На зависть Идолам (ЛП) - Станич К.М. - Страница 30

— Это была неплохая месть, — говорю я с улыбкой. Обычно я бы никогда не сделала ничего подобного. Но Харпер, она перешла так много граней. Она пыталась утопить меня в бассейне. То, что её чувства на мгновение были задеты — ничто по сравнению с этим.

— Я полагаю, мистер Вандербильт будет недоволен, когда узнает, что это была уловка? — догадывается Виндзор, держа в одной руке бокал шампанского и наблюдая за Тристаном своими яркими карими глазами.

— Харпер не скажет ни слова. Ей будет слишком стыдно. — Тристан принимает бокал из рук Крида и отпивает из него, на мгновение прикрыв свои угольно-серые глаза. Когда он открывает их, то смотрит на меня, сидящую на коленях у Зейда, и его пальцы сжимают ножку бокала.

— Что, если ты всё же ошибаешься на этот счёт? — спрашиваю я, и лицо Тристана слегка напрягается.

— Тогда я дорого заплачу, — отвечает он со вздохом. — Но это будет позже. Прямо сейчас я просто хочу насладиться своими выходными.

— Ты тоже собираешься надеть костюм закуски? — спрашиваю я, потому что Миранда, Эндрю, Зак, Виндзор и я уже выбрали тему Хэллоуина: еда. Попкорн, хот-доги, картофель фри и т. д. Что-нибудь вкусненькое и весёлое. Лиззи тоже с нами. Как и Зейд, и Миранда пообещала, что Крид сделает это, если она ему скажет.

Тристан — единственный, в ком я не уверена, и единственный, кого я действительно с трудом представляю в дурацком костюме.

— Костюм закуски? — повторяет он, и Виндзор смеётся.

— Это была идея Марни, — говорит принц, ухмыляясь. — Я собираюсь намеренно опубликовать свою фотографию, чтобы она стала вирусной. Моя мать будет рвать на себе волосы. Ты же знаешь, она ненавидит скандалы.

— Значит, ты из кожи вон лезешь, чтобы увековечить их? — спрашиваю я, и Виндзор улыбается. Это однозначное «да».

— Закуски, — повторяет Тристан, и я киваю.

— Ну знаешь, например, ты можешь быть в виде вазы с фруктами или пакетика с орехами…

— Тристан любит орехи, это должно ему подойти, — вставляет Зейд, и я игнорирую его.

— …гигантское печенье, кусок пиццы, что-то в этом роде. — Я ухмыляюсь, когда Тристан смотрит на меня как на сумасшедшую. — Поверь мне: в прошлом году я была живым макаронным печеньем. Это можно сделать со вкусом. Мы найдём тебе что-нибудь. Кроме того, ты же сам сказал, что хочешь выступить единым фронтом перед другими студентами. Что может быть лучше, чем одеться на Хэллоуин в одной теме?

Тристан больше ничего не говорит, но я вижу, как он размышляет, как крутятся колёсики и винтики в его голове.

На некоторое время все замолкают, но я чувствую, как Зак наблюдает за мной, считывая слишком многое во мне, сидящей на коленях у Зейда.

Это просто что-то вроде того, что он постоянно делает, всегда делал. Но когда я думаю об этом, это становится каким-то… интимным. Я перевожу взгляд на Зейда, мои руки обвиваются вокруг его шеи, и я обнаруживаю, что мы действительно близко. Достаточно близко, чтобы поцеловаться.

Я прикусываю нижнюю губу и отвожу взгляд.

Виндзор снимает напряжение, обсуждая Хэллоуин и свои планы на вечеринку у себя дома. Обычно мы устраиваем её на кладбище в кампусе, так что это был бы способ встряхнуть обстановку. Будет интересно посмотреть, сколько людей последует за нами туда… и сколько останется с Харпер.

Фу.

Все эти политические интриги сводят меня с ума.

Но, эй, Тристан правда любит орехи, верно?

Я так взволнована к тому времени, как мы добираемся до Лухо, что первой выхожу за дверь, когда она открывается, практически вприпрыжку забегая в кафе, куда я ходила с Кридом и Мирандой. По словам парней, девушки предложили пари незадолго до зимнего бала, поэтому, когда он купил мне эти туфли, он знал. Я отбрасываю эту информацию в сторону, заглядывая в стакан и разглядывая море красивой выпечки.

Виндзор бросает свою карточку на стойку ещё до того, как кто-либо делает заказ, и заявляет, что оплатит счёт сам. Я думаю, у него с этим всё под контролем. На самом деле, я почти уверена, что он хотел знать, почему Тристан отвечал за подготовку машины, потому что он хотел сделать это сам.

— Смотри, печенье «Юнион Джек», — говорю я с ухмылкой, указывая на ряд печенья с глазурью в виде флагов в конце. — Ощущение дома.

— Вы, американцы, со своим печеньем, — произносит он со смешком. — Это чёртовы бисквиты. Это бисквит с глазурью.

— Бисквиты должны быть с пропиткой. А это чёртово печенье, Винд.

Я заказываю эклер и чай со льдом у женщины за стойкой, и Виндзор повторяет мои действия, следуя за мной через арку в боковую зону, где я сидела в прошлый раз, когда была здесь. Я выбираю немного другое место, поближе к камину в глубине зала, и устраиваюсь на диване.

Винд садится рядом со мной, его тело вдавливает подушку так, что наши тела соприкасаются.

Он наклоняется и переплетает свои пальцы с моими, заставляя моё сердце бешено колотиться в груди. Он все время прикасается ко мне, так что на самом деле это не так уж и важно, но… сейчас что-то кажется другим.

— Ты помнишь, как я сказал, что мы могли бы встречаться, и это было бы весело? — спрашивает он, и я киваю. Как я могла забыть об этом? — Я думаю, что, если ты рассматриваешь кандидатуру одного из этих идиотов, тебе следует рассмотреть и моё предложение тоже.

Я сижу там с минуту, вдыхая запах кофе и сахара, слабый аромат дыма от камина. Под всем этим скрывается запах Виндзора, это аромат нарциссов и крема для обуви. Такое странное сочетание, но такое правильное. Я думаю, последнее связано с тем, что он всегда носит свои кожаные ботинки, и они всегда начищены до блеска. Должно быть, именно здесь и проявляется его польская составляющая. Сладкий цветочный аромат… иногда я задаюсь вопросом, не мерещится ли мне это.

Входят другие парни, и Зак ставит мой чай и выпечку на стол, одновременно поглядывая на Винда.

— Ты же захватишь мой заказ, не так ли? — спрашивает он, его акцент весёлый и бодрый. Он протягивает руку и убирает прядь своих красивых рыжих волос со лба, отчего они встают дыбом, как и всегда. — Будь другом, Зак, и выручи парня.

— Ты можешь и сам забрать свою грёбаную еду, — отвечает Зак, занимая место с другой стороны от меня. Виндзор показывает ему средний палец, но всё равно вздыхает и встаёт. Остальные ребята уже расселись, иначе, я думаю, кто-нибудь мог бы занять его место.

Это было бы не очень хорошо.

Мои пальцы покалывает в том месте, где он к ним прикоснулся, и я отдёргиваю руку, прежде чем взять свой чай. Он пряный и сладкий одновременно, как звездчатый анис, кардамон и ваниль. Ах. Так чертовски хорошо.

— Ты знаешь, фестиваль «Lujo Pride» — это безумие, — говорит Зейд, наклоняясь вперёд и упираясь локтями в колени. — Было бы мечтой сыграть во время него. — Он опускает взгляд на свою стопку сахарного печенья с глазурью и вздыхает.

— Когда я смогу встретиться с твоей группой? — спрашиваю я, и он удивлённо смотрит на меня. — Я имею в виду, ты никогда не говоришь о них, но вы, ребята, должно быть, проводите много времени вместе, верно?

— Каждую свободную секунду, которая у меня есть, когда я не в академии и когда меня не таскают в туристическом автобусе моего старика. — Зейд ухмыляется. — Ты погуглила нас, да? Ты их видела, сборище придурков. — Он достаёт из кармана свой телефон и передаёт мне, чтобы я могла пролистать фотографии. О… две дюжины фотографий, и на одной я вижу его без рубашки перед зеркалом, с подтянутым прессом, делающим нелепое селфи.

Я сдерживаю смешок и снова прокручиваю страницу, только чтобы найти фотографию Зейда в обнажённом виде.

Его, эм, ну, давайте будем откровенны: его член у всех на виду. Я вижу всё, включая тот факт, что он проколот на кончике.

— Господи, чувак, — говорит Зак, выхватывая у меня телефон и швыряя его обратно нашему другу-рокеру. Зейд ловит его с растерянным видом, а затем опускает взгляд, чтобы увидеть фотографию. Он широко улыбается и поднимает глаза.

— Ну, что думаешь? — спрашивает он, и я могу сказать, что мои щёки ярко покраснели, когда Виндзор возвращается и садится рядом со мной.