Да здравствует ворон! - Абэ Тисато - Страница 39

– …Однако, если речь идет о состязании в военной силе, правильная стратегия даст нам шанс. Они были голодны. Поэтому и пожирали наших соплеменников. Возможно, им нечем питаться. Вряд ли враг готов к затяжной войне. Он тоже наверняка хочет побыстрее с нами расправиться. Ведь тогда он сможет требовать от нас пищу и человеческие жертвоприношения. А для этого эффективнее всего взять заложников из благородных воронов. Если потребовать дань, прикрываясь знатными господами, их женами и детьми, то местная аристократия вынуждена будет слушаться. Обезьяны и сами нервничают. Думаю, мы вполне сможем вытащить их из логова.

Юкия указал на развернутую карту.

– Подземный город сообщил нам, где может быть проход. Правда, за это пришлось заплатить.

Юкия объяснил, что подозрения вызывает девственный лес ровно посередине между Рёунгу и Тюо.

– Мы все равно не можем сразу создать крепость, которая устоит против нападения. Тогда нужно использовать эту слабость: дадим понять, что им достаточно захватить Рёунгу. Подыграем врагу. Я бы на месте обезьян устроил шум у Кин-мон и собрал силы на горе Тюо. А затем ударил бы туда, где ослабили оборону, и взял Рёунгу. Сейчас последовательные операции совершенно невыгодны. Раз условия поджимают, нужно любыми средствами заставить их сосредоточить силы здесь.

Юкия снова обвел взглядом присутствующих.

– И если нам удастся нанести тут ответный удар, победа наша.

Он предложил притвориться, что войско отправилось к Кин-мон, но самим затаиться поблизости. Как только обезьяны ринутся в Рёунгу, разом забросать их камнями и стрелами. Когда же враги, рискуя жизнью, доберутся до амбаров, то очень удивятся, поняв, что там пусто. А когда они поймут, что их заманили в ловушку, будет поздно.

– А дальше можем их просто сжечь, – тихо добавил Юкия.

Словно подавленные его энергией, окружающие молчали. Все делали вид, будто обдумывают его слова, но на самом деле явно ждали, что скажет верховный командующий.

– Я против. Это слишком опасно, – нарушил тишину Суйкан, который не мог поверить, что штабные молча выслушивают эту ерунду. – План, который ты предлагаешь, подвергает опасности всех гражданских в Рёунгу.

– Но с точки зрения всей Ямаути разве это не малая жертва?

– Что ты несешь?! – взорвался Суйкан, однако Юкия продолжал улыбаться одними губами.

– К тому же мы говорим о наихудшем варианте развития событий. Если обезьяны глупы и не смогут придумать такой план, значит, мы тревожимся напрасно. Это запасной вариант, просто на всякий случай.

– Вот я и твержу вам, насколько опасен этот «запасной вариант». Ты хочешь бросить на произвол судьбы и так ослабленный бедствиями народ? Мы должны дать людям возможность уйти из Тюо, безотносительно этого вашего переезда в Рёунгу.

– Но тогда не получится эффективно ответить на нападение.

– Зато так мы снизим ущерб.

– Тем, что оставим шпионов на свободе? Ваш план – нерешительная глупость.

– Я только говорю, что нужно рассчитывать на затяжную войну. И еще посмотреть, чей план глупее.

– Я хотел сказать то же самое. Я сразу предлагал оставить Тюо, но именно потому, что мой план не приняли, мы теперь обсуждаем, как выкручиваться дальше. Пожалуйста, предложите реальное решение, не забывая всех предпосылок.

– Я говорю, что реальное решение – оставить Тюо.

– Так заставьте аристократов уехать оттуда! Мы сейчас вынуждены обсуждать новый план именно потому, что это невозможно.

Ни один не уступал. Но конец перепалке положил министр севера.

– Я понимаю Суйкана. И тоже считаю, что лучше оставить Тюо. Однако… – Он вздохнул. – Однако это тщетные надежды, с учетом того, что двор не понимает реальной ситуации. Они так просто Тюо не покинут. Значит, нужно прислушаться к мнению Юкии.

Тут же отовсюду зазвучали голоса в поддержку: «Я согласен!», «И я!» Все осознали, что другого плана, кроме замысла Юкии, нет.

Юноша принял свою победу спокойно, ничуть не загордившись. Но Суйкан все никак не соглашался. Он понимал, что произойдет, если он признает поражение, и никак не хотел уступать.

– Вы просто хватаетесь за самый быстрый способ. Вы сами-то понимаете, что говорите?

– Но план Юкии разумен.

– Ты тоже в чем-то прав… но при таком раскладе его предложение – лучшее.

Под отчасти даже сочувственными взглядами Суйкан закусил губу. То, что предложил Юкия, действительно казалось верным выбором, хотя большинство присутствующих предпочли убедить себя, что до этого не дойдет. Среди всех, кто здесь собрался, правильно оценивали смысл этого предложения, пожалуй, только Суйкан и Юкия. Но парнишка, даже осознавая весь риск, все равно называл свой план самым подходящим.

– Да вы с ума сошли! Юкия! Ты должен передумать! – заорал Суйкан, наступая на молодого тактика.

Однако решение осталось прежним. Суйкан до самого конца упрямо возражал, но закончилось все тем, что его заключили под стражу, чтобы он ничего не разболтал. Ему приказали покинуть собрание, и два воина вытащили его за руки, а вслед ему доносился голос Юкии:

– Уже сейчас ходят слухи о появлении обезьян в провинциях. Воспользуемся этим и соберем аристократов в дальнем дворце. Кроме того, нужно создать впечатление, что мы переносим в Рёунгу много припасов и оружия. Понадобятся пустые ящики, тяжелые на вид.

– Юкия просто болван! – рычал Суйкан, влетая в храм.

Стены разрушены, сёдзи сломаны, а в коридоре обезьяна пытается поймать женщину. Суйкан мгновенно выхватил меч и бросился на врага. Он ударил, целясь в морду обернувшегося зверя, а когда тот отшатнулся, дернул жертву к себе, и она спряталась у него за спиной. Не отводя взгляда от обезьяны, он рявкнул на женщину:

– Чего стоишь? Беги наружу! Обернись птицей и улетай.

– Но ребенок… Я не могу лететь с ним на руках.

У нее на руках хлопал глазами младенец с личиком, искаженным ужасом. Суйкан прищелкнул языком.

– Я расправлюсь с этим и отвезу вас. Беги наружу.

Тут он услышал рев зверя за спиной: из глубины здания выбежала еще одна обезьяна.

– Беги!

Толкнув мать и ребенка в сторону двора, он обернулся к врагам.

– Не радуйтесь, чудища!

Пусть он и ушел со службы, но тренировками не пренебрегал. А обезьяны явно все еще надеялись заполучить заложника. Одна из них побежала в сад вслед за женщиной, и тут Суйкан слегка ткнул ее мечом и отпрыгнул. Та, раздраженная помехой, замахала лапами и, задев перегородки, обрушила их на себя.

Вдруг сзади на обезьян с криком набросился местный служитель – совсем молоденький, еще мальчик. Кажется, один раз ему удалось ткнуть зверя своим копьем, однако затем противник схватился за древко и выхватил оружие из рук мальчика.

– Нет, уходи!

Но предупреждение запоздало. Обезьяна махнула копьем, и юношу отбросило к стене. Зверь ринулся вперед, протягивая к нему лапы.

Не успеть. Суйкан похолодел, и тут перед священником кто-то встал. Мелькнула красная куртка, сверкнул золотой круг. Сердце обезьяны проткнул огромный меч, неподъемный для обычного человека, а обратным ударом лезвие перерезало горло второму зверю. Звери тяжело рухнули на землю, и Суйкан, увидев, кто стоял за ними, ахнул.

– Привет! Отлично выглядишь! – обратился к нему мужчина как ни в чем не бывало.

– Мититика…

«Откуда ты здесь?» – хотел спросить Суйкан, однако не спросил. Из-за спины гиганта подбегали жрецы, и он лишь прищелкнул языком:

– Как же он мне надоел!

Нацука, не имея чем заняться, внимательно выслушивал сообщения о ходе сражения.

На территории Мэйкёина раскинулся большой шатер, в нем собралось руководство штаба, включая главнокомандующего, князя Гэнъю. Храм выбрали опорным пунктом, потому что географически он был гораздо ближе к Рёунгу, чем Кэйсоин или Сёёгу. Возможно, Юкия заранее объяснил Нацуке свой план, чтобы в Мэйкёине без проблем приняли штаб.

И действительно, когда пришло известие о том, что обезьяны на священной земле зашевелились, без всяких возражений было решено собрать всех участников операции в Мэйкёине.