Белка, Стрелка и мушкетёры. Командировка (СИ) - Босс Игорь - Страница 33

— Жень, мне правда по фигу, какой у кого член. Объясни, что случилось.

— Так это и случилось, Игорь! Я словила с ним столько оргазмов, сколько у меня за всю жизнь не было, понимаешь?

— Торжественно тебя поздравляю! Скажи лучше, что было не так?

— Да всё не так было, всё! Ты совсем дурак, что ли? — захлюпала носом Женька.

— Ну, пусть дурак. Почему ты вся дрожишь?

— Да от переёбу дрожу, что непонятного? Как вспомню, так заново оргазмом накрывает, я ведь так с ума сойду, — зарыдала моя звезда маркетинга.

— Тихо, солнышко, успокойся. Просто расскажи всё по порядку, — я уже понял, что ничего внятного она сформулировать не сможет, поэтому придётся выслушать все подробности её приключения.

Женькин монолог был очень долгим и занял почти всю дорогу до отеля. Перескажу близко к оригиналу, пропуская только эмоциональные детали, слёзы, жалобы и клятвы.

Сначала Карлос был нежен и обходителен, говорил Женьке комплименты, называл прекрасной сеньоритой, королевой Севера и кровоточащей царапиной на своём сердце (кто бы мог подумать, что этот бандит способен настолько поэтически ярко формулировать — хотя, конечно, до меня все эти эпитеты дошли в Женькином переводе с испанского).

Налил полный стакан чего-то крепкого с резким вкусом и заставил выпить до дна. Целовал её чувственно и нежно — постфактум Евгения оценила сами поцелуи на троечку, но добавила, что трогательная нежность опасного мафиози завела её всерьёз.

Когда Женька полезла к нему в штаны, отстранился и предложил выпить ещё. Она попросила виски со льдом, но Карлос сказал, что это специальный напиток для первого свидания, и сегодня пить нужно только его. Поскольку Евгения уже была сама не своя от похоти и торопилась поскорее взять в рот, то безропотно согласилась, хотя вкус бухла ей не понравился.

Тут я на всякий случай уточнил, не из карибских ли ягод был напиток. Или, может быть, что-то ещё традиционное? Женька, раздражённо отмахнувшись, ответила, что вовсе нет — Карлос, мол, сказал, что это его авторская рецептура, специально для красивых женщин.

Выпив через силу, она состроила страстный взгляд, уронила с плеча бретельку платья и тонкими пальчиками медленно расстегнула ширинку опасного мафиози. Вытащила член, театрально охнула от его размеров и игриво опустилась на коленки, высунув язычок. Но вместо того, чтобы, затаив дыхание, позволить Женьке облизать свой член, как сделал бы, по её мнению, любой мужик, Карлос поднял на ноги уже текущую блондинку и внимательно посмотрел в глаза.

В тот момент Стрелка ожидала нежного поцелуя, но латинос торжествующе улыбнулся и сообщил, что свою грязную глотку она может оставить для грингос, а настоящему мужчине её рот не интересен.

Пока удивлённая Евгения пыталась сообразить, правильно ли она поняла его испанский, он разорвал на ней красивое вечернее платье (характер повреждений Женька охарактеризовала как "в лоскуты"), обхватил двумя руками её шикарную жопу и, забросив на стол, опрокинул сучку на спину. Женька попыталась поддержать игру и сжала коленки, собираясь немного пококетничать, но латинос не играл — он молча раздвинул красивые ляжки и, с размаху всадив свою колбасу в давно мокрую щель, принялся долбить её, как паровым молотом.

По словам Женьки, кайф от движений огромного члена был заоблачным, и первый раз она кончила очень быстро, закричав: "Еще! ещё!" и изгибаясь на столе, как кошка. Но Карлос выдернул хуй и сильно ударил её ладонью по щеке со словами "Заткнись, шлюха!". Женька опешила, поскольку не привыкла к такому обращению, и тут же всерьез испугалась, внезапно осознав, что защитить её некому — сумочка с телефоном куда-то делась.

Обозлённый Карлос рывком сдернул девушку со стола, развернул и поставил раком, уложив грудью на тот же стол. Женька предположила, что латинос намерен перейти к аналу, но он снова вставил в пизду и начал глубоко забивать в быстром темпе. Несмотря на сильный страх, Женя опять кончила почти сразу и заорала уже так громко, что перекричала даже гремевшую в клубе музыку. Испугавшись, что снова получит оплеуху, она вся сжалась, но Карлос только засмеялся и поощрительно шлёпнул по жопе.

Женьку одновременно переполнял животный ужас и накрывали оргазмы. Столько раз подряд она никогда не кончала, и понимание этого почему-то только усиливало её страх. От страха она очень старалась, чтобы Карлосу было приятно и чтобы он её не бил.

Женечка крутила жопой, как заведённая, и постепенно ей стало казаться, что огромный хуй внутри неё движется по спирали, с каждым оборотом немыслимо растягивая влагалище. В какой-то момент она отчётливо представила, как центробежная сила бандитского маховика разрывает её на кусочки, и протяжно завизжала.

Карлос так внезапно и резко выдернул член, что испуганная Женька, закусив губу, замолчала, зажмурилась и втянула голову в плечи в ожидании удара. Но вместо пощёчины она вдруг ощутила толстую головку бандитского члена в своём несмазанном сфинктере. Каменный хуй Карлоса, жёстко входя в её жопу, приподнял Женьку, заставив встать на цыпочки. Девушка тоненько взвыла от боли и нарастающего удовольствия, и тут Карлос мощно выстрелил спермой в её прямую кишку. Женька сразу же кончила снова, с болезненным наслаждением ощущая внутри себя постепенно затухающие толчки.

"Это для смазки", — прохрипел латинос, вытащил набухший смуглый член и шлёпнул им по Женькиной ягодице. — "Теперь на пол, шлюха". Дрожа от продолжающегося оргазма, Женька упала на колени и потянулась губами к багровой головке, блестящей от женских выделений. Карлос оттолкнул её с брезгливой улыбкой и установил, как куклу, в коленно-локтевую позицию на полу. Громко засмеялся и снова засадил в красивую белую жопу прямо по своему семени. От его мощных ритмичных ударов Женькины руки подкосились, и она рухнула лицом в пол.

Ёрзая щекой по холодному каменному полу, Женя представляла себя в роли крохотной красавицы-мартышки, которую где-то в луже посреди джунглей жестоко ебёт огромный бегемот. Жалобно визжащая обезьянка трясётся от непрекращающегося оргазма, лапки бессильно обвисли, и на весу её удерживает только толстый член бегемота, неуклонно растущий в размерах и проникающий всё глубже внутрь мартышки.

Когда этот гигантский дрын, наконец, проткнул обезьянку полностью и уперся изнутри в её нежное горлышко, бегемот вздрогнул в последний раз и разразился фонтаном спермы. Мартышку разорвало, как резиновую куклу, на мелкие клочки, разлетевшиеся далеко по джунглям.

Слушая этот шизоидно-наркотический бред, я отдавал себе отчёт, что правильнее всего было бы остановиться у очередной заправки и выкинуть сумасшедшую обдолбанную шлюху из машины. Если бы, конечно, она не была моей любимой Женькой и заслуженной маркетинговой директоршей. Поэтому приходилось терпеть и слушать дальше её путаный рассказ.

Очнулась Женя, когда Карлос поднял её с пола, как сломанную игрушку, и перетащил в кресло. Попросила воды. Он кивнул, но воды не дал, а довольно ухмыльнулся и спросил, был ли у неё когда-нибудь такой классный секс, как с ним. Евгения замотала головой — нет, мол, такого точно никогда не было. Понимает ли теперь прекрасная сеньорита разницу между настоящим мужчиной и вялым северным гринго? Женька, не задумываясь, кивнула и сразу почувствовала себя предательницей.

Карлос налил себе текилы, а ей полстакана того же невкусного крепкого бухла, которым поил перед еблей. Ласково обнял и произнёс тост за секс с первым в её жизни настоящим мужчиной. Боясь отказаться, чтобы не получить пощёчину, она с трудом, но допила до дна и даже постаралась не морщиться. Как ни странно, ей быстро стало лучше, голова просветлилась, и тут Женя вдруг вспомнила про нас с Санчесом и про Белку с Веркой. Вспомнила, что мы её ждём, и испуганно сказала Карлосу, что ей пора возвращаться.

Потом осознала, что сидит совсем голая, в одних босоножках, и завертела головой в поисках своего дорогого коктейльного платья. Латинос, весело хмыкнув, кивнул на лоскуты, валявшиеся под столом, и Женька с ужасом поняла, что использовать эти обрывки ткани как одежду не получится при всем желании. Снова попросила попить. Карлос налил ей большой бокал воды со льдом. Пока она жадно пила, латинос закурил сигару и спросил, кем сеньорите приходится седеющий гринго, с которым она пришла в клуб.