Двухколесное счастье (СИ) - Рыбкина Изольда - Страница 10

Увлекшись, я и не заметила, как снесла к середине комнаты половину мебели. Сверху на диване стоял журнальный столик, на нем книги, подписки журналов и старые фотографии, которые бабушка хранила в книжном шкафу, а я не смогла его сдвинуть с места, пока не освободила от содержимого. И вот, когда огромная гора из вещей стояла посередине, а мне оставалось оторвать всего пару кусочков, я даже не поняла, как в мгновение ока очутилась на самом верху, балансируя одной ногой на «пирамиде», а второй опираясь на полку всё в том же книжном шкафу.

«Хорошо, бабушка не видит меня», - только и успела подумать, как словно в ответ моим мыслям раздается стук в дверь.

С перепугу потеряв равновесие, я рефлекторно схватилась за первое, что попало в руки, и оказалась висящей на шкафе. Пирамида же, которую я в полете оттолкнула, с грохотом повалилась на пол.

А уже через секунду внезапно открывшаяся дверь явила мне того, кого я совсем не ожидала тут увидеть. На пороге стоял Давид.

14.

Белая футболка без каких-либо надписей, светлые джинсы, слегка потертые на коленях, толстовка, якобы небрежно наброшенная на плечи… Завершали образ парня белоснежные кроссовки. Всё это выглядело настолько необычно для Давида и настолько идеально, что я невольно засмотрелась. Да-да. Именно «идеально». Каждая деталь словно была продумана и взвешена: майка сидела на нём так, будто специально сшита по его весьма, кстати, неплохой фигуре, выделяя и подчеркивая крепкие мышцы рук и груди. Захотелось даже посмотреть, как выглядит в этой безупречной футболке спина парня. Признаться, именно спина у мужчин – моя слабость. С детства обожала кататься на спине у папы, а мама до сих пор часто шутит в мой адрес: «Аська, ищи себе мужа, за которым будешь как за каменной спиной».

Но её-то сейчас мне и не удастся увидеть, ибо помимо того, что Давид стоит ко мне лицом, на плечах висит толстовка, которая скрывает всё «самое интересное» для меня.

- Асья, вы с ума сошли!? – из моих размышлений меня выводит окрик с армянским акцентом.

От неожиданности я смогла только промычать что-то невразумительное и осознать, что по-прежнему вишу на шкафу. Висю. В общем, нахожусь в подвешенном состоянии.

- Бросайте руки! – приказ прозвучал резко, и не успев опомниться и понять, что я выполнила его в первое же мгновение, почувствовала себя очень комфортно и даже… уютно?

- Что вы здесь делаете? – спросила чуть заикаясь, но при этом не разжимая рук, обхвативших в полете крепкую шею.

Давид неотрывно смотрел в мои глаза, казалось, даже не понимая, о чем я его только что спросила. Такая близость, помноженная на прикосновения моих ладоней к теплой, если не сказать – горячей, коже парня, вызывала какой-то неведомый мне ранее трепет - словно электрическое поле образовалось вокруг нас и не давало вырваться из него. Хотя, по правде сказать, в этот момент и выбираться-то не особо хотелось.

- Асья, - моё имя, произнесенное почти шепотом, но при этом на армянский манер, вывело меня из ступора. Будто очнувшись от колдовских чар, я вдруг поняла, что нахожусь в каком-то двусмысленном положении – на руках у малознакомого парня, который при этом еще и армянин! И – о ужас! – настолько близко, что не произнеси он моего имени, могло случиться…

Нет. Нееет… Я даже думать не хочу о том, что могло бы произойти! С армянами я еще не целовалась! Позор какой!

Резко встряхнув головой, прогоняя одолевающие со всех сторон мысли, я вмиг спрыгнула с крепких рук и, отступив, на всякий случай, на шаг назад, испытующе посмотрела на Давида.

- Ну так, - Давид начал объяснения, но голос подвел – получилось очень хрипло. Откашлявшись, он продолжил: - мы же договаривались: сегодня понедельник, и я, как и обещал, приехал проконтролировать вас на велосипеде.

Блин! Блин! Блин!!! Ну как я могла забыть!? С этим ремонтом совсем вылетело из головы…

- Эээ… - нужно что-то ответить, но что? – Давид… к сожалению, сегодня, видимо, не получится у нас покататься, - почему-то говорить было неловко – парень приехал, сдержав обещание, а я, даже не предупредив его, поменяла планы… Некрасиво вышло…

- Я это уже понял, - совершенно неожиданно Давид вдруг улыбнулся и подмигнул мне. И пока я моргала, уставившись на парня, он скинул с себя толстовку и наклонился поднять с пола свалившиеся туда журналы и фото. – Асья, вы …

- А? – спина превзошла мои ожидания настолько, что слов парня, который не просто говорил, а даже что-то спрашивал у меня, я не услышала. Пришлось оторваться от созерцания крепких плеч и длинной смуглой шеи, на которой так органично смотрелась толстая серебряная цепочка, и посмотреть на Давида, собравшего уже бОльшую часть бумаг и теперь засмотревшегося на какое-то попавшее ему в руку фото.

- Вы очень похожи на вашу бабушку… Это же она на снимке?

- Да, - парень показал мне карточку, которую рассматривал уже с полминуты. – Бабушка мечтала стать актрисой в молодости, у неё много красивых фотосессий. По нынешней моде у неё собралось бы очень неплохое портфолио.

- Невероятно красивая девушка, - сказав это, Давид посмотрел на меня так проникновенно, что фраза показалась довольно двусмысленной, особенно после слов о том, что мы с бабушкой очень похожи. – И всё-таки… - он оборвал зрительный контакт и снова огляделся в полуразрушенной комнате. – Вы серьезно решили сделать ремонт самостоятельно?

- Ну да, а что тут такого? – я недовольно хмыкнула, подумав, что такой белоручка, как Давид, наверняка даже не имеет представления, как обои попадают на стены.

- Нет, ничего… - немного растерянно прозвучало, и парень тут же решил поправиться. – Просто вы недавно после сотрясения, и стоило бы поберечь себя, чтобы не было осложнений…

- Вы же сами сказали, что с понедельника уже можно закончить с постельным режимом. Вот я и закончила.

Разговор перешел в неловкую стадию, и мне захотелось поскорее уже отделаться от Давида, поэтому я решила намекнуть, что ему пора, и подошла к стене и начала демонстративно срывать с неё оставшиеся куски обоев.

Но тут дверь в квартиру снова открылась и уже через секунду я услышала вскрик бабушки.

- Ася! Что… Что тут случилось? – но не успела я и рта открыть, как вошедшая бабушка заметила рядом со мной Давида. – Давид? Дети! Я с ума с вами сойду!

Бабуля всегда очень эмоционально реагирует на всё, но сейчас её реакция превзошла мои ожидания. Она всплеснула руками и начала медленно оседать на пол. Давид среагировал мгновенно, подхватив её и не дав упасть в обморок.

Да, затеять ремонт в доме пожилого человека, не предупредив его об этом, - это была очень плохая идея. Минут пятнадцать мы на пару с Давидом пытались успокоить бабушку:

- Всё будет хорошо, не переживайте, если у Асьи не получится, я попрошу помочь своего дядю, у него фирма занимается ремонтом. Вы, главное, не волнуйтесь.

- Бабуль, это ненадолго, правда, я уже почти всё ободрала, завтра грунтовочкой пройду, и послезавтра уже будем в новеньких апартаментах с тобой.

- Антонина Михайловна, не смотрите, что тут много неровностей, дядя Артур всё выровняет, будет отличный результат, - для убедительности Давид даже показал класс и попытался улыбнуться, хотя его натянутой улыбке поверить было трудно.

И тут я поняла, что мы с парнем совершенно по-разному успокаиваем бабушку. Давид расценил её реакцию, как недоверие моим способностям как ремонтных дел мастера, а я, зная, насколько бабуля не любит беспорядка и грязи в доме, поспешила убедить её в скором завершении устроенного мной бардака.

- Асенька, дорогая, а жить мы эти два дня где будем? – наконец прошептала вопрос бабушка.

- Ну… ба, я же всё уберу, - я оценивающе оглядела комнату. – Сегодня пока кровати в центре постоят, но это ведь временно…

Три пары глаз молча с минуту осматривали огромную гору мебели посреди комнаты, вокруг которой оставались лишь узкие проходы, в которых протиснуться можно было только боком. Вероятнее всего каждый из находящихся сейчас в комнате пытался представить, куда будут сложены-переставлены-передвинуты вещи, благодаря мне покинувшие свои насиженные места. Среди затянувшегося молчания раздался общий грустный вздох. И тут заговорил Давид.