Покорители неба (СИ) - Джендели А. - Страница 17

Мама и дядя Тас сидели на диване, а Доран напротив них в коляске. Разговор обещал быть непростым. Ведь Кирай-Сиб — аналитик, и она найдет брешь в любой защите. Но Доран будет биться до конца. Впервые за всё время ему предложили действительно достойную работу, и он воспользуется шансом.

— Я уже летал с ними. Правда, только в симуляции, но мне понравилось! И платят хорошо. За год я точно заработаю на биопротезы, если не быстрее.

Мама смотрела на него с таким же строгим выражением лица.

— Такая работа тяжелая для твоего состояния.

Доран едва сдержался от того, чтобы не закатить глаза.

— Я на 74-ом проценте реабилитации, протезы почти прижились!

— Но врач…

— Врач уже отправил разрешение в Центр трудоустройства.

Услышав это, мать недовольно поджала губы. Похоже, она собиралась использовать запрет врачей как главный аргумент. И теперь усиленно придумывала другой.

— Что ж, раз врач разрешил, то кто я такая, чтобы ему перечить, верно? — она поправила светло-каштановые волосы и невзначай обронила. — А эта компания… как её там, “Хараначчи”… Что о них известно?

Доран был готов к этому вопросу.

— Они занимаются перевозками уже пять лет. И за это время выполнили более тысячи успешных перевозок. Сами посмотрите! — Доран протянул матери и дяде планшет. — Это рабочее приложение “Хараначчи. про”. Там вся информация о выполненных заказах, отзывы клиентов, отчеты о доходах и состоянии здоровья работников. Как я понял, все данные о вылетах в режиме онлайн передаются Центру Транспортировки. Таковы законы легальных перевозок. Всё чисто, никакой сомнительной деятельности.

Мать и дядя с любопытством склонились над экраном и листали черно-красные вкладки. Мелькнули профайлы работников — изможденное и равнодушное лицо координатора Даби-Дэл, улыбающаяся инженерка Мичира-Арда, высокомерный диспетчер Ситим-Бигэ, самоуверенные гарды Тойбор-Эргис и Ханай-Инэрэ.

— Категория “Б”? — прочитал дядя.

— Да, транспортные компании делятся на категории в зависимости от репутации и количества успешных перевозок. Категорий всего пять, и получается, что выше “Хараначчи” только категория “А”, — Доран с решимостью посмотрел на мать. — Но у Хараначчи отличный имидж. Мне так в Центре Трудоустройства сказали. Бюро-машину не обмануть.

— Тысяча восемьдесят семь перевозок… Впечатляет! — воскликнул дядя. — Сиб, ты только посмотри. Координатор у них работает с самого основания компании. Она, наверное, самая опытная из них.

Доран с энтузиазмом кивал и поддакивал его словам.

— Но почему здесь нет информации о снаряжении? — вдруг заговорила мама.

Как всегда, меткое замечание. Конечно же, ничего не скроется от глаз аналитика! Дядя вперил в парня вопросительный взгляд. Его это тоже насторожило. Доран замялся, его мозг активно искал логичное объяснение.

— Я предполагаю, — с напускным спокойствием начал он, — что это производственная тайна. Они сами создают себе снаряжение и подстраивают систему костюмов под нужды команды.

— Авторское право, значит, — подытожил дядя.

— Но тебе-то как работнику они могли бы сказать, — добивала цель мама, словно опытный игрок в “Лук-и-стрелы”. — От качества их оборудования зависит твоя жизнь. Ты же по небу летаешь, а не за монитором сидишь.

— Но…

— И не надо мне про симуляцию и про то, как классно там было. Тебе я верю, Доран. Но не им.

Доран покосился на дядю. В отношения родителя и ребенка мог встревать разве только тьютор из Учебного центра. Но у Таса был негласный авторитет в такие моменты. Он был его последней надеждой.

— Если всех подозревать в подставе, лучше сидеть дома и ничего не делать, — проговорил Тас своим низким и четким как марш солдата тоном. — Ты этого хочешь для своего сына?

Мама одарила брата взглядом, который Доран редко видел. Он значил: “Испытай меня”. И дядя принял вызов.

— Сиб, ты должна дать Дорану право на собственный опыт. Пускай попробует то, что так хочет. Только так он сможет научиться думать самостоятельно и избегать опасных ситуаций.

— “Опасных ситуаций?” — мама вцепилась в это определение, как бойцовская собака в перчатку тренера. — Ты смеешь такое говорить после инцидента год назад?!

Ее голос дрогнул, но не от слез, а от подступающей ярости.

Доран переводил взгляд с дяди на мать. Да уж, от Таса он взял привычку спорить с роботами. А от Сиб, похоже, темперамент.

— Я не это имел в виду, — смягчился дядя. — Мы оба отвечаем за него. Ты все правильно делаешь. Но иногда перегибаешь с гиперопекой.

Мать упрямо молчала. Разговор зашел в тупик. И Доран решил перейти в наступление.

— Мам, ну ты сама подумай! Межсферные перевозки это такая работа, где на ноги идет наименьшая нагрузка. Я буду вставать с коляски только на вылетах, а для самой работы требуются лишь сильные руки и спина. У меня всё есть! Не вижу ни одной причины, чтобы отказываться.

Мама всё так же выражала протест своим молчанием. Дядя откинулся на спинку дивана.

— Эта Даби-Дэл что-то говорила о спецкостюме для Дорана, который позволит ему приземляться без использования ног, — вспомнил он. — Как видно, они хотя бы заботятся о своих работниках.

— Но почему тогда их состав постоянно меняется? — поинтересовалась мать небрежным тоном. — Может, они платят недостаточно или слишком наседают на новеньких?

Да сколько же стрел в ее колчане?.. Дядя фыркнул.

— Межсферные перевозки это тебе не курорт на минеральных источниках. Где большие деньги, там и больше требований. Современные дети такие изнеженные! Вы их избаловали своей постоянной опекой. Вот они и мечутся с одной работы на другую, лишь бы не работать. Но наш Доран не такой. Он своих целей добивается. Верно, Доран?

Тот кивнул.

— Я уже прошел испытательный полет, и меня приняли. Всё будет хорошо, мам. Эта работа идеально подходит для меня!

— Конечно, подходит, ты ведь с детства одержим полётами… — мама вздохнула. — Но перевозки — это не только полеты. Ты будешь покидать Юхэ. Посещать другие станции и нижние города. А там совсем другая социальная среда, уровень жизни, да и люди…

— И чем раньше он это поймет, тем быстрее повзрослеет, — голос дяди стал жестче.

— Что ж, тогда ты, Тас, берешь за него ответственность, — мама потянулась к вир-шлему. — Сам и пиши ему разрешение.

Надев вир-шлем, она ушла в цифровую реальность. Дядя с Дораном переглянулись. Похоже, победа?

***

Потребовалось время, прежде чем Центр Трудоустройства подготовил все документы, оформил Дорана как работающего гражданина и привязал его расчетный счет к приложению “Хараначчи”.

В тот же день они с дядей сели в “Беспи” и поехали к Докам.

— Это всё напоминает мне мой первый вылет на Луну, — рассказывал дядя, когда они ехали, разглядывая проносящиеся мимо здания и зеленые парки. — Сразу после окончания подготовительного курса меня вызвали на лунную станцию Джю-Кэбил, помощником оператора. Подумать только, сколько времени прошло!

Доран усмехнулся. Подумав, мужчина добавил:

— Сиб тогда тоже была против. Но ничего, как видишь, она смирилась с моей работой. Как-нибудь смирится и с твоей.

— Тем более, это временно. Через год я уже буду во Внешней Защите, — напомнил Доран.

— Уже скучаешь по своим одноклассникам?

— Это ненадолго.

Дяде в Доках понравилось. Он подметил, что платформы для отправки в космические станции чем-то похожи на них. Правда вместо привычного голубого неба там у тебя над головой — бескрайний свод из звездных систем.

Они вышли из решетчатого лифта и попали в лабиринт из блок-комнат. Доран поехал на коляске вперед, пытаясь вспомнить свое первое посещение. Дядя шел за ним и всё оценивающе рассматривал.

— Неплохо было бы арендовать тут какой-нибудь сейф. Интересно, сколько они стоят?

Наконец, они нашли нужный блок и застали там только Бигэ-Ситима и Тойбор-Эргиса. Ситим вытянулся на скамейке и что-то читал на планшете. Эргис подтягивался на перекладине. Всё в помещении было как в прошлый раз, только пуфы убраны в углу и стало меньше мусора.