Особняк Лунного цветка (СИ) - Герман Наталья - Страница 30

Я опустила глаза на свои руки, которые были испачканы в крови Егора и к горлу подступила тошнота.

— С ним всё будет хорошо?

— Он Жнец смерти, — уголки губ Сириуса дрогнули вверх, — достаточно сильный. Справится.

Я кивнула и перевела взгляд на доску расследования: все фотографии обрели цвет, а на месте пустого квадрата, что был соединён нитью с Анной, красовалось аккуратно выведенное имя «Сириус».

— Где сейчас Илья?

Сириус поднял на меня взгляд, полный непонимания.

— Зачем тебе…

— Хочу посмотреть этому ублюдку в глаза.

*******

Извилистая каменная лестница вела меня вниз и с каждым новым пролётом темнота сгущалась всё больше. Нос щекотал неприятный запах сырости и плесени.

— Как душа того, кто здесь заточён, — промелькнуло в голове и я горько усмехнулась.

Внутри меня кипела гремучая смесь из обиды, ярости и горечи. Хотелось взять в руки тот самый нож, с которым это гадёныш бросился на Егора и вогнать ему под рёбра за всю боль, что нам пришлось перенести из-за него.

— Не думал, что ты придёшь, — усмехнулся голос из темноты за решёткой.

— Я и сама не думала.

Послышались неспешные шаги и вот, по ту сторону металлических прутьев на меня уже смотрели безумные карие глаза.

— Зачем ты это сделал? Зачем убил…

— Егора? Я хотел быть на его месте, — мужчина хитро улыбнулся, — у этого отброса было всё. Он был любим отцом, с его мнением считались, прислушивались к нему. У него была женщина, что пошла бы ради него на убийство. Я не понимаю, почему всё это досталось ему, а не мне…

— Потому что он человечен, — я склонила голову на бок, — а ты прогнил изнутри и смрад, что сочится из твоей душонки ощущается за километр. Искренне надеюсь, что ты никогда не получишь отпущения.

— По крайней мере, — усмехнулся Илья, — я знаю, кем являюсь, а ты даже не понимаешь, почему нас всех собрали здесь. Это всё из-за тебя. Ты причина всех мучений.

— Что ты несёшь? — я отступила на шаг назад.

— Твоё появление в порту запустило механизм, который остановить было уже невозможно. Даниил погиб, защищая тебя. Дарья потеряла сына и погибла просто потому, что работала на твоего жениха. Анна погибла, потому что отпустила тебя, а не убила, как ей было приказано. Ну, а Егор, милашка Егор, он был вишенкой на этом кровавом торте. Он получил маленькую посылочку с указанием того, что следует сделать, чтобы ты осталась жива. Видишь, все умерли по твоей вине! Ты во всём виновата! Ты всех убила!

Стены подземелья содрогнулись от противного и дикого хохота.

— Закрой рот! Не перекладывай свою вину на меня!

Смех резко прекратился.

— Если это моя вина, тогда почему мы заперты в твоём кошмаре?

*******

Кабинет Егора встретил меня тишиной и приглушённым светом. На знакомом мне диване сидела Анна и молчаливо складывала чистые полотенца, но стоило мне зайти, как она подняла на меня уставшие глаза.

— Амина, это ты, — её голос звучал потеряно, — если ты к Егору, то он…

Недоговорённая фраза застыла на её губах в момент, когда мои руки обвились вокруг её плеч.

— Прости, — прошептала я, обнимая девушку сильнее, — я должна была остановить его, должна была помочь тебе…

Предательские слёзы брызнули из глаз, но я игнорировала их и в это же мгновение на мою спину легли прохладные тонкие руки.

— Ты помогала мне, чем могла помогала, — Анна тяжело вздохнула, — это я была слабой. А он воспользовался этим. Так что, отпусти эту боль. Ты совсем не виновата, — девушка отстранилась от меня и улыбнулась так же, как она делала раньше мягко и невинно, — а сейчас, думаю тебе следует навестить его.

Она указала рукой в сторону темной двери возле книжного стеллажа.

— Только будь потише, — она встала с дивана и направилась к выходу из кабинета, но уже возле двери обернулась, — я рада, что ты, всё-таки, вспомнила нас, — и она исчезла.

Вытерев слёзы с лица и не теряя больше времени, я подкралась к двери и тихонько опустила вниз ручку. Дверь легко поддалась, бесшумно впуская меня в небольшую спальню.

На прикроватной тумбочке стоял винтажный подсвечник с тремя свечами. Они отбрасывали мягкий золотистый свет на небольшую кровать и кресло, рядом с ней. Поодаль стоял узкий шкаф, на стенах висели полки, заставленные записными книжками, а на серых обоях плясали причудливые тени.

Тихо пробравшись внутрь, я присела в кресло, всматриваясь в бледное лицо мужчины, что лежал на кровати: на его скулах всё так же виднелись небольшие трещины, но уже не такие глубокие, как раньше, но под глазами пролегли тёмные круги.

Он лежал на боку, а его обнажённый торс был густо перебинтован, а сквозь белую ткань слегка проступали багровые кляксы. Анна хорошо постаралась.

Глаза невольно забегали по прекрасно слаженным рукам и плечам, совершенно таким же, какими они были при жизни. И это зрелище заставило меня прикусить губу.

— Знал бы ты, как же я злюсь на тебя и, — невольно слетело с губ, — люблю. Безумно люблю. Спасибо, что спас меня. Снова.

— Я тоже на тебя злюсь, — послышался хриплый и тихий голос, — настолько сильно, что уснуть не могу. Ты должна была оставить меня и бежать. Спасать себя.

— Я не могла тебя оставить!

— У него был нож. Он мог убить тебя и тогда… — Егор замолчал и на его щеках выступили желваки. — Всему пришёл бы конец.

— Конец? — вспылила я. — Ты хоть можешь себе представить, что я почувствовала, когда увидела тебя на полу в луже крови? И какого чёрта ты не отвечал, когда я звала тебя?

— Если это хоть немного похоже на то, что почувствовал я, когда этот ублюдок бросился на тебя с ножом, то да, представляю. — он тяжело вздохнул и открыл глаза, которые были чернее самой ночи, — На мне держится баланс между сном и явью. Если бы в тот момент, когда ты звала меня я ответил, то особняк бы рухнул. Мне нужно было успокоиться и восстановить контроль над ним.

Я протянул руку и нежно сжала его слегка прохладные пальцы, что лежали поверх одеяла.

— Прости. Я испугалась и не знала, что делать…не могла позволить, чтобы ты пострадал ещё больше, Егор.

На звук своего имени он несколько раз моргнул, а затем посмотрел мне в глаза.

— Выходит, ты всё вспомнила.

Повисла неловкая тишина, которая давила на сердце.

— Не всё и, думаю, мне понадобится твоя помощь. В этот раз ты мне не откажешь, ведь так?

Егор горько усмехнулся.

— Знала бы ты, как тяжело было держаться от тебя на расстоянии и молчать. Просто потому, что я больше не имею права находиться рядом с тобой. Но, я подумаю, что можно сделать.

Он сжал мои пальцы в ответ.

— И ещё, — он перешёл на шёпот смотря мне в глаза, нежно и ласково, так, как он делал это раньше, — я тоже люблю тебя.

Его слова отозвались в груди приятным теплом, которого так давно не хватало.

— Никогда не переставал, даже когда стал Жнецом.

Осторожно я поднесла его руку к своему лицу и нежно коснулась губами её тыльной стороны, а затем, немного помедлив, прижала его прохладную ладонь к своей щеке, переплетая наши пальцы вместе.

— Я бы всё отдал, чтобы этот момент не заканчивался, чтобы я смог остаться с тобой навсегда…

— Тише, — я улыбнулась настолько мягко, на сколько была способна в ту минуту, — тебе нужно восстановиться. Всё позже. А пока давай будем наслаждаться временем, что у нас есть.

Егор прикусил губу.

— Вернёшь долг? — чёрные глаза хитро сощурились, на что мои брови удивлённо взлетели вверх.

— Долг?

Слегка поморщившись от боли, он прижался спиной к стене, освобождая место.

— Тем, что я побуду с тобой сейчас, увы, за все долги рассчитаться не смогу. Я слишком много задолжала тебе.

Мужчина усмехнулся и похлопал ладонью по месту рядом с собой.

— Мне этого будет достаточно, — в его усталых глазах плескались озорные огоньки, которые вызывали улыбку и поддавшись порыву, я медленно и осторожно устроилась рядом с ним.

От его тела исходило тело и приятный запах, тот самый, что столько времени преследовал меня и сводил с ума, заставляя навязчивые мысли блуждать по воспалённому сознанию, подобно заблудившемуся в лабиринте страннику.