Право на любовь (СИ) - Никитина Анна - Страница 76

— Мариночка, мы внизу, — говорит свекровь. — А точно адрес правильный? В прошлый раз дом у вас был другой.

— Точно-точно, — успокаиваю свекровь. — Сейчас спущусь за вами. — отключаюсь.

— Я пошла, встречу родителей, а ты не смей сбегать, — указываю ему. — Я рядом. Все будет хорошо. — обнимаю его и быстро целую в губы. Накидываю куртку и выбегаю на лифтовую площадку. Спускаюсь и выхожу из подъезда.

— А вот и Мариночка, — тепло говорит свекровь. А я только сейчас понимаю, как соскучилась по ней. Обнимаю её. Затем всех остальных. Свекр с Артемом достают сумки, в которых что-то гремит.

— Почему не позвонили заранее? Я бы встретила на вокзале. Забрала вас.

— Не хотели беспокоить. Решили так, сюрпризом. Мы в Питере второй раз. Адрес я где-то посеяла. А думали прямо до квартиры приехать, — отвечает Светлана Сергеевна.

Хорошо, что посеяли. А то бы приехали к Инне. А меня там нет.

— Сюрприз удался. Яся в восторге. — говорю свекрови. — Пойдемте в квартиру, а то тут мерзнем стоим.

Мы заходим в подъезд. Семья рассматривает детали. Да, это элитный комплекс, не тот, что был раньше. Лифт приезжает, и мы загружаемся. В грузовом помещаемся со всеми сумками. Ну что, наш сюрприз начинается.

Глава 44

Открываю дверь квартиры и пропускаю будущих родственников вперед. Раздеваемся. Вешаю вещи в шкаф. Они осматриваются.

— Красивая квартира, — первой говорит свекровь.

— Спасибо. Она не моя, — и это правда. Она Ярослава. Я лишь въехала сюда. Сделано тут было все до меня. Хоть Ярослав и говорит: все, что его — это моё. Я так же. Всё, что моё — его. Но если смотреть правде в глаза, то это его имущество. И я счастлива, что мой мужчина настолько успешный, что может себе позволить такую квартиру.

— Бабушка приехала! — вылетает из комнаты Яся и запрыгивает на руки к свекрови. И её, как эстафетную палочку передают друг другу. Обнимают. Зацеловывают. — Пойдем, покажу свою комнату, — тянет всех за собой Яся. И ей нет отказа. Все повинуются. Они счастливы видеть внучку. Радуются. Скучают по ней.

— Какая красивая у тебя комната. Столько игрушек! — восхищаются родственники. Ярослав же отсиживается пока в зале, боится. Казалось бы, взрослый мужик, но этой встречи с родителями боится. Хотя я бы тоже боялась.

— Это кто тебе такого зайчика красивого купил? Мама? — спрашивает свекр.

— Папа, — довольно говорит Яся. Я поражаюсь её легкости. Хотела бы я быть ребенком, чтобы вот так было просто. Нет секретов и тайн. — Когда мы ходили в торговый центр.

— ПАПА? — спрашивает Светлана Сергеевна.

— Ты вышла замуж? — спрашивает Артём. — И она называет его папой.

— Нет, замуж пока не вышла, но скоро выйду. А папой она действительно его называет, и всегда будет называть. Это и был мой сюрприз. Только хотела рассказать чуть позже. Но вы опередили. — с улыбкой к обращённым на меня говорю. — Давайте оставим детей поиграть, а мы поговорим в более комфортной обстановке.

— Хорошо, — говорит Артём.

— Ты права, не надо детей в это впутывать, — говорит свекр.

— Сейчас все сами поймете, — говорю им и вывожу из детской. Доходим до гостиной. Ярослав, стоящий спиной к окну, разворачивается. И знаете, как в кино, время замедляется. Так и тут… Каждый из них смотрит друг на друга. Не шевелятся, просто сканируют взглядом. Каждый боится сделать неверный шаг. Или подумать, что это сон или мираж.

Да, Ярослав изменился. Но не настолько, чтобы его не узнать вовсе. Тем более что он вернул старую прическу. Я только слежу за ними. Не вмешиваюсь. Даю время на осознание. Глаза, честно говоря, на мокром месте от этой сцены. Сын, родители и брат. Семья. Воссоединение. Вот они, ценности. Все молчат. До момента, пока Светлана Сергеевна не подходит к Ярославу, касается до его щеки и падает в обморок. Благо Ярослав успевает подхватить маму.

— Маам… — обеспокоенно говорит и смотрит на неё. Пытается привести в чувство. Отмирают только тогда, когда Аяна суетится рядом со свекровью и командует.

— Положи маму на диван, — командует Яру. — Рина, нашатырь и ватку.

— Пульс в норме, скоро придёт в себя, — поясняет для всех Аяна. Смачивает нашатырем ватку и подносит к носу свекрови. Несколько раз рядом проводит. Отстраняется и снова.

— Ничего, все хорошо. Переволновалась. Скоро проснется, — говорит успокаивающе Аяна.

— Давно знала? — спрашивает Владислав Сергеевич.

— Если брать всю историю, то месяца четыре как. Полностью убедилась месяца полтора назад. — правдиво отвечаю.

— Ну, раз моя жена решила отдохнуть в такой момент, то это к лучшему. Не к чему ей такие переживания. А вот я хочу знать все подробности. — смеряет взглядом Ярослава.

— Давайте сядем за стол, я сделаю чай, и мы спокойно поговорим. Аяна, поможешь мне? — спрашиваю золовку.

— Конечно, — спохватывается она. Отдаю ей разрезать пироги, сервирую их на стол. Чашки с чаем, тарелки, ложки, сахарница, молочник. Выставляю все на стол. Проговариваю про себя. Хотя мысли сейчас в другом.

— Я кое-что возьму и приду, — говорит Ярослав.

— Стоять! — громко командует Владислав Сергеевич. Он серьезен, собран, зол. Таким я его не видела. Голос командира. Не зря был моряком. Ему бы даже сейчас отрядами командовать с такими данными.

— Это для разговора, — поясняет мой мужчина. Я подхожу вплотную и сжимаю его руку. Чтобы знал, что есть поддержка в лице меня. Он в ответ сжимает мою руку и уходит в кабинет. Возвращается с папками, которые показывал мне. Там всё: его документы и документы по Каримову, договоры, запись разговора. Всё.

Усаживаемся за стол. Тишина. Только чувствуется напряжение. Взгляды. Груз давит. Но нужно это шарик уже вытолкнуть за пределы поля. Чтобы стать поистине свободными и счастливыми.

— Я слушаю, — прямо и четко говорит свекр.

— Окей, — говорит Ярослав. — История длинная и долгая. Не всем могут быть приятны какие-то моменты. Прошу извинить, но другого выбора у меня не было.

— Выбор есть всегда, — вступает с ним в перепалку свекр.

— Иногда его нет, и тебе приходится подстроиться, чтобы его найти. Это как в черной комнате с черными стенами, с черными ручками, полом, потолком, дверью найти белую точку и изменить все к чертям. То же самое, — прямо на него говорит Ярослав. Не дергаясь. И я понимаю, что не уверен. Что больше не боится. Он знает, что даже если тот его выбор не примут родители, то приму я. Всегда. Встану рядом. Плечо к плечу. Рука к руке. Это будет неизменным. — Дело было так… Пять лет назад, в июле, мы встретились с Риной на трассе. Она выбежала на дорогу прямо под колеса. Понравилась сразу. Мне нужны были люди для Марата, и я подослал к нему Рину. Я влюбился неё…

…Когда бабушка Рины заболела, Каримов сделал ей предложение: или её бабушка, или я. Она выбрала бабушку. Я видел его, мне присылали информацию. Вот тут все чеки. Оплата за лечение. Врач тот же, что и тебя восстанавливал… — протягивает отцу из папки листы и продолжает…

…После итогов тендера и маминой вечеринки, устроенной в эту честь, Каримов там тоже был в нашем доме. И слышал наш с тобой разговор и знал про мой отъезд к Рине. Она тогда написала, что беременна. Протягивает скриншот отцу… и находит в ноутбуке запись с камер наблюдения… Тогда я сделал Рине предложение. Мы ехали к нам домой в этот вечер, чтобы сказать об этом. Только в это время из ниоткуда резко вылетела машина, которой там вообще не должно было быть, — уверенно рассказывает Ярослав, предоставляя факты… — Нас забрали в одну больницу. Только чтобы вы не узнали о беременности Рины, он дал денег нужным людям, и её записали как пассажирку той машины. Поэтому вы не смогли выйти на Рину… Когда я очнулся, а мама ушла домой, оставив со мной Свята, Каримов пришел меня навестить. И тогда поставил перед фактом: либо исчезаю я, либо жизнь Рины и ребенка. И об этом я никому не мог сказать. Иначе жизнь Рины и Яси оборвется. Я не имел права входить больше в семью. Я умер для всех. И я принял это решение. Без них я бы все равно не жил, — смотря на меня, говорит. Показывает видеозаписи, все подстроенные документы… И рассказывает дальше со всеми вытекающими подробностями.