Да будет свет? (СИ) - Недельская Оксана - Страница 4

Пауза.

Длинная.

Почему он молчит?

— Злата… — снова пауза, — Сейчас я не могу ничего объяснить… — Опять тишина, — Предлагаю пока не касаться этого вопроса.

— Хорошо. Но когда-нибудь расскажешь?

— Когда-нибудь? Да, если возникнет крайняя необходимость.

Ничего не объяснивший ответ меня вполне устроил. А потом мы, держась за руки, гуляли до позднего вечера, и я чувствовала, что Адриана тоже не тяготит наше молчание…

Вернувшись, долго стояли у подъезда, всё так же безмолвно глядя друг на друга — я смотрела и смотрела, не в силах оторваться от его чёрных глаз, в глубине которых вспыхивал тревожный огонь. Перед тем как проститься, Адриан нежно поцеловал меня, почему-то в щёку.

Адриан

Она вышла из подъезда, увидела меня, и… будто взорвалось Солнце Эльригилда! В этом мире я ни разу не встречал Аль столь невероятной силы. Такой бывает лишь чистая любовь. Но… откуда?

Вчера я легко отключил её личность, оставив тело и крупицу сознания, и эта её животная часть желала меня до безумия. Её пик стал выбросом огромной силы, которую я едва успел подхватить. А сейчас — в ней нет похотливого вожделения, которое обладает отвратительным горьким привкусом, только чистая, незамутнённая любовь. Что за …?

Да ещё куда-то пропали надиктованные воспоминания — вкрапления в память, которые стёрли телепортацию и обморок, добавили, как мы общались «после», как добирались домой, всё до мельчайших подробностей.

И её сияние… Её Аль — он постоянно усиливается!

Смогу ли я сделать с ней ЭТО?

Глава 4

Дьяволы бывают двух видов: разжалованные ангелы и сделавшие карьеру люди. © Станислав Ежи Лец

Злата

Я смотрела, как с Адриана медленно сдирают кожу…

Живьём…

Страшное зрелище.

Я очень хотела, но никак не могла потерять сознание, по щекам безостановочно текли слёзы, а внутри всё переворачивалось и разрывалось от невыносимой адской боли, будто этот кошмар происходил не только с ним, но и со мной. Голова Адриана была опущена, он едва слышно стонал, а я даже пошевелиться не могла — стояла, разевая рот, как несчастная рыба, выброшенная на берег равнодушной волной…

Проснулась с громким криком, с мокрыми от слёз щеками.

Слава богу, это сон!

Я не видела Адриана десять дней. После той памятной прогулки мы не встречались. Сначала я с нетерпением ждала, когда он позвонит, а вчера, набравшись смелости, решила позвонить сама, но из списка контактов пропал его номер. Причём никто, кроме меня, к телефону не прикасался.

Я думала об Адриане все эти дни — мечтала увидеть, посмотреть в чёрные глаза, послушать удивительный голос, просто побыть рядом. Я… полюбила его. Понятия не имею, как это могло случиться так скоро… Впрочем, знаем ли мы, откуда берётся странное чувство, название которому «любовь»?

Я полюбила — раз и навсегда. И где теперь его искать?

Адриан

Я появился на свет очень давно и благополучно забыл эту дату. У нас не принято справлять дни рождения. Для празднования есть более серьёзные жизненные вехи: Инициация, Первая ритуальная Смерть и Возрождение, Посвящение Лиистархе (когда нас, наконец, допускают к Силе Аль).

Что значимого в рождении тела? Огласил мир первым криком, и ежегодно отмечать столь феноменальное событие?

Впрочем, в этом мире логика хромает на обе ноги. Они отмечают и смерть, думая, что застолья радуют ушедшего. Если он перешёл в Аль, ему не нужны ни тёплые воспоминания, ни слёзы — он живёт в другой реальности, несоизмеримо более чистой и совершенной. Если же ушедший переместился в Наль — каждое воспоминание ранит его неимоверно, так стоит ли добавлять страданий близким людям?

Сегодня, впервые за последние двадцать лет, Дарцинз объявил общую встречу. Общую — значит, что-то важное, и придётся идти. Наша, так сказать, штаб-квартира уже более ста лет находится в самом центре Москвы, на Воздвиженке, в небольшом доме с затейливой архитектурой. Естественно, на другом уровне реальности.

Мы и живём во втором слое. Это очень удобно — на территории обычной квартиры создаются сколь угодно просторные апартаменты, которые отгорожены от основного мира, и куда никто не сумеет достучаться.

К сожалению, в любое время каждого из нас может найти Дарцинз.

— Адриан, Адриан!

Этот жеманный, соблазнительный голос давно набил оскомину. Стаэна собственной персоной.

— Как я рада тебя видеть! Где пропадал? Даже по Эстэриэлю не получалось достучаться. Сидел во втором слое? Что-то произошло?

Стаэна продолжала засыпать вопросами, заглядывая в глаза, пытаясь прижаться и взять за руку. Сколько можно надоедать? Всё сказано много лет назад. Знает, что мне не интересно её внимание, но продолжает игрища.

Или тренируется? Отрабатывает соблазнение эмоционально холодных смертных? Так ведь на данный момент ни один из них не устоял перед чарами опытной суккубы.

— Стаэна, через пять минут начнётся встреча, идём.

Я развернулся и направился в конференц-зал.

Сегодня собралась вся толпа падших, но гигантское помещение, напоминающее роскошный зрительный зал театра, позволяло каждому расположиться с максимальным комфортом.

Я прошёл на самый дальний ряд. Стаэна скользила следом, как приклеенная. Сегодня её близость была особенно неприятна, но я не стал демонстрировать своё отношение на публику.

Едва мы заняли места, Дарцинз приступил к делу.

— Вы знаете, что без малого пятнадцать лет к нам не присылают свежую кровь. Сегодня мне было поручено официально объявить о временном невмешательстве в эту реальность. Здесь осталось слишком мало света Аль — невозможно собрать достаточно для того, чтобы погасить ваши провинности. Местные смертные выбирают тьму и без нас, поэтому принято решение дать им возможность отдохнуть от нашего пристального внимания. Есть шанс, что это хоть немного сдвинет цивилизацию Земли в сторону Аль.

Глаза Дарцинза бегали по рядам, словно выискивая кого-то, и, в конце концов, остановились на мне. Его губы расплылись в кислой, но довольной усмешке, и он продолжил:

— Аркхи, которые находятся здесь более ста лет и которые находятся в процессе поглощения смертного, обязаны его закончить, после чего их заключение завершится. Семнадцати аркхам придётся довести срок пребывания до ста лет, но для многомиллиардного населения местной цивилизации это капля в море.

Раздались жидкие аплодисменты, все завозились, начали шептаться, а Стаэна схватила-таки меня за руку и почти пропела:

— Адриан, неужели дождались?

Я мягко высвободился, думая о своём задании, и мои мысли были отнюдь радужными.

— На сегодня намечен ещё один вопрос. Адриан Элсилд, будьте любезны, спуститесь.

То есть мне отвели роль гвоздя программы?

Не обращая внимания на тревожный шёпот Стаэны, иду к трибуне.

— Ларэт Элсилд, две недели назад вам было поручено поглощение Златы Одинцовой. После второй встречи, которая прошла безрезультатно, в течение десяти дней вы не предприняли дальнейших шагов по обработке смертной. Вам предъявляется обвинение в саботаже. Либо вы сегодня же продолжите дело, так как, сами понимаете, после двенадцати дней привязка полностью ликвидируется, либо Злата Одинцова будет передана одному из аркхов-инкубов, которых всё ещё интересует Аль. У вашей, как вы знаете, сила Аль достаточна, чтобы досрочно отработать наказание.

Во время этой речи, больше похожей на хреновый отчёт, я недоумевал всё больше, в конце концов, вскипел и поставил сферу отрицания. Хотя мои способности, как и способности всех падших, здесь значительно уменьшены, на такие фокусы, как сфера с собственным течением времени, силы хватает с избытком.

Н-да, пребывание в этом мире, прямо скажем, всё негативнее отражается на моей выдержке.

— Дарцинз, что, чёрт возьми, происходит? — Докатился. Уже и чертыхаться начал. — С каких пор разрешено отчитывать меня, как мальчишку?

— Ларэт Элсилд, ни к чему ухудшать и без того сложную ситуацию, — спокойно ответил представитель Совета Эльригилда, но в глубине тёмно-зелёных глаз мелькнул страх, — Вы, как самый сильный аркх, получили ответственное задание! Почему решили проигнорировать его? За саботаж придётся ответить. И то, что сейчас вы, фактически, напали на официальное лицо, может иметь очень неприятные последствия.