"Фантастика 2023-115". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Шелег Игорь (Дмитрий) Витальевич - Страница 679

— Ну, наконец-то идёт, — увидела Саша возвращающегося Максима. И, вдруг на душе у неё заскребли кошки. Ей стало как-то очень неуютно. За это короткое время их общения она успела привязаться к этому толстяку. Вот есть в нём что-то притягательное, располагающее к нему. Саша почувствовала, что совершает что-то нехорошее, гадкое. Она подумала, что готова совершить поступок, о котором, возможно, будет жалеть всю свою жизнь.

Саша собралась и одёрнула себя:

— Прекрати размазывать сопли, ты офицер СБ, пограничница. И вообще, существует такое понятие, как долг и обязанность. Ты должна выполнить приказ.

— Но приказа не было, — возник откуда-то изнутри Саши голос, — была всего на всего просьба, не обязательная к исполнению. Сознайся, что он тебе понравился и ты хочешь с ним переспать.

— Ну, и что, — ответила Саша этому голосу. — Хочу, и что из этого. Я свободная девушка.

И Саша, отбросив последние сомнения, ринулась навстречу к Максиму, решив, что потом, ночью она всё-всё ему расскажет и пусть он сам решает, как поступить. Она мешать ему не будет.

— Максим, — сказала Саша с надеждой, что он ей не откажет, — проводи меня до дома.

— Хорошо, — ответил он и взяв её под руку повёл на выход, а у неё неожиданно закружилась голова, но всё быстро прошло.

Саша обнаружила себя стоящей в толпе людей перед огромным табло с расписанием автобусных рейсов.

— Я что, на автовокзале? — подумала Саша. Оглядев себя, она обнаружила, что одета в свой любимый джинсовый костюм. У неё опять закружилась голова. Она помнила, что только что проснулась в квартире у родителей и в халате пошла умываться. Ей стало дурно и к горлу подступила тошнота. Всё дальнейшее воспринималось отрывками, какие-то лица, свет лампы, ватка нашатыря под носом и благословенная темнота.

Глава 8

В Донецке

Я вышел из зала ожидания автовокзала и пошёл прогуляться на свежем воздухе. Нужно было найти пристанище на ночь. Я подошёл к мужчине, который стоял недалеко от выхода и курил.

— Извините, пожалуйста, можно вас спросить, — поинтересовался я у него.

Мужчина взглянул на меня и кивнул.

— Вы не подскажете, здесь где-нибудь можно снять комнату на ночь.

— Этот выход ведёт на перрон, где идёт посадка пассажиров на рейсовые автобусы. А вам нужен центральный выход. Там часто предлагают комнаты и квартиры для приезжих.

— Спасибо большое, — поблагодарил я его и повернулся обратно к выходу, как моё внимание привлекла какая-то возня недалеко от дверей немного в стороне от спуска в подземный переход. Там было темно и я услышал только женский визг и последовавший за ним звук пощёчины, сопровождаемый хриплым голосом:

— Молчи, сука!

Я усилил своё зрение, чтобы увидеть, что там происходит. Два парня зажали в углу женщину и что-то выясняли у неё. Вот один из них вырвал у неё из рук сумочку, и женщина громким шёпотом прохрипела:

— Помогите.

Второй размахнулся и ударил её по лицу. Больше он ничего не успел сделать, потому что к ним подошёл я и спокойным голосом потребовал:

— Сумочку женщине вернули и быстро валим отсюда, пока целы.

Оба парня мгновенно развернулись ко мне. Один из них вытаскивал руку из кармана, в которой держал нож с выкидным лезвием. Он обошёл меня сбоку и остановился в двух шагах от меня, уступая инициативу своему подельнику. Тот, в свою очередь, уставившись на меня своими маленькими поросячьими глазками, сказал:

— Слышь, парень, вали отсюда, в темпе вальса. Останешься жив, здоров и даже денег с тебя не возьмём. Задержишься, обязательно чего-нибудь не досчитаешься — либо денег, либо здоровья, либо жизни.

— Спасибо за прямоту, чувак. Сразу ясно, кто перед тобой и как с тобой базар вести. Послушай, встречное предложение. Оставляете эту женщину в покое и уходите, заметь, уходите на своих ногах, живыми и здоровыми. Как тебе моё предложение?

— Ты её знаешь? Кто она тебе?

— Нет, чувак. Деньги я тебе за неё платить не буду, если ты к этому ведёшь.

Неожиданно в разговор вступил второй, стоявший рядом с раскрытым ножом и готовый атаковать:

— Чего ты, Петро, с ним тёрки трёшь, видно же, что он не блатной, а только косит под него.

Я посмотрел своему собеседнику в глаза. Он отвёл глаза и сделал, как ему казалось, неуловимое движение рукой, из которого вылетела заточка, пущенная прямо мне в сердце. Бросок был сильным и точным. Заточка обязательно прошила бы моё тело насквозь, пройдя перед этим через сердце.

Но, ему не повезло. Я перешёл на ускорение мгновением раньше и потому спокойно взял летящую заточку обратным хватом правой рукой и плавным движением перенаправил её полет в обратном направлении, рассчитав траекторию так, чтобы заточка, пронзив его сердце, осталась в теле, уперевшись на выходе в лопатку. При этом левой рукой я ухватил правую руку второго чувака, и подтолкнул, изменяя траекторию её движения, в результате чего предназначавшийся мне удар ножом пришёлся в живот его напарника. В самом конце, когда нож полностью погрузился в тело, я обхватил его кисть своей и приподнял, вспарывая тем самым живот снизу доверху.

После этого я отступил шаг назад, ударив на отходе парня с ножом ребром ладони по гортани, ломая ему хрящи. После таких ударов не живут.

Я осмотрелся. Рядом с нами никого не наблюдалось. Разговор происходил в глубокой тени. Если кто чего и видел издали, то вряд ли понял, что тут произошло. Первое впечатление будет такое, как будто эти парни поубивали друг друга. И только потом разберутся, что это не так. Но, это будет потом.

Я наклонился и обшарил их в поисках бумажников. Эту добычу я рассматривал, как трофей взятый в бою, так что моя совесть спокойно спала. Документов у них с собой не было. Подсчитывать свою добычу прямо здесь я не стал, положил оба кошелька в наружный карман куртки и, повернувшись к женщине спросил её:

— Вы здесь останетесь или вас проводить?

Женщина, пребывавшая до этого в ступоре, очнулась и сказала:

— Вас найдут и убьют. У них тут целая шайка промышляет, и полиция их не трогает. Зря вы в это дело ввязались. Ничего бы они со мной не сделали. Деньги бы отобрали, ну побили бы.

— Ну, вы же просили помочь вам? Или это мне послышалось?

Я взял её под руку и повёл обратно в здание автовокзала. Главный выход обнаружился с противоположной стороны. Когда мы вышли на свет, я разглядел её. Это была молодая женщина с ярко накрашенными губами и взглядом, который говорил о том, что она представитель древнейшей профессии во всех мирах, где живёт человек. Я сразу понял, что она проститутка, только ещё неумелая. И взгляд у неё выдавал эту её неумелость.

— Ты что, недавно работаешь? — поинтересовался я.

Она кивнула.

— Где клиентов принимаешь?

— Дома.

— Тогда пошли, я тебя снимаю.

— Я дорого беру.

— Ну, хорошо, сколько ты берёшь?

— Двадцать долларов. В час, — добавила она быстро.

— За ночь сколько возьмёшь? А то мне все-равно где-то ночь провести нужно.

Она замялась, было видно, что её жадность боролась с остатками совести, не позволявшими ей взять с меня хотя бы одну гривну.

— Если тебе только переночевать, то я с тебя ничего не возьму, — сказала она, наконец, приняв решение.

— Но, тебе же это не выгодно. Давай придём к компромиссу. Я заплачу тебе за ночь полсотни долларов, но спать буду один.

— Я что, такая страшная? — неожиданно обиделась она.

— Да, нет, просто я не люблю секс без любви, — скаламбурил я. — Это все-равно, что с резиновой куклой переспать.

— Я не кукла, я честно отрабатываю, клиентам нравится.

— Тогда ты мне просто ответь, ты меня переночевать пустишь или мне в другом месте счастья попытать?

— Я же сказала, ночь без секса для тебя бесплатно.

— Как скажешь. Ты далеко живёшь? Может возьмём такси?

— Если ты платишь, то поедем на такси.

— Тогда пошли.

Я подставил ей локоть, она взяла меня под руку, и мы пошли на стоянку такси.