых. Ага, как же.

– Может, лучше в кафе какое-нибудь зайдем? – предлагает папа, прекрасно видя, что на шопинг я не настроена.

Мама широко распахивает глаза, будто отец только что предложил продать квартиру и уехать путешествовать дикарями. Верх безрассудства!

– Дань, у нас нет на это денег. Ты же знаешь…

– Иногда нужно себя радовать.

Оба родителя оборачиваются на меня, заставляя почувствовать себя весами. В чью сторону склонюсь? Только вот малейшее нарушение равновесия может дорого обойтись всем нам.

Не хочу обижать папу отказом. Не могу расстраивать маму, отвергая ее заботу. А если еще и вспомнить, что любой выбор будет стоить денег…

Если бы я только могла зарабатывать на книгах столько, чтобы обеспечивать и себя, и родных! Но пока что это неисполнимая мечта. Сказка, по сравнению с которой даже драконы кажутся более реальными.

Продвигайся. Рекламируй! Вкладывайся!

Пока что мое творчество отнимает деньги, а не приносит их.

Телефон в моей руке вибрирует. На экране появляется сообщение от Мари:

Зяблик, 20:08

Я у твоего подъезда. Ты где???

– Ну офигеть теперь, – вздыхаю я тихо. Что же там случилось такого, что Мари примчалась ко мне, даже не дождавшись ответа на сообщения?

Родители спорят, куда лучше пойти. Паша вопит: «Парк!», а я глупо таращусь на экран. Родственники могут планировать что угодно, но за меня уже все решила Мари.

– Мам, пап, мне нужно бежать. У Мари что-то случилось. – Даже не дождавшись ответа, я начинаю пятиться в сторону нашего дома. Отсюда домчу до двора минут за пять.

– Что-то серьезное? – хватается за грудь мама.

Сомневаюсь, что так, но на всякий случай пожимаю плечами. Тогда мама и папа одновременно кивают, а я разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и срываюсь с места.

Уже издалека слышу, как радуется брат:

– В па-арк!

Остановившись на одном из светофоров, заглядываю в телефон и открываю пересланный Мари пост. Как я и думала, шум поднялся из-за Богдана. Он наконец-то рассказал в блоге, что за книгу читал. И, разумеется, это не мой «Магический дебют».

«Так и знала», – шепчет внутренний голос. План Мари был большей сказкой, чем мое фэнтези. Та задумка с броском телефона на балкон и оставленной в комнате Богдана флешкой должна была умереть еще недееспособным зародышем.

Но Мари так не считает. Понимаю это, когда вижу ее издалека, едва вбежав во двор. Подруга даже усидеть на месте не может. Стоит у лавочки возле подъезда, нервно притопывая и уперев свободную от телефона руку в бедро.

– Готова поставить свою лучшую тушь на то, что Богдан над нами издевается, – вместо приветствия говорит Мари.

Почти без сил падаю на лавочку и, тяжело дыша, смотрю на подругу снизу вверх: